Читать книгу - "Новая география инноваций. Глобальная борьба за прорывные технологии - Мехран Гул"

Многие выпускники MSRA, включая Ли Шипэна, одного из основателей института, находятся под прямыми санкциями правительства США. Один из авторов статьи о ResNet, Чжан Сянъю, сейчас работает в Megvii – известной китайской компании в сфере искусственного интеллекта, которая также внесена американским правительством в черный список.

До сих пор неясно, насколько успешны эти меры в попытке сдержать развитие передовых исследовательских возможностей Китая. Однако очевидно, что они ускоряют уже наметившуюся тенденцию к развитию собственных разработок в сфере исследований и разработок в Китае.

Тан Цзе – один из наиболее успешных выпускников Цинхуа. Он получил докторскую степень в этом университете в 2006 году и сейчас является профессором на факультете компьютерных наук. Его исследования сфокусированы на больших языковых моделях (LLM) – особенно актуальном направлении машинного обучения. Тан разработал несколько самых передовых языковых моделей, созданных в Китае, которые лежат в основе ChatGLM – китайского варианта ChatGPT.

В 2019 году Тан запустил Zhipu – стартап в области искусственного интеллекта, отпочковавшийся от Цинхуа. Он рассказал мне, что этот шаг был обусловлен не столько коммерческими причинами, сколько тем, что университеты стали менее подходящими для масштабных исследований. «Даже в Соединенных Штатах, даже Стэнфорд и MIT не могут проводить такие же исследования в области ИИ, как OpenAI, – говорит он. – Большие языковые модели требуют значительных ресурсов, именно поэтому мы создали отдельную компанию»[46].

Zhipu – крупнейший по объему инвестиций конкурент OpenAI из Китая. Летом 2024 года его оценивали в 3 млрд долларов. Среди инвесторов – такие гиганты, как Alibaba, Tencent и Xiaomi, а также венчурное подразделение саудовской Aramco, вложившее 400 млн долларов[47].

Ассортимент продуктов Zhipu аналогичен OpenAI: чат-бот, генератор изображений по тексту и генератор видео по тексту. Большинство моих собеседников считают, что Zhipu отстает от OpenAI примерно на год – все, что появляется у OpenAI, в течение года появляется и у Zhipu. Я спросил Тан Цзе, выходит ли их конкуренция с OpenAI за рамки чат-ботов и генераторов изображений. «В ближайшей перспективе мы будем просто догонять OpenAI; все, что делает OpenAI, будем делать и мы, – ответил он. – А в долгосрочной перспективе, конечно, мы нацелены на создание общего искусственного интеллекта».

Основатели Zhipu получили образование в Китае. Значительная часть капитала компании номинирована в юанях, а не в долларах. Это отступление от привычной практики среди предыдущего поколения китайских технологических компаний, которые стремились привлекать специалистов с зарубежным образованием и явно предпочитали иностранный капитал. Это говорит о том, что технологическая отрасль страны, которая раньше искала ресурсы и признание за рубежом, теперь все больше опирается на собственные силы. Американские инвесторы уже сокращали свои инвестиции в Китай. Теперь и китайские компании с осторожностью относятся к привлечению американских средств.

«Геополитически ситуация крайне сложная, – говорит Руи Ма, операционный директор американской компании по исследованию рынка Alphawatch, внимательно следящая за технологическими стартапами в Китае. – Люди не хотят работать с долларами США. Они стремятся сохранять свою структуру собственности без американских инвесторов. Они хотят выходить на публичные торги на китайских рынках капитала. Я разговаривала с одной компанией, у которой клиентами являются предприятия, и эти предприятия не хотят пользоваться услугами поставщиков с американскими инвесторами. Это выглядит странно, но такова реальность. Возможно, ситуация изменится, поскольку это не официальное правило, просто люди думают: „Это может быть рискованно“. Так что процесс происходит с обеих сторон»[48].

Некоторые самые блестящие умы Китая, раньше стремившиеся попасть в американские университеты, теперь пересматривают свои планы. По данным Госдепартамента США, количество китайских студентов в американских учебных заведениях с 2019 года сократилось на 20 %[49]. Во многом это связано с атмосферой подозрительности, которая сейчас окружает студентов китайского происхождения в американских кампусах. Но существуют и другие факторы.

«Лично я считаю, что это происходит потому, что у людей есть чувство принадлежности, гордость за свою цивилизацию», – говорит известный руководитель из китайской технологической отрасли, сам выпускник ведущих программ в США и Китае.

Тан Цзе указывает на своем веб-сайте десятки студентов, которыми он руководил и которые получили докторские степени на самых конкурентных факультетах компьютерных наук в мире. Гарвард, Стэнфорд, Массачусетский технологический институт, Принстон, Университет Карнеги—Меллона, Беркли – практически нет ни одной программы первого эшелона, которая не была бы представлена в этом списке. Я спрашиваю его, почему он решил остаться, когда так много его студентов уехали.

«Некоторые мои друзья пытались убедить меня поехать в США, работать в крупной компании или даже стать профессором в университете, – сказал он. – Но в конечном итоге это был мой выбор, мое решение. Я подумал, что смогу сделать что-то значимое в Китае и, возможно, так смогу лучше помочь своей стране. Поэтому я решил остаться.

С самого начала, когда я решил остаться в Цинхуа, я был уверен, что студенты Цинхуа находятся на одном уровне со студентами Калтеха, Массачусетского технологического института и Стэнфорда. Разница лишь в том, что у них неодинаковые ресурсы и возможности. Поэтому, если предоставить им достаточно возможностей посещать различные компании и университеты мира и если дать им такие же ресурсы, я думаю, они смогут очень быстро расти. Именно этим мы занимались последние десять лет».

Внедрение

Фундаментальная наука в Китае сейчас находится в гораздо лучшем состоянии, чем когда-либо прежде. Однако было бы разумно не преувеличивать ее значимость по сравнению с другими странами. Общий объем и качество научных публикаций резко выросли, но лишь немногие из этих работ можно считать действительно прорывными открытиями и инновациями. ResNet по-прежнему остается исключением, а не правилом для китайских исследований.

По некоторым показателям Китай значительно отстает от западных стран. За один только 2023 год США получили столько же Нобелевских премий в научных областях, сколько Китай за всю свою историю. Среди лауреатов Нобелевской премии в различных областях науки всего пять уроженцев материкового Китая, причем четверо из них получили ее за работу, выполненную в американских университетах. Это свидетельствует о том, что даже при увеличении доли Китая в высокоцитируемых исследованиях в качественных изданиях, на США по-прежнему приходится непропорционально высокая доля влиятельных, прорывных работ.

Есть два объяснения того, почему Китай редко получает Нобелевские премии. Первое, предложенное Саймоном Маргинсоном из Оксфордского университета, заключается в том, что Нобелевские премии являются отстающим показателем научных достижений. «Цикл Нобелевских премий растягивается на десятилетия, а китайская наука в ее нынешнем подъеме существует всего двадцать лет, – говорит он. – Нобелевские премии достаются людям, которые сделали свои лучшие работы двадцать или тридцать лет назад. Я буду удивлен, если Китай не начнет показывать лучшие результаты».

Согласно второму объяснению, культура научных исследований в США по своей природе более благоприятна для создания прорывных открытий. США поощряют фундаментальные научные исследования, в то время как научная среда Китая остается более ориентированной на прикладные исследования. Потребуются десятилетия, чтобы изменить эти устоявшиеся институциональные особенности.

«По-настоящему прорывные технологические инновации, по крайней мере по моей оценке, не появятся в Китае в течение двух поколений, – говорит известная фигура в технологической индустрии Китая, занимавшая