Читать книгу - "Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы - Майк Дэвис"

статистика, которая должна заставить задуматься о безопасности полетов во время грозы398.

По любым стандартам, торнадо в районе Лос-Анджелеса представляют собой действительно опасное природное явление, ущерб от которого будет только возрастать по мере того, как урбанизация ставит под угрозу все больше жизней и строений. Однако рост ущерба от торнадо не привел к всеобщему признанию проблемы. Напротив, одно из самых разрушительных природных явлений Южной Калифорнии остается культурно невидимой, чужеродной сущностью, запертой в «секретных материалах» региональной памяти. Впрочем, этот факт сам по себе демонстрирует работу общественного сознания: даже погода (или, скорее, нормативное представление о ней) подвержена идеологическому конструированию. Как покажет наш обзор реакции общества на десять самых разрушительных смерчей с 1918 года, торнадо в Лос-Анджелесе – интереснейший пример политики экологического восприятия и, в данном случае, амнезии.

Одна лишь статистика, конечно, не может передать степень влияния торнадо на жизнь людей в регионе, где подобные явления воспринимаются не иначе как потусторонние. Торнадо принято считать не только самыми сильными, но и самыми необычными ураганами в природе. На их переменчивом поведении – они способны унести колыбель, но оставить младенца спокойно спящим – основан целый жанр американского фольклора.

Самые разрушительные торнадообразующие штормы

Случаи разрушительных торнадо по десятилетиям

Аналогичным образом, Лос-Анджелес представляет собой величайший пример эксцентричности в американской городской культуре. Когда столь странная по своей природе физика атмосферы взаимодействует с таким, по общему признанию, странным городом, обязательно рождаются удивительные истории.

2. Когда пошел черный дождь

Двое мужчин погибли, когда миниатюрный циклон, вызванный переполнением огромного нефтяного резервуара, сорвал крышу с их фермы, завалив их балками.

«Лос-Анджелес экзаминер» (1926)

В своем романе 1941 года «Мария», повествующем о яростном тихоокеанском шторме, Джордж Стюарт размышлял о том, что, «возможно, в самом человеческом разуме есть что-то такое, что побуждает его думать о шторме как о человеке, а не как о формуле»399. Конечно, некоторые из них напрашиваются на такое сравнение. В галерее преступников из числа южнокалифорнийских ураганов великий пасхальный шторм 1926 года, породивший пять разрушительных торнадо, а также самую мощную в XX веке серию молний на море, отличался наиболее зловещим характером – он больше походил на коварного профессора Мориарти, чем на неудержимую, но прямолинейную Марию.

Хотя первые дожди пришли в Южную Калифорнию примерно к ужину в Пасхальное воскресенье (4 апреля), бушующая масса урагана пересекла горы Техачапи только на следующий день. Чудовищный ливень, самый интенсивный за десятилетие, сопровождался разрядами молний мощностью в триллион ватт по всему бассейну реки Лос-Анджелес. Первым погибшим стал фермер-нисэй (американец японского происхождения) по имени Хега, работавший на своем грузовике в саду в районе Бандини. Молния ударила ему прямо в голову, и он вспыхнул на глазах у перепуганных соседей. Дальше к востоку, возле цитрусовой деревушки Сан-Димас, где за пару часов выпало несколько дюймов осадков, рухнула строящаяся дамба на Паддингстонском водохранилище, и семьи местных фермеров едва успели эвакуироваться, прежде чем 15-метровая стена воды с ревом обрушилась на их дома и апельсиновые рощи400.

Тем временем в небольшом предгорном поселке Ла-Кресента, расположенном чуть выше Глендейла, первый из зафиксированных торнадо сорвал крышу с аптеки и повредил продуктовый магазин по соседству401. Но настоящая драма с участием торнадо только начиналась на набережной Сан-Диего, в 120 милях (190 км) к югу. То, что власти порта позже признали смерчем, атаковало новую пристань на Пятой улице и сорвало с нее большую часть крыши. Оно также разорвало тяжелые якорные цепи, скреплявшие 900-футовый сплавной плот перед зданием Benson Lumber Company, отправив сотни бешено вращающихся бревен в сторону военных кораблей, стоящих в гавани. Шкипер эсминца «Кеннеди» был вынужден принять срочные меры, чтобы избежать столкновения с этими бревнами. Одновременно торнадо/водоворот сорвал с якорной стоянки у Пойнт-Лома рыболовецкую баржу «Айк Уолтон» и швырнул ее к берегу, где, едва двое членов экипажа успели доплыть до безопасного места, она разбилась о бушующий прибой402.

Пока самые сильные в истории апрельские дожди продолжали поливать город, над заливом Сан-Диего незадолго до полуночи в понедельник возник второй водяной смерч403. Ударившись о грязевые отмели к югу от городской пристани, уничтоженной предыдущим смерчем, он разрушил прибрежный район Нэшнл-Сити – рабочий квартал модульных бунгало, придорожных лачуг и прилегающих к ним огородов. Потом переместился в Чула-Висту и разрушил большой завод по упаковке цитрусовых, а затем отправился дальше, чтобы снести еще дюжину домов.

Посыпался град, хлынул ливень, раздался ужасающий грохот, сверкнула молния, а затем послышался звук падающих бревен. Повалились провода, погас свет. Мужчины, женщины и дети, вскочив с постелей, стали выбираться из-под развалин своих домов и, полуодетые, метаться по грязи в холодной ночи. Те, кто не пострадал, ориентировались в темноте по крикам других людей, оказавшихся под обломками404.

Фотографии разрушений в Нэшнл-Сити свидетельствуют о полном опустошении в пределах следа торнадо 60 метров шириной. Двадцать один жилой дом и коммерческое предприятие были разрушены, а десятки других получили серьезные повреждения. Двенадцать человек получили серьезные травмы – от перелома костей черепа до перелома бедра, были также сотни людей, отделавшихся мелкими порезами и ушибами. Местным героем катастрофы стал Джордж Гэри, стойкий адвентист седьмого дня, чей дом уцелел, в то время как дома по обе стороны от его превратились в руины.

Ко мне то и дело приходили страховые агенты и требовали застраховать мой дом. Я говорил им всем, чтобы они уходили. Я сказал им, что Господь позаботится о моем доме, и Господь позаботился405.

На следующий день, когда Красный Крест еще занимался организацией помощи пострадавшим, к северу от центра Сан-Диего пронесся третий торнадо, вызванный бурей. «Ударив по гаражу прачечной Kelley, „смерч“ сорвал с крыши здания огромные полосы гофрированного железа и намотал их на телефонные столбы, фонари и углы домов». Сорвав крыши с нескольких домов на соседних жилых улицах (одна черепица «была вогнана в бок здания, как будто ею выстрелили из пушки»), смерч поднялся вверх, а затем обрушился за 400 метров от парка Бальбоа, где вырвал большую часть деревьев в излюбленной зоне для пикников «Пеппер-Гроув». Продолжая двигаться по северо-восточной дуге, он снова опустился в Восточном Сан-Диего, где сорвал крышу со здания Гармониального института на Юниверсити-авеню. На пути его следования длиной почти в 8 километров было повреждено не менее пятидесяти домов406.

После этих трех драматических событий категории F2 в Сан-Диего смерч, пронесшийся по пляжу Санта-Моники в среду (7 апреля) и сорвавший крышу с пяти домов в районе Восьмой и Пико, едва удостоился упоминания407. Внимание местной и даже национальной прессы переключилось на округ Сан-Луис-Обиспо, расположенный в 320 километрах от побережья, где грозовые молнии вызвали пожар в крупном резервуарном парке компании Union Oil. Доведенные до отчаяния местные власти немедленно призвали всех трудоспособных мужчин в округе на борьбу с огнем. Но горящее море сырой нефти прорвало защитные дамбы и воспламенило большую часть огромного объекта. Поздно вечером в среду близлежащий городок Эдна был эвакуирован, а пожарные отступили на внешнюю линию обороны408. На следующее утро, когда инферно в Сан-Луис-Обиспо вышел из-под контроля, гроза обрушила молнии еще на один резервуарный парк Union Oil, расположенный в округе Ориндж, недалеко от города Бреа.

Два огромных резервуара