Читать книгу - "Собрание сочинений. Том 4. Быт - Виктор Борисович Шкловский"

Дона. Работа не удалась, и главный инженер – англичанин – был казнен. История каналов России – это история многих неудач.

Александр Радищев в книге своей «Путешествие из Петербурга в Москву» описал Вышний Волочек.

Мало радостного видел путешественник за время своего пути.

Вышний Волочек ободрил его.

Никогда не проезжал я сего нового города, чтобы не посмотреть здешних шлюзов. Перьвой, которому на мысль пришло уподобиться природе в ее благодеяниях и сделать реку рукодельную, дабы все концы единые области в вящее привести сообщение, достоин памятника для дальнейшего потомства. Когда нынешние державы от естественных и нравственных причин распадутся, позлащенные нивы порастут тернием, и в развалинах великолепных чертогов гордых их правителей скрываться будут ужи, змеи и жабы, любопытный путешественник обрящет глаголющие остатки величия их в торговле. Римляне строили большие дороги, водопроводы, коих прочности и ныне по справедливости удивляются; но о водяных сообщениях, каковые есть в Европе, они не имели понятия. Дороги, каковые у римлян бывали, наши не будут никогда; препятствует тому наша долгая зима и сильные морозы, а каналы и без обделки нескоро заровняются.

Немало увеселительным было для меня зрелищем вышневолоцкий канал, наполненный барками, хлебом и другим товаром нагруженными и приуготовляющимися к прохождению сквозь шлюз, для дальнейшего плавания до Петербурга.

Вышневолоцкая система была заброшена, и по ней сплавляли только лес.

В 1756 и 1757 годах проходило в Петербург по Вышневолоцкой системе от девяти с половиной до двенадцати миллионов пудов груза. С 1800 до 1811 – в год проходило около пяти тысяч судов. С 1850 по 1858 год – от двух до трех тысяч судов. В шестидесятые годы – от полутора тысяч до тысячи, в семидесятые – около четырехсот, в девяностые – сперва тридцать, потом меньше двадцати и, наконец, один. Сквозное движение через Вышневолоцкую систему почти прекратилось. Это объясняется конкуренцией железных дорог и отчасти конкуренцией других водных путей. Жила и умерла Вышневолоцкая система.

Дольше жила Тихвинская.

Дожила до наших дней Мариинская система, которая начиналась у гор. Рыбинска, шла рекой Шексной, Белозерским каналом, рекой Ковжей, Новомариинским каналом через водораздел и дальше к каналам Онежским, рекою Свирью, каналом Свирским, потом Сясьским к реке Неве и в Петербург. Из трех систем работала самая длинная – Мариинская, и то она была так скромна, что в народе звалась не каналом, а канавой.

Великая Волга была использована старой Россией постыдно мало.

Вырубали леса, мелела Волга, весь участок Тверь – Рыбинск и вся остальная верхняя Волга потеряла свое значение. Волга отмирала сверху, как дерево сухой вершиной. Была попытка улучшить судоходство верхней Волги. Строили на Волге бейшлоты, поперечные плотины, продольные плотины, которые должны были сузить ее течение и тем повысить уровень воды, на Копринских мелях держали в готовности запасные деревянные щиты, колья и рогожи, из которых делались временные заграждения русла. Громадная и богатая страна, в которой все пели о великой реке, которая жила этой рекой, исправляла ее течение кольями и мочалой.

В пятидесятых годах начали работы по соединению Волги с Москва-рекой. В систему этого соединения, при котором предполагалось необходимое улучшение судоходного состояния Волги, входили: река Большая Истра, впадающая в Москва-реку, река Сестра – приток Дубны, впадающей в Волгу ниже Колеснина, и соединительный канал между Истрой и Сестрой. Если бы это было осуществлено, то путь между Петербургом и Москвой сильно сократился бы.

Работы эти сейчас забыты, а между тем они продолжались двадцать четыре года – с 1826 по 1850 год. Был выкопан канал между Сестрой и Истрой, устроено водохранилище. Были сделаны на Истре тринадцать шлюзов, на Сестре – двадцать. По системе проходило уже шесть тысяч лодок с грузом по две тысячи пудов каждая, уже было израсходовано семь миллионов рублей ассигнациями, но с окончанием Николаевской железной дороги решили, что каналы не нужны, систему закрыли, а имущество продали с аукциона.

Такова предыстория Волги – Москвы.

Весною разливалась и Москва, и Волга.

В Москве заливало Лужники; в Дорогомилове, я помню, вода подошла к кинофабрике на Брянском переулке, Потылиха стояла отрезанной. Летом вода уходила, и река не могла прикрыть наготу своего дна. Воды не хватало на то, чтобы город мог напиться чаю или умыться.

А между тем в мире уже давно сушу прорезали каналы. Водные пути ожили.

Первым был осуществлен путь через Суэцкий перешеек.

Это тоже старая мечта человечества. Египтяне создавали обходной путь для дорог, прорыв канал от Красного моря к Нилу.

Действительность оказалась трудной. Но канал все же был прорыт. Канал нужно было рыть в песках.

За Суэцким каналом был создан Панамский.

Суэцкий и Панамский каналы соединили моря, отрезали мысы, укорачивая путь кораблям. Ожили и речные каналы, появились речные порты, появился проект речного пути через Америку. Путь между солеными водами, как прежде, пошел пресной водой.

Речные пути не ожили только у нас. Мы имели на Волге грандиозный речной флот, но каналы наши дичали, были забыты, и реки не становились «рукодельными».

Советские каналы и речные пути ожили при электрификации. Волховстрой сделал Волхов судоходным, Днепрострой соединил Верхний Днепр с Нижним. Плотины, гидростанции сращивали отрезки рек в единые водные пути. Путь Беломорстроя – старая, доломоносовская мечта.

Социалистическое строительство превращает реки в «рукодельные». Канал Волга – Москва – самая рукодельная из них.

Канал Волга – Москва – это 128-километровая река и семь озер, созданные человеческими руками. Это – двести сорок сооружений, в том числе – многокилометровые дамбы, одиннадцать плотин, одиннадцать шлюзов, пять насосных станций, самых мощных в мире, мосты, тоннели.

Канал начинается недалеко от города Кимры, в восьми километрах выше впадения в Волгу реки Дубны. Путь Волги перерезан здесь земляной плотиной. Бетонная плотина поднимает уровень воды на восемнадцать метров. Разница уровней дает жизнь гидростанции. Пароходы проходят через мощный шлюз – вверх к Калинину и вниз к Рыбинску.

Путь к Москве идет ступеньками, шлюзами. Шесть шлюзов постепенно поднимают пароход до наиболее высокого уровня канала. Потом два шлюза вновь спускают его.

На самой Москва-реке есть еще три шлюза, один из них – поменьше. Они предохраняют низко расположенные кварталы города, и вода не будет страшна для них, когда поднимется уровень реки.

Канал Москва – Волга земляными работами в семь раз превосходит Беломорский канал. По объему уложенного бетона канал Волга – Москва в три раза превосходит Днепрострой.

Удобнее всего сравнивать его с Панамским каналом. Постройка Суэцкого канала была проще, потому что Суэцкий канал не имеет шлюзов. По своему профилю канал Волга – Москва тоже больше всего похож на Панамский.

Панамский перешеек подымается до двадцати шести метров над средним уровнем воды в океане, поэтому на Панамском канале пришлось устроить три пары шлюзов. Со стороны Атлантического океана трехкамерные шлюзы подымают пароход на водные ступени высотою 25,6 метра. Со стороны Тихого океана идут однокамерные шлюзы с падением 9,1 метра и двухкамерные шлюзы с падением от 6,7 до 10 метров.

Лестницы, построенные на водоразделе между океаном, похожи на лестницу, которая создана сейчас под Москвой.

Канал Волга – Москва в наиболее высоком участке на тридцать восемь метров выше уровня воды реки Волги, приподнятого Волжской плотиной.

Была такая страна Пошехонье, о пошехонцах рассказывали анекдоты. Была даже книга Березайского о простоте пошехонских жителей. Про пошехонские места Салтыков-Щедрин говорил, что мимо них даже рыба плывет без остановки, уж очень те места неинтересны. Сейчас эти места залиты большим озером, площадью триста пятьдесят шесть квадратных километров.

Канал Волга – Москва на тридцать восемь метров выше уровня вод, заливших Пошехонье. Канал строился в период второй пятилетки. Поэтому он технически разрешен совершенно иным методом, чем Беломорский канал.

На Панамском канале было одно природное