Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

— Брат, — спокойно, будто объясняя непутёвому малышу, сказал мне лиственник, — Если твоя вера крепка, то она — твой щит. Щит духовный и физический, который не пробьёт ни одно лезвие, ни одна магия! Но если в твоей вере будет хоть крупинка сомнений, то…

Я едва сдержался, чтобы с размаху не пробить «щит» этому дурню. Но Древо наверняка смотрит, да и я теперь на стороне сил добра. Но хотя бы пинка-то можно дать⁈

Нет, Малуш! Все духовные споры выигрываются словами, а не кулаками. Ну, сначала словами…

— А чего ж ты тут стоишь-то уже полчаса и мнёшься? — вдруг озарило меня, — Тебе не кажется, брат, что кто-то наложил в штаны целое ведро сомнений?

Лиственник аж покраснел от возмущения и уже было дёрнулся мимо меня к стражнику, но крякнул, когда я схватил его за шкирку. Именно в этот момент до меня дошло, что этот бедолага здесь стоит именно для того, чтобы я его встретил. Да уж, пути Древа неисповедимы.

— Раз! — я приподнял его и встряхнул, — Это убили тебя. Два! Это уже Лею… Что ты успел сделать?

— Так нечестно! Я даже помолиться не успел…

— Так, слушай сюда, брат, — сказал я, поставив юнца ближе к Купаве, — Ходишь везде за ней, как хвост, и помогаешь. Чтоб пылинки с неё сдувал, чтоб ни один волосок не упал! А я иду на арену за твоей сестрой Леей, ясно?

— Я… но я…

— Понял? Я из Шиповниковой Ветви, раз познакомиться.

Я стиснул плечо бедняге, и у того даже вправилась сутулая спина. От боли он даже закричать на смог и тут же закивал сквозь слёзы:

— Да, да, брат, я понял!

Его бирка на всякий случай оказалась в моих пальцах. Одно усилие — и маленькая деревяшка, треснув, расползлась на волокна. Это чтобы он больше не сомневался.

— Телохранитель Ульв, — хмуро напомнила о себе Купава, — Ты понимаешь, что это всё усложняет?

— Тут уже созрел план, — я постучал пальцем по виску.

Судя по взгляду Купавы, она сильно сомневалась, что у меня есть какой-то план. Ну а я не стал подтверждать, что она, в принципе, права.

Оставив этих двоих, я подошёл к заскучавшему стражнику и протянул деревянную бирку участника. Подмёрзший от долгого стояния воин тут же приободрился и, поправив шапку, с деланно-хмурым видом стал рассматривать бирку, будто я ему подделку принёс.

— Бросс? — он прищурился, и мне снова пришлось являть собой пример терпения. Я на всей площади был выше народа больше чем на голову, и вопрос стражника был невероятно глупым.

Но, к сожалению, ситуация в Хладограде была такова, что глупым должен был быть именно бросс.

— Ульв, — кивнул я, — Я бросс.

— Сколько пальцев? — стражник показал три пальца.

Угрюмое каменное лицо — самый верный способ. Чтобы не давать ему повода для веселья, я просто нахмурился, да так и стоял молча. Мол, не знаю я, сколько пальцев.

— А, даже не повеселишься с тобой, тупой бросс! — он вернул мне бирку и открыл дверь, — Иди до конца коридора. Конец коридора — это в конце, который не начало. То есть, идёшь туда, доходишь до конца, где дальше идти уже не получится, потому что там — конец! Ха-ха… умпф!.. о-о-о…

Он сполз по косяку дубовой двери, когда я приложил его об этот самый косяк. Шлемом прям об косяк, когда его голова вдруг достигла косяка и не смогла продвинуться дальше, потому что там — косяк!

Я подарил растерянной Купаве виноватый взгляд — Малуш не виноват, — закрыл за собой тяжёлую дубовую дверь и двинулся по тёмному коридору. Всё равно сюда никто не зайдёт больше, а из Лабиринта никто не выйдет.

Дорогие читатели, эээ…

Глава 2

Понимая, что вспышка гнева может сбить мне весь тонкий настрой, всю дорогу по тёмному и низко гудящему коридору я тщательно себя успокаивал. Нельзя, чтобы моя магическая сила прорвалась наружу раньше времени.

Судя по давлению на ауру со всех сторон, Лабиринт был напичкан защитными и подавляющими артефактами со всех сторон. Царь Стоян, заставляя магов убивать друг друга на арене, первым делом заботился о том, чтобы они не убили его самого.

— А ты кто⁈ — послышалось неприветливое в самом конце коридора, где тот раздваивался и вёл уже в разные стороны.

Я сразу почуял пронизывающие волны от заклинания, считывающего мой ранг. Затем удивлённый стражник, кутающийся в ватник и пританцовывающий от холода, спрятал в карман проверяющий артефакт. Он явно не ожидал увидеть хоть одного участника, добровольно согласившегося участвовать в этих игрищах.

— Ульв, — буркнул я, и удивление сразу исчезло с лица хладоградца. Тот разглядел в сумраке, что перед ним бросс, поэтому у него отпали все вопросы. Он явно хотел достать ещё какой-то артефакт, но передумал, ладно хоть не отмахнулся от меня.

— Оружие есть?

Я покачал головой.

— Идём за мной.

Этот, как ни странно, шутить надо мной даже не стал. Значит, он просто везунчик — я всё ещё был на взводе, и боялся, что и этот стражник вдруг бросится целовать стену. А я двинусь дальше сам, увеличивая себе проблемы.

Но меня провели по ещё одному коридору, скупо освещённому полосками света, бьющими из каких-то щелей под потолком. Оттуда, кстати, бил сквозняк, а ещё громыхал шум толпы… Этот шум нельзя было спутать ни с чем.

Кажется, там уже разогревали народ какие-то шуты и скоморохи. И, судя по волнам смеха, катящимся по трибунам, и по вибрации, гуляющей по стенам от топота ног, у шутов вполне получалось.

Я старался отстраниться от всего этого, чтобы не дать моей силе лишний раз показать себя. К счастью, с каждым шагом становилось всё легче — мои тренировки в трактире не прошли даром, хотя Купава и говорила, что у царя Стояна ещё много способов проверять магов.

А бросская кровь хороша! Никто никогда не подумает, что она может течь в жилах мага!

— Сюда, — стражник махнул рукой и толкнул сбоку дверь, — Сибор, не поверишь, ещё привёл тут!

— А? Кого?

— Добровольца!

— Добро… чего-о-о? — но множество любопытных глаз уставились на мою здоровенную фигуру в проёме, где мне даже пришлось пригнуться, и послышался чей-то смешок, — А, бросс…