Читать книгу - "Город, которого не было - Сергей Ершов"

— Но ничего не опустело.

Маэна долго смотрела на мокрый стол.

— Если распределённое свидетельство сможет удерживать границы локально… Сердечник перестанет выбирать весь город одной формулой.

— Сколько времени на такую систему? — спросил Орс.

— Годы.

— У нас сорок пять часов.

— Я помню.

Шкала районов вспыхнула на стене. Нижний Рубеж: шестьдесят три. Верхний: девяносто четыре.

Илар приложил страницу к свету. Текст обновился:

Для сохранения непрерывности допустимо окончательное исключение зон с рейтингом ниже шестидесяти.

Маэна побледнела.

— Окончательное исключение — старое название полной чистки.

— До порога три сотых, — сказал Орс.

Цифра изменилась: шестьдесят две.

Лада убрала карту Керна в сумку.

— Мы не успеем построить новую систему. Значит, найдём того, кто управляет старой.

На белой странице проступила последняя строка:

Подготовка Нижнего Рубежа к окончательной сверке начата.

За окном один из домов потерял дверь. Люди внутри продолжали звать улицу по имени, но выйти уже не могли.

Глава 23. Карта Керна

Дом без двери оказался упрямее Палаты.

Жильцы выбили проём в соседнюю стену, но тот выводил в спальню на втором этаже. Тогда они спустили детей из окна, сами остались внутри и продолжили называть адрес. Лада поставила аварийное стекло на подоконник. Этого не хватило вернуть дверь, зато стены перестали бледнеть.

— До вечера, — сказала она.

— А после? — спросила женщина из окна.

Лада не стала обещать.

По дороге к сигнальному посту они видели следы окончательной сверки. Улицы ещё были на месте, но теряли назначение. Пекарня помнила себя складом канатов; причальная лестница вела к закрытой стене; у школы исчезли окна, потому что городской реестр счёл их необязательными. Жители ставили собственные отметки быстрее, чем чистильщики успевали стирать.

Орс шёл впереди с двумя людьми. Илар держался рядом, хотя обязанность задержать адмирала никуда не делась. Маэна несла футляр со старой линзой и ругалась на каждый толчок. Сава вернулся от Хора перед самым выходом и не объяснил, где был.

— Неназванные согласились? — спросила Лада.

— Некоторые.

— На что?

— Что я могу говорить, пока они слышат. Если связь пропадёт — не могу.

— Как поймём?

Он показал две пуговицы. Между ними тянулась тонкая красная нить.

— Нить порвётся.

Сигнальный пост стоял на границе Нижнего и ремесленной дуги. Его закрыли после исчезновения причала, но линзу не сняли: в документах поста уже не было, а значит, никто не мог оформить демонтаж.

Дверь открывалась внутрь сразу в двух версиях. В одной за ней была винтовая лестница, в другой — кладовая с мешками соли. Сава выбрал лестницу, Маэна кладовую.

— Нам нужна крыша, — сказала Лада.

— Обе ведут наверх, — ответил Сава. — Только соль медленнее.

Илар засвидетельствовал лестницу как путь к вещественному доказательству. Орс назвал её аварийным выходом. Лада добавила, что ступени держат пять человек. Дверь выбрала лестницу, но на каждой площадке пахло солью.

В линзовом зале ветер ходил сквозь разбитые стёкла. Большая световая чаша смотрела на маяк. Её серебрение отслаивалось, поворотный механизм заржавел.

Маэна открыла футляр.

— Эта линза служила для обратной диагностики. Она показывает не свет, который приходит, а приказ, по которому свет выбирает путь.

— Почему их сняли? — спросил Илар.

— Потому что инженеры начали задавать вопросы.

— Очень заразная неисправность, — сказал Сава.

Они поставили карту Керна под чашу. Металл сначала остался тёмным. Маэна подала на линзу свет из ручного накопителя. На карте возникли двадцать линий, но каждая распалась на десятки тонких жил.

Лада узнала приказы.

Один вёл к исчезнувшему дому на рынке. На нём стояли три подтверждения: пустое жильё, отсутствие зарегистрированных людей, аварийная экономия. Все три появились после того, как дом начал исчезать.

— Система создаёт доказательства задним числом, — сказал Илар.

— Не создаёт, — ответила Маэна. — Выбирает из возможных те, которые оправдывают уже принятое решение.

— Какая разница для людей внутри?

— Для них никакой. Для того, как это остановить, огромная.

Второй канал шёл к причалу. Приказ не спасать его пришёл не из кабинета Сорн. Он поднялся из Сердечника, получил её печать и вернулся вниз как законное подтверждение.

— Она могла не знать, что подписывает, — сказал Илар.

Орс посмотрел на него.

— Вы защищаете её?

— От слишком удобного обвинения. Если приказ заставляет читателя подчиниться, подпись ещё не доказывает намерение.

— Но доказывает действие, — сказала Лада.

Илар кивнул.

Маэна увеличила линию. Между приказом и печатью Сорн была короткая пауза — девять минут. За это время префект открывала документ трижды.

— Она читала, — сказал Илар. — И могла отказаться.

Он снял копию. На этот раз рука у него не дрогнула.

Карта показывала другие каналы: к судам, больницам, школам. В каждом месте ПР-0 формулировал разрешение языком профессии. Судье — необходимость порядка, врачу — сохранение большинства, учителю — защиту детей от ложных воспоминаний.

— Город не управляют одним приказом, — сказала Лада. — Каждому дают собственную причину сделать одно и то же.

— Хорошая система управления, — сказал Орс. — Если не считать цели.

— Хорошая ловушка.

Сава стоял у края карты.

— А где приказы для тех, кого нет?

Для Неназванных каналов не было. Только серые пятна, которыми система заполняла промежутки между признанными улицами.

— Мы для неё не люди и не враги, — сказал он. — Просто место, куда можно подвинуть стену.

Красная нить между пуговицами натянулась, но выдержала.

Маэна повернула линзу к двадцать первой линии.

Свет ушёл не к маяку. Он пронзил металлическую карту и отразился на полу. Под ногами проступил план помещений, расположенных под морем. Не этажи: чем меньше объект весил в реестре, тем выше он находился. Самые забытые камеры лежали почти у поверхности воды, самые опасные свидетельства — глубже городского основания.

— Физически так построить нельзя, — сказала Маэна.

— Значит, построили не физически, — ответила Лада.

Орс опустился на колено.

— Здесь проход от охлаждающего канала.

— Ваш путь для заряда?

— Был. На моём плане за стеной пустота.

— На карте Керна — архив.

Орс провёл пальцем вдоль маршрута, но не коснулся металла.

— Если я войду, смогу дойти до Сердечника и до этих камер.

— Поэтому карту вы хотели обменять на свидетелей, — сказал Илар. — Не только ради них.

— Я не скрывал,