Читать книгу - "Троцкий. Вооруженный пророк - Исаак Дойчер"

начали восстанавливать польских помещиков в их прежних владениях и отмечали свои победы расстрелами военнопленных и погромами.

То, что большевиков подхватил прилив национального единства, стало для них невиданным опытом. Троцкий изо всех сил старался упрочить интернационалистские убеждения партии. Он приветствовал брусиловское проявление солидарности с Красной армией, но публично отверг шовинистический и анти-католический тон Брусилова. Когда пошли слухи, что Брусилов поведет красноармейцев против поляков, Троцкий опроверг их в категорической форме, заявив, что польский фронт находится под командованием Тухачевского и Егорова, чья верность интернационалистской идее революции проверена в Гражданской войне. В разгар военных действий он публично приказал закрыть «Военное дело», журнал Генерального штаба, потому что в статье о Пилсудском он прибег к языку, «проникнутому насквозь духом грубого шовинизма». Также он приказал провести расследование по факту и установить непосредственных виновников «напечатания... статьи, дабы раз и навсегда отстранить их от прикосновения к работе, имеющей своей задачей просвещение и воспитание Красной армии»359. (В ту эпоху, когда в военное время «цивилизованные» государственные деятели и публицисты без зазрения совести клеймили недругов кличками варваров и зверей, недостойных звания человека, этот случай казался чем-то вроде благородной причуды.) В свои приезды на фронт Троцкий старался обуздать озлобление, вызванное в армии сообщениями о расстрелянных поляками пленных. Клеветать нельзя даже на врага, говорил он на солдатских митингах на передовой. Он категорически запретил мстить польским пленным. «Да будет отсечена рука того красноармейца, который на пленного и безоружного, больного и раненого поднимет нож», — написал он. Безжалостный в битве, красноармеец должен быть великодушен к пленному и беспомощному врагу1.

Успех Пилсудского на Украине продлился недолго. Нескольких недель польской оккупации хватило, чтобы поднять украинское крестьянство против захватчиков. Армии Тухачевского на северном участке фронта и Егорова на южном получили подкрепления за счет дивизий, освобожденных из боев с Деникиным и Колчаком. Красная армия, при всех трудностях со снабжением, находилась на пике своей силы — еще до окончания польской кампании под ее знаменами будет стоять пять миллионов человек. 12 июня большевики взяли Киев, и спустя некоторое время войска Пилсудского в панике отступили к границам этнической Польши.

И тут вмешались важные политические вопросы, усложнив ход войны. Какие-то из них касались отношений России с Великобританией, другие влияли на ее позицию по отношению к Польше, и эти два ряда проблем в некоторых своих точках пересекались.

Противодействие британского лейбористского движения интервенции и разгром Белой гвардии ослабили партию интервенции, возглавляемую Уинстоном Черчиллем. Премьер-министр Ллойд Джордж склонялся к выводу интервентов и возобновлению торговых отношений с Россией. В конце мая 1920 года советское торговое представительство под началом Красина отправилось из Москвы в Лондон. Однако тем временем партия интервенции укрепила позиции в результате побед Пилсудского. У Политбюро сложилось впечатление, что британское правительство, как и французское, целиком и полностью поддержало Пилсудского. Комиссариат иностранных дел и Коминтерн попытались ослабить позиции британцев в Азии, особенно в Персии и Афганистане, как год назад предлагал Троцкий. Но прошло немного времени, и официальная политика Британии, словно маятник, качнулась в другую сторону: сопротивление лейбористов интервенции достигло апогея, к тому же Красная армия, погнавшая поляков, еще раз доказала ее тщетность.

Троцкий Л. Сочинения. Т. 17. Кн. 2. С. 403—405.

11 июля лорд Керзон, министр иностранных дел Великобритании, предложил посредничество своего правительства в переговорах между Советской Россией и Польшей, а также между Советами и остатками деникинской армии, которые под началом барона Врангеля окопались в Крыму.

Весь июнь и июль Политбюро и Наркомат иностранных дел пытались разобраться в намерениях британских политиков. Троцкий неоднократно вмешивался в дискуссию и оказывался в оппозиции большинству. Об этих спорах красноречиво рассказывают личные письма Троцкого к Чичерину, Ленину и другим членам Политбюро, а также лаконичные записки Ленина, сделанные им собственноручно, содержащиеся в архивах Троцкого. В меморандуме от 4 июля Троцкий настойчиво убеждал занять примирительную позицию по отношению к Британии. Он утверждал, что британская политика никоим образом не может сосредоточиваться на единственном курсе на интервенцию и что поддерживать ее неустойчивость в интересах Советов. Попытки большевиков устроить антибританский мятеж на Ближнем Востоке, не говоря уж о ближневосточных военных экспедициях, заставят британскую политику укрепиться в крайне враждебном отношении к Советам. В прошлом августе он сам придавал большое значение революционным движениям в Азии, но теперь, в свете новой информации, утверждал, что этим движениям на Ближнем Востоке не хватает внутренней силы360. Большевики должны активизировать революционную пропаганду и работу подпольных организаций, но не предпринимать никаких шагов, которые могли бы вовлечь их в рискованные военные операции. В лучшем случае можно использовать революционную угрозу на Ближнем Востоке как козырь в дипломатических переговорах с Великобританией. Однако необходимо использовать каждую возможность, дабы убедить британцев, что Советы не против того, чтобы договориться по поводу Востока.

На полях этого документа Ленин с некоторой иронией заметил, что Троцкий, как и Красин, ошибается насчет британской политики: ее курс незыблем, и «абсолютно ясно», что Англия помогает и будет помогать и полякам, и Врангелю361.

В июле, после того как лорд Керзон сделал свое предложение, этот вопрос обсуждался снова. Ленин сообщил о предложении Троцкому, который находился на фронте. В тот же день, 13 июля, Троцкий ответил двумя телеграммами, где убеждал Политбюро и Чичерина согласиться на посредничество британцев между Россией и Польшей и поставить целью на переговорах перемирие, которое приведет к заключению мира как с Антантой, так и с Польшей362. Он снова посоветовал Политбюро обратить более пристальное внимание на расхождения между общественным мнением Британии и ее официальной политикой363.

Политбюро не приняло ни предложений Троцкого, ни, разумеется, британцев и, как ни странно, попросило Троцкого дать отпор лорду Керзону. Движимый принципом солидарности, он так и сделал. В блестящем саркастическом манифесте, из которого никто даже отдаленно не мог догадаться о том, что на самом деле у него на уме, Троцкий объяснил, что «великобританское правительство... [не призвано] вмешиваться во внутренние дела Российской Советской Федерации и миротворчески улаживать гражданскую войну, которую они сами преступно вызвали и разожгли»364.

В конце концов, это разногласие касалось только дипломатической тактики. Но оно было связано с другим разногласием, фундаментальным. Отвергнув предложение Керзона, Ленин потребовал яростно ускорить наступление на Польшу. Троцкий и тут был против. К тому моменту Красная армия заняла все украинские и белорусские земли и стояла примерно на той линии, по которой лорд Керзон, когда он еще рассчитывал на победу Деникина, предлагал провести границу между Россией и Польшей. Там Троцкий собирался остановить преследование и открыто предложить мир. Ленин и большинство