Читать книгу - "Город, которого не было - Сергей Ершов"

Возможно. Назовёшь имя?

— Дорн Авет.

Илар повторил. Лада повторила следом. Орс третьим назвал имя человека, который считал его убийцей.

Дорн перестал вырываться.

— Брата звали Хест.

— Его тоже назовём, — сказал Орс. — Но сначала остановим кровь.

Маэна разрезала форменный рукав и осмотрела рану.

— Болт прошёл навылет. Жить будет, если больше никто не решит улучшить ситуацию.

На экране исчезло название станции.

Маэна увидела первой.

— Они не штурмуют объект. Они его удаляют.

Серый прямоугольник стал белым. Вместе с ним побледнели опоры моста. Стражники оборачивались, не понимая, зачем стоят на пустом берегу.

Старший попытался прочитать приказ, но экран показывал уже другую версию: на площадке произошла авария, персонал эвакуирован, посторонних не обнаружено.

— Где моя часть? — спросил один из стражников.

На его нагруднике исчез номер. Сосед отступил, будто впервые увидел вооружённого незнакомца.

— Мы прибыли вместе, — сказал Илар. — Подтвердите друг друга.

— Не вмешивайтесь в процедуру.

— Процедура сейчас ест ваши имена.

Не все послушали. Двое успели назвать друг друга до того, как белая черта погасла. Третий забыл имя товарища на середине слова.

Освобождённые у маховика тоже побледнели. Если станция исчезала, исчезало доказательство их плена. Они превращались в случайных безымянных людей на берегу, которых можно было убрать без объяснений.

Сава прижал костяную пуговицу к оси.

— Не отпускайте! — крикнул он. — Пока она крутится, место знает, зачем мы здесь!

— Приказ на стирание включает их самих, — сказал Илар.

— Так меньше свидетелей, — ответила Лада.

Она достала три аварийных стекла. Одно уже треснуло. Насосная держалась на их временном свидетельстве, но Палата давила всей массой городского реестра.

— Нужны новые основания, — сказала она.

Маэна показала на белеющий экран.

— У нас меньше минуты.

— Достаточно, если никто не врёт.

— Мне нужны три голоса, — сказала она. — Разные.

— Нас не признают независимыми, — напомнил Илар.

— Теперь признают. Орс — нападавший. Вы — Палата. Раненый — гарнизон объекта.

Стражник побледнел.

— Я не буду свидетельствовать с террористом.

— Тогда свидетельствуйте против него, — сказал Илар. — Независимость не требует согласия.

Дорн посмотрел на Орса.

— Я видел, как он напал на объект.

— Хорошо, — сказала Лада. — Дальше.

— Видел, как он вытащил меня. Это не отменяет нападения.

— И не должно.

Орс прижал ткань к его ране.

— Тогда умрёшь человеком, которого не существовало.

— Не угрожайте ему, — сказал Илар.

— Я описываю выбор. Ваше любимое занятие.

Лада поставила стекло на землю. Мостовая Селя, насосная Маэны и пустой берег Палаты наложились друг на друга. Серебряные ожоги на пальцах раскрылись.

— Назовите, что здесь происходит.

Илар заговорил первым:

— Насосная станция является местом преступления. Люди внутри имеют право на защиту и показания.

Орс:

— Здесь держали пленных. Мы пришли освободить их. Я отвечаю за нападение.

Раненый стражник зажмурился.

— Я получил приказ охранять станцию. Потом приказали стрелять во всех. В приказе не было эвакуации караула.

Стекло вспыхнуло. Лада свела три версии. Они спорили, кто виноват, но совпадали в главном: станция была, люди были, приказ был.

Сопротивление ударило через пальцы. ПР-0 предлагал ей простое решение: признать версию Илара главной, Орса — преступной, Дорна — ошибочной. Тогда шов закрылся бы ровно.

Лада оставила все три края. Стекло резало ладонь. По серебряным ожогам пошла кровь, но версия обрела форму, которая не принадлежала никому полностью.

На экране проступили показания. Не единый текст — три колонки. Горожане наверху впервые могли увидеть, что свидетельства спорят и всё равно подтверждают существование события.

Мост обрёл вес так резко, что с перил посыпалась ржавчина.

На экране герб Палаты раскололся белой полосой.

Стражники опустили оружие. Не все. Старший поднял арбалет на Орса, но Илар встал перед ним.

— Вы мешаете исполнению чрезвычайного распоряжения.

— Предъявите текст.

— Он на экране.

— Экран только что пытался удалить вас.

Это оказалось убедительнее закона.

Старший медленно опустил арбалет.

— Если я прекращу исполнение, меня обвинят.

— Да, — сказал Илар.

— Это всё?

— Я не обещаю безнаказанность. Я обещаю записать, почему вы остановились.

Стражник выругался и приказал разомкнуть строй. Несколько человек не подчинились, но стрелять без общего приказа уже не решились.

Орс передал раненого товарищам и подошёл к Ладе.

— Сорок семь часов.

— Вы потеряли час?

— Вы потратили его, спасая собственность Палаты.

Лада посмотрела на освобождённых. Женщина всё ещё не узнавала мужа, но позволила ему держать себя за локоть.

— Я спасала место, где они смогут дать показания.

— Место можно построить заново.

— Людей — нет.

— Вы всё ещё думаете, что башню можно исправить.

— Я думаю, что ваш взрыв не спросит тех, кого спасает.

— Машина тоже не спрашивает.

— Поэтому вы с ней похожи больше, чем хотите.

Орс не рассердился. Это было хуже: он принял удар как давно ожидаемый.

Орс кивнул, будто услышал правильный пароль.

— Поэтому маяк должен умереть.

Сава стоял у экрана. На белом месте, где была насосная, проступила надпись:

Объект отсутствует. Потери персонала: отсутствуют.

Он снял одну из двух пуговиц с куртки и прижал к стеклу.

— Если Палата так считает своих, что она сделала с нами?

Никто не ответил.

Под строкой о нулевых потерях экран признал показания «шумом». Источниками значились Илар, Маэна и Лада. Орс был «отсутствующим», вместо Савы стояло пустое место.

— Даже обвинить нормально не могут, — сказал он.

Над водой ударил маяк. Белый свет прошёл через площадку, но никого не сделал прозрачным.

Глава 20. Не тот террорист

Илар устроил допрос в пустой красильне.

Он попросил разрешения у хозяина, у освобождённых свидетелей и у Орса. Последний согласился только после того, как двери оставили открытыми.

Освобождённых разместили между чанами. Маэна подключила капсулу Берана к ручному меху. Риана сидела рядом и перестукивалась со стариком через стекло. У дверей стояли двое Лиги и двое сложивших оружие стражников.

— Чтобы вы могли сбежать? — спросил Илар.

— Чтобы любой услышал.

— Тогда это не допрос, — заметила Лада.

— Не определяется дверью, — ответил Илар.

— Скажите это исчезнувшему дому.

Он помолчал и провёл на полу черту.

— По эту сторону задаю вопросы я. Любой присутствующий может дополнить, оспорить или отказаться отвечать. Запись будет одна, отзывная до