Читать книгу - "История террора 1792-1794 гг. Том четвертый - Луи Мортимер-Терно"

заточили вместе с королевой и дофином в тесном пространстве, где в течение двадцати четырёх часов он был оставлен без всякой помощи, имели бесчестие произнести от его имени

приостановление всякого осуществления власти; знайте, что затем, заключённый в Тампль, башня которого приготовлена ему в качестве тюрьмы, он обращается как государственный преступник, отлучён от всякого общения и подвергается унижению быть допрошенным мятежными подданными по химерическим обвинениям; знайте, наконец, что в сложившихся обстоятельствах больше нельзя колебаться; что не поспешить отречься от преступлений узурпаторов — значит стать их соучастником; что оставаться с оружием вместе с мятежниками — значит заслужить наказания, им причитающиеся, и что нужно либо вновь стать верными французами, либо погибнуть как мятежники. У вас осталось лишь несколько мгновений для выбора, и ваш выбор решит судьбу вашего города; та участь, которую слепое сопротивление навлечёт на него, объявлена в декларации, которую герцог Брауншвейгский сделал 25 июля от имени императора и короля Пруссии. Возможно, в вашем городе помешали её опубликованию; мы посылаем вам экземпляр и убедительнейше призываем вас не подвергать себя военным казням, которые там объявлены; вы должны видеть, что ничто не сможет вас от них уберечь и что грозная армия, которой вы окружены, а также взятие Вердена не оставляют вам никакой надежды на помощь; вы можете найти спасение только в подчинении; сделайте его достаточно быстрым, чтобы его можно было приписать чувствам, а не страху. Промедление не может быть ни полезным, ни благотворным; если вам нужен пример того, чего требует ваше положение, вы найдёте его в прилагаемой декларации, которую жители города Лонгви нам прислали; они, как и вы, не знали, что происходило в столице; они содрогнулись, узнав об этом, и поспешили вложить в наши руки выражение чувств, которые, как нам кажется, невозможно, чтобы вы не разделяли с ними и со всеми добрыми французами. Итак, спешите сделать те же протесты; воспользуйтесь умеренностью держав, которые хотят просветить, прежде чем ударить, и доставьте вашему пленному королю утешение видеть, как его народ возвращается к нему, возвращается к своим обязанностям, не будучи к тому принуждён суровостями, о которых он бы скорбел, но которые их упрямство сделало бы необходимыми.

Мы заявляем вам окончательно, согласно инструкциям Их Императорских и Прусских Величеств и по соглашению с Его Высочеством принцем Гогенлоэ, чья армия стоит перед вашим городом, что настоящее повторное требование немедленно открыть нам ваши ворота является последним, которое мы можем вам сделать; делая вас лично ответственными за ужасные последствия, которые ваш отказ немедленно повлёк бы за собой.

В главной квартире в Эттанж-ла-Гранд, 5 сентября 1792 года.

ЛУИ-СТАНИСЛАС-КСАВЬЕ, ШАРЛЬ-ФИЛИПП, в согласии с Его Королевским Высочеством принцем

ГОГЕНЛОЭ, генералом, командующим императорской армией, в главной квартире в Ришмоне.

Ответ командующего крепостью Тионвиль императорской и прусской армиям.

Мы скорбим вместе с вами о бедствиях, терзающих Францию, мы не разделяем и никогда не разделим преступлений, пятнающих анналы нашей революции; но, французские граждане, мы столь же мало расположены подчиниться деспотизму, который вы нам предлагаете, и принцы хорошо знают, что, независимо от мнения, группа честных людей не складывает оружие по приглашениям, которые являются лишь угрозами.

В Тионвиле, 5 сентября 1792 года, 4-го года свободы.

ФЕЛИКС ВИМФФЕН, маршал лагеря, командующий в Тионвиле.

III. — ПОЛНОМОЧИЯ ДЛЯ СБОРА НАЛОГОВ.

От имени короля и Их Королевских Высочеств братьев Его Величества, командующих его армией.

Мы, государственный министр, уполномоченный принцами, братьями короля, проверить состояние доходов и сборов пошлин в разных местах, где они приказали взимать их от имени и за счёт Его Величества, уполномочили и уполномочиваем, от имени Их Королевских Высочеств, господина Остона, главного сборщика таможни в Сьерке, приступить к вышеупомянутой проверке как регистров доходов, так и состояния касс в местах, зависящих от округов Лонгви и Тионвиль, дабы отчитаться перед Их Королевскими Высочествами и затем получить от них дальнейшие распоряжения.

Составлено в лагере Эттанж, 2 сентября 1792 года.

ДЕ КАЛОНН.

Мы, нижеподписавшийся государственный министр, удостоверяем, что господин Остон, главный сборщик национальных таможен в Сьерке, вышедший из Франции в июле и принятый в число эмигрантов по удостоверению господина Рея от 17 августа, с того времени принёс столько пользы, сколько от него зависело.

В лагере Эттанж, 14 сентября 1702 года.

ДЕ КАЛОНН.

Люксембург, 29 сентября 1792 года.

Я извещаю вас, сударь, что Их Королевские Высочества принцы, братья короля, назначили меня администратором королевских пошлин и дали мне самые точные приказы установить точное и постоянное управление за счёт короля. В соответствии с полномочиями, которые мне были доверены, я прошу вас продолжать усердие, которое вы проявляли до сих пор для точности службы.

Я знаю, что в данный момент эта служба почти равна нулю из-за прохода армий, уничтоживших всю торговлю, но она может в любой момент возобновить свою деятельность, и всегда необходимо поддерживать бригады и служащих в постоянной работе, тем более что всегда происходит перевозка продовольствия для армий, и нужно помешать тому, чтобы под этим предлогом не производились поставки в ваш город и не создавались склады в вашей инспекции.

Вам, без сомнения, известно решение, данное господином де Калонном, государственным министром, от имени принцев и за счёт короля, освобождающее от всех пошлин все продовольственные товары, предназначенные для соединённых армий и армий принцев. Но необходимо, чтобы торговцы или розничные продавцы были снабжены паспортами, удостоверяющими и доказывающими, что указанные товары предназначены для потребления армиями. Это формальность обязательна, и в случае, если указанные торговцы не смогли получить паспорта при прохождении через королевские таможни, необходимо, чтобы сборщики или контролёры выдавали квитанции-поручительства, которые будут визированы и заверены военными комиссарами армий. Что касается сахара и кофе, которые не являются продовольствием первой необходимости, вы соблаговолите взимать пошлины при ввозе, с тем, однако, чтобы возвращать их торговцам, если они предъявят вам надлежащим образом оформленные сертификаты