Читать книгу - "Когда ребенок еще не может объяснить. Как понять настоящие причины детских капризов, истерик и упрямства - Клаудия Шварцльмюллер"

бокалом вина. Вообще-то им не стоит… но есть такой сильный импульс… они сопротивляются ему какое-то время… а потом все же это происходит, и шоколад оказывается съеден, а бутылка вина опустошается.

После таких нарушений правил Алекс часто улыбается, потому что еще младенцем он усвоил, что, когда он улыбается, все всегда становится хорошо. Тогда взрослые улыбаются в ответ, и все снова счастливы. Однако в случае нарушения правил это не срабатывает, и вместо этого Алекса называют «провокатором». Тетя Тони также называет это «дерзкой ухмылкой» и говорит, что теперь Алекса «нужно отучать от этого, потому что иначе он будет вить веревки». По этому поводу между взрослыми идет немало дискуссий. Джулия и Ян пытаются объяснить уровень развития Алекса, но тете Тони трудно это понять. Она предпочитает обращать внимание на то, что видит – конкретно на эту самую улыбку. Она понимает это по-своему и не доверяет этим новомодным объяснениям, которые кажутся ей не внутренним миром Алекса, а, скорее, отговорками. Она любит Алекса и хочет для него самого лучшего – только ее путь к этому совсем другой.

Игра с друзьями

А как насчет его группы в яслях, которую скоро надо будет переименовать в группу по легкой атлетике? Алексу нравится общаться с другими детьми, но он еще не умеет заводить дружеские отношения. Он любит ползать или бегать с другими детьми, приветствовать их, обмениваться игрушками (и часто приходит в ужас, когда вообще не получает их обратно, он знает, что с родителями происходит по-другому). Он внимательно наблюдает за другими детьми и может хорошо учиться у них, потому что их поведение ближе к его поведению. Он все еще немного неповоротлив в общении с ними и совершенно не понимает социальных правил. Он еще не может разработать настоящую совместную игру, это слишком сложно. Иногда, когда в игре участвуют дети постарше, у которых уже есть более зрелые игровые планы, подобие игры возникает. Только Алекс пока не может сосредоточиться на чем-то достаточно долго, поэтому в большинстве случаев это короткий эпизод.

Несмотря на это, общение Алекса с другими детьми – это прекрасно, только пока происходит не так, как ожидают его родители.

Движение

Алекс может бегать! Где-то в эти месяцы он делает свои первые шаги. Раньше способы передвижения у его группы в яслях были самые разные: большинство сначала ползали, а другие передвигались на попе, или катались по комнате, или даже перемещались какими-то змеиными движениями. Так или иначе, все они тренировали свои мышцы и навыки движения в течение многих месяцев, а затем в какой-то момент перешли на бег.

Первые шаги Алекса выглядят так, как будто он переминается с ноги на ногу. Он держит руки поднятыми и тем самым сохраняет равновесие. Иногда он с удовольствием держится за руку при ходьбе, просто для уверенности. Джулия и Ян узнают в группе детей ползункового возраста, что лучше не давать ребенку обе руки и вести его сверху. Потому что тогда ребенок идет иноходью, сначала левой стороной, потом правой, как медведь. Алекс предпочел бы научиться ходить как человек, который ставит руки и ноги крест-накрест. Так что по крайней мере ему нужна свободная рука, с помощью которой он мог бы практиковаться в удержании равновесия.

Останавливаться надо еще поучиться, вначале он садится с размаху в целях безопасности или за что-то цепляется. Джулии сейчас нужно очень постараться, чтобы не слишком защищать его. Однажды он хочет удержаться за детский лабиринт, и Джулия крепко удерживает его, чтобы тот не перевернулся. После этого Алекс в следующий раз думает, что за лабиринт можно держаться, хватается за него со всего размаха – и падает вместе с лабиринтом. Он должен учиться сам.

Теперь Алекс любит, когда он бегает, использовать вещи, которые можно толкать.

Даже тяжелые вещи: он хочет нарастить мышечную массу. Родители пытаются отобрать у него тяжелые вещи, но Алекс этого не хочет и протестует. Ему также нравится преодолевать препятствия, подниматься, спускаться или передвигаться ползком самыми сложными путями. Его родители улыбаются по этому поводу и удивляются, почему он не идет по самому простому пути. На это Алекс ответил бы опять же, что он учится. Он хочет изучить все варианты движения и специально ищет трудности, чтобы познакомиться с ними. Он хочет осознанно прикладывать усилия. А когда человек достигает в этом больших успехов и хорошо выполняет работу, остается только искать наиболее эффективный способ ее выполнения.

Алекс теперь буквально «контролирует» свои пальцы. Он уже может использовать отдельные пальцы, что является совершенно новым достижением. Конечно, этому нужно тренироваться, поэтому он ковыряет везде отверстия, царапает ковер и гладкие поверхности.

«Пинцетный захват» теперь функционирует, и он может целенаправленно подбирать очень мелкие предметы, например крошки с пола, большим и указательным пальцами.

Это проявляется так медленно, что Алекс работает в основном правой рукой. В его ясельной группе есть девочка, которая развивается в левшу. От хорошо информированной матери Джулия узнает, что в наши дни известно, что ребенок имеет предрасположенность к доминирующей руке и что его следует принимать таким, какой он есть.

Есть самому – настоящий фокус

Алексу сейчас хочется сделать как можно больше самому, особенно поесть. При этом он берет ложку поперек всего кулака – иначе пока не получается, – и он все еще очень пачкается. Ему требуется много времени, чтобы проделать фокус, донести ложку прямо и, таким образом, не запачкавшись, преодолеть большое расстояние от тарелки до рта.

Ему очень хочется это сделать самому, и он не может учитывать потери во время транспортировки. Как понести ложку ко рту, несмотря на то, что она того и гляди перевернется, если вы все еще не можете хорошо согнуть запястье? Всему этому Алекс может научиться благодаря частой практике, методу проб и ошибок. Кроме того, теперь нужно размешать еду, потому что то, что нужно положить в рот, нужно сначала исследовать руками. Его родители отмечают, что Алекс особенно долго и интенсивно мешает еду, когда он и так сыт. Поэтому в течение дня они дают ему возможность мешать другие вещи, чтобы эта потребность была удовлетворена и чтобы в долгосрочной перспективе он меньше занимался этим во время еды.

Также они позволяют ему попробовать пить из чашки прямо сейчас, и здесь тоже поначалу многое проливается, пока Алекс в конце концов не найдет нужную критическую точку.

Язык

Алекс полон решимости расшифровать странные звуки, издаваемые окружающими его взрослыми людьми. Он усваивает все больше и больше слов, поскольку Ян и