Читать книгу - "Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы - Майк Дэвис"

Гранд-авеню, расположенного всего в двух шагах от Понет-сквер, были печально известны тем, что нарушали правила пожарной безопасности, охраны труда и техники безопасности. Они проигнорировали давние жалобы жильцов на запертые пожарные выходы, неработающие датчики дыма, нашествия вредителей и на наркоманов, монополизировавших общие туалеты. Однако когда выселенный арендатор пригрозил поджечь здание, арендодатели все же вызвали полицию. «Они так и не приехали. Сказали, что, если что-то случится, звоните 911». Представитель полиции позже неубедительно объяснил, что это был «ужасно напряженный день»338.

4. Поджигающий Другой

До приезда в Малибу я был необычайно либерален, а теперь я фашист.

Известный киносценарист (1984)

Флегматичное отношение полиции Лос-Анджелеса к поджогам жилых домов резко контрастировало с официальной истерией по поводу лесных пожаров в пригородах. Пожары 1993 года, последовавшие практически сразу за беспорядками, вызванными делом Родни Кинга, открыли ящик Пандоры страха белых. Одна катастрофа, пусть и не совсем логично, наложилась на другую. От Лагуны до Вентуры ходили слухи, что «на свободе разгуливает новый вид террористов, или, что еще хуже, несколько». Государственные чиновники открыто рассуждали о том, что черные банды наконец-то исполняют якобы давние угрозы «сжечь богатые белые кварталы». В частных разговорах некоторые даже мрачно намекали на возможную «мусульманскую связь» со взрывом во Всемирном торговом центре в Нью-Йорке339. По иронии судьбы, горящие холмы были полны сотен настоящих и бывших членов банд: все они рисковали своими жизнями в пожарных бригадах штата и округа. (Кроме того, несколько тысяч заключенных тюрьмы штата отважно служили на противопожарных полосах Малибу.)340

Бездомные также отбрасывали демонические тени в социальном воображении Южной Калифорнии. Пожар в каньоне Итон, случайно спровоцированный бродягой, казалось, подтвердил худшие опасения домовладельцев гор и каньонов: в зарослях таится невидимая армия неосторожных и озлобленных незнакомцев. Подпольные лагеря бродяг, например, в каньоне Туна на побережье Малибу, были признаны недопустимой пожарной угрозой. Возгорания неопределенного происхождения обычно приписывались бездомным341.

По мере того как жадные до внимания средств массовой информации политики ездили с одного места пожара на другое, их риторика становилась все более подстрекательской. Губернатор-республиканец Пит Уилсон, отчаянно пытаясь ужесточить свой имидж, сравнил поджог с растлением малолетних и предложил ввести пожизненные сроки для виновных. Это не удовлетворило двух еще более кровожадных республиканцев округа Ориндж – конгрессмена Дэвида Драйера и члена Ассамблеи Росса Джонсона, которые настаивали на смертной казни для зачинщиков смертоносных пожаров. Драйер даже требовал тюремного заключения сроком на один год для тех, кто случайно вызвал пожар342.

Пожарные следователи, в свою очередь, с энтузиазмом переняли модель работы федерально-местной оперативной группы, впервые примененную во время беспорядков 1992 года. В ходе беспрецедентной операции агенты Бюро алкоголя, табака и огнестрельного оружия (ATF) присоединились к пожарным города и округа, помощникам шерифа и местным детективам отдела по расследованию убийств для поиска поджигателей, которые, предположительно, были ответственны за 19 из 26 недавних лесных пожаров. Благодаря частным пожертвованиям награда за поимку поджигателя из Малибу, которого первоначально описывали как таинственную фигуру на «синем пикапе», выросла до 350 000 долларов343.

Обычно сдержанная газета «Лос-Анджелес таймс» вспыхнула негодованием по поводу поджогов. Придя в ярость от того, что несколько бездумных защитников окружающей среды назвали домовладельцев в зонах пожаров настоящими поджигателями, газета заверила читателей, что «вряд ли можно считать преступлением против природы… выбор места жительства в горах, на границе между городом и деревней». Вместо этого она призвала к «настоящему изменению парадигмы мышления калифорнийцев в отношении огня».

Предотвращение пожаров и преступлений в Калифорнии становится одним и тем же делом… Калифорнийцам нужно перестать рассматривать кустарниковые пожары исключительно как волю Божью и начать думать о них как о действиях порою преступных и даже больных людей. То, что поджигатели сделали с нами за последние две недели, они могут сделать с нами на следующей неделе или через неделю, если погодные условия будут благоприятствовать их злодеянию… Мы больше не боремся с «этим», мы боремся с «ними»344.

Ирония в том, что «смена парадигмы» от «это» к «ним», о которой пишет «Таймс», уже несколько поколений является общепринятым мнением в Южной Калифорнии. Хотя, вероятно, не более чем один из восьми пожаров является результатом поджога345, англо-калифорнийцы всегда криминализировали проблему горных лесных пожаров. Большинство из них никогда не признавали естественную роль и неизбежность цикла пожаров в чапарале. (И наоборот, существует устойчивая тенденция натурализировать сугубо человеческую причинность пожаров в жилых домах.) В отличие от научного политический дискурс долгое время был одержим идеей выявления «поджигающего Другого», ответственного за разрушительные пожары.

В начале XX века этого «жестокосердного и эгоистичного человека» (по словам Фредерика Ринджа) изображали то индейцем, то пастухом, но чаще всего бродягой. Во время Первой мировой войны считалось, что за каждым горящим кустом в Калифорнии скрываются «вобблис»346. Десятилетие спустя в крупных лесных пожарах, таких как пожар в каньоне Декер в 1930 году, винили бродячих фермеров, особенно «оки»347. Однако через год после Перл-Харбора агенты ФБР и Национальной гвардии прочесывали каньон Лас-Флорес в поисках улик, указывающих на личности «диверсантов Оси», ответственных за пожар в Малибу в 1942 году. Отражая популярные тревоги эпохи Эйзенхауэра, газета «Лос-Анджелес таймс» добавила новую глубину в репортаж о пожаре в Малибу 1956 года, связав поджог с сексуальными извращениями. По словам психолога, с которым консультировалась газета, поджигатели «устраивали пожары по ночам, чтобы увидеть, как женщины выбегают из своих домов раздетыми»348.

Новый тип террористов?

Однако политическая реакция на пожары 1993 года была беспрецедентной по своей ярости и масштабам возлагаемой вины. На обугленных руинах благополучных кварталов всходили ростки неомаккартизма. Следуя демагогии губернатора Уилсона, консерваторы утверждали, что прослеживают паутину огромного заговора против священных прав собственности. Помимо призрачных «террористов», непосредственно ответственных за пожары, мстительные группы домовладельцев и сторонников застройки объявили «попутчиками» поджигателей также геев, либералов, «Сьерра-клуб» и один вид грызунов, находящийся под угрозой исчезновения.

В Лагуна-Бич, например, сторонники застройки накинулись на открытого гея, члена Совета Роберта Джентри, который потерял свой дом во время пожара, за то, что тот уделял «слишком много внимания жертвам СПИДа и недостаточно – защите от пожаров». Пренебрегая обвинениями в том, что дома с деревянными крышами и сайдингом практически приглашают к пожару, так называемая «Коалиция Лагуны» вместо этого выставила злодеями экологов за то, что они выступали против строительства водохранилища емкостью 3 миллиона галлонов (11 356 000 л)349. На радиостанциях округа Ориндж «Сьерра-клуб» осуждали как «пятую колонну поджигателей».

В округе Риверсайд погоревшие домовладельцы утверждали, что федеральные правила, разработанные для защиты редкого грызуна, кенгурового прыгуна Стефенса, не позволили им расчистить высокий кустарник вокруг своих домов. «Мой дом был разрушен кучкой бюрократов в костюмах и так называемых защитников окружающей среды, которые утверждают, что животные важнее людей, – заявил один из расстроенных жителей. – Теперь я бездомный, а все из‑за какой-то маленькой крысы». Но утверждение о том, что правила охраны дикой природы препятствуют зачистке участков от топлива, оказалось газетной уткой. На самом деле Служба охраны рыбных ресурсов и дикой природы США рекомендовала косить траву вокруг домов в качестве разумной меры пожарной безопасности. Проблема заключается в том, что многие домовладельцы считают кошение слишком хлопотным