Читать книгу - "Хроники Эрматра - Виталий Евгеньевич Орехов"

до этого. Несмотря на то что он проиграл, уснул он сразу и крепко, у него были железные нервы. Ему снилась его первая посадка на 27-м и разные подарки для Лейлы из марсианских камней.

…

Когда Лэйдж открыл глаза, он увидел, как Бен сидит и невидящим взором смотрит прямо перед собой. Радио только вещало: «Вэкил, прием! Вэкил, вы слышите меня? Прием! Бен? Лэйдж? Вэкил, прием!..» Бен молчал. Лэйдж не сразу понял, в чем дело. При посадке в лобовое стекло кокпита попала песчинка – остаток уносящейся дальше к экватору пыльной бури. На такой скорости она запросто могла пройти стекло насквозь, привести к разгерметизации и смерти экипажа, «Вэкил» бы тогда просто взорвался при посадке, даже не коснувшись земли. Но скорости не хватило из-за того, что Бен поднял носовую часть, песчинка прошла по наклонной, процарапала стекло кабины и скрылась за фотографией Марлен. Лэйдж посмотрел на Бена, потом на фотографию, отлепил ее от стекла и посмотрел на стекло кокпита. Песчинка застряла ровно посередине того места, где была фотография. Лэйдж повернул ее, на ней было написано: «Ты вернешься», затем еще что-то на русском («Я знаю») и зачеркнутое «2 из 7».

– Хьюстон, это МКК «Вэкил». Мы совершили посадку. Прием, – голос Бена был тверд, как сталь.

2035/1975/…

Решение

Шшшшш-пшшшшш. Чк. Шшшшш-пшшшшш. Чк. Шшшшш-пшшшшш. На Марсе нет звуков. Когда уляжется ветер и нет пылевых бурь, это царство абсолютной тишины. Шшшшш-пшшшшш. Поэтому так хорошо слышно дыхание астронавта. Шшшшш-пшшшшш. Чк. Шшшшшпшшшшш. Поступь бесшумна. В эфире – радиомолчание. Выходной шлюз «Вэкила» открывается медленно, но звука все равно почти не слышно. За Беном – 80 сантиметров стронциевого сплава, перегородка между внутренним отсеком корабля и шлюзовой камерой. Еще 30 сантиметров перед ним, медленно поднимаются. Шшшшш-пшшшшш. Бен в скафандре, он слышит свое дыхание. Чк, металлизировано – открылась заслонка между шлюзовой камерой и внешним пространством. Перед Беном лежала красная, как ржавое железо, пустыня. Ветра не было, где-то на горизонте, с другой стороны корабля, медленно садилось солнце, от этого тени были большие, длинные, как будто их растянули те, кто отвечает за время и пространство.

Бен ступил на поверхность.

Как только его нога в белом скафандре коснулась земли, многовековой слой красной пыли поднялся и вихрем взлетел до голени. Ничего не выдавало пронесшейся здесь за минуты до этого огромной бури. Нога Бена просела на несколько сантиметров. В отличие от Армстронга, его след не сохранится в истории, на Марсе часто случаются пылевые бури. След Бена исчезнет со следующей.

Бен обошел корабль.

– Хьюстон, я на Марсе. – Голос был приглушен и звучал как фон телепередачи про старое-старое время, когда кино было еще черно-белым. Слишком большое расстояние было между собеседниками, и слишком много точек передачи приходилось преодолевать волне.

На долю секунды Бен перенесся в ЦУП и представил, как люди в костюмах и галстуках кричат «ура» и поздравляют друг друга, они поднимают руки вверх, они счастливы и рады. Он знал, что голос в радио будет спокойным. Он так и скажет:

– Слышим вас, Вэкил. – Это был голос Людвига.

Бен почувствовал какую-то невероятную легкость. После стольких часов полета, перегрузок, тренировок на Земле тяготение Марса казалось пухово-легким. Правда, прыгать, как на Луне, не получится.

– Вэкил, осмотрите внешнюю обшивку корабля, все ли в порядке после бури, прием.

– Слышу вас, Хьюстон. Приступаю.

Бен медленно пошел к кормовой части корабля, с каждым шагом поднимая у своих ног миниатюрные вихри красного песка. За ним оставались следы на поверхности планеты. В это время Лэйдж проверял внутренние показатели и приборы датчиков. Хотя корабль останется на планете, он должен будет собирать информацию о Марсе еще в течение долгого-долгого времени. Кроме того, какое-то время он будет домом для Бена и Сидни.

Бен обошел хвост «Вэкила», немного потрепанного бурей, но в целом в приемлемом состоянии, и пошел вдоль фюзеляжа. Он не слышал своих шагов, только шшшшшпшшшшш. Чк. Шшшшш-пшшшшш. Чк. Шшшшш-пшшшшш. Фюзеляж не пострадал во время бури, повсюду были царапины от песка, но ничего серьезного. Сплав, разработанный в холдинге «Стронгко», был значительно крепче стали. Бен провел рукой по обшивке корабля и посмотрел на ладонь. На ней остались мельчайшие частички красной пыли. Бен посмотрел перед собой – перед ним лежала пустыня цвета ржавого металла.

***

Перед ним цвела зеленая долина. Макферсон смотрел на гору Эш-Бююк, стоя на краю взлетно-посадочной полосы, и видел только зелень в самом центре желтого пекла азиатской пустоши. Пик Эш-Бююк был оазисом в пустыне, предгорье пика покрывали пальмы и кусты изумрудного цвета, во многих местах била ключевая вода, местное население тысячи лет выращивало здесь маслины и зерно. Когда-то здесь выращивали и виноград, но вино из него никто так и не смог пить, и о нем забыли. Сейчас было пусто и безветренно, как на Марсе. Даже птицы улетели. До войны с Ираном оставался один день, когда ЧВК Black Season получило от ООН право вести боевые действия от имени руководства страны. В данном случае, конечно, Пентагона. Так получилось, что именно они выиграли право на возможность заключать военные контракты с частными компаниями, занимающимися производством товаров двойного назначения. В том числе с компанией «Стронгко», обеспечивающей весь армейский потенциал США технологиями для тяжелой боевой техники. В Black Season платили в два раза больше, чем в армии янки, и молодые солдаты шли туда, не думая о том, что становятся наемниками. В том числе и Макферсон, молодой пилот, сразу после академии, разорвал контракт с ВВС США и стал пилотом новенького F-4 «Фантом». В отличие от армии, в Black Season умели считать деньги и сразу отправили Макферсона на место боевого дежурства, тогда им стала Турция, которая по договоренности с США стала прикрываться ВС своего союзника по НАТО, а по факту – ЧВК. США не участвовали в боевых действиях самостоятельно. Они заключили контракт с ЧВК. Их было несколько, но Black Season была самой крупной, и именно она использовалась для обороны региона вокруг пика Эш-Бююк в случае вооруженного нападения со стороны Ирана.

Одного дня хватило ЧВК, чтобы эвакуировать все местное население, в том числе силой, заминировать новыми фугасными минами весь оазис, развернуть на северной стороне пика несколько ракетных батарей и замаскировать их под особенности рельефа. Штаты щедро платили своим подрядчикам.

Через день началась война.

Фугасные мины были начинены также и взрывчаткой нового поколения, разработанной как раз в «Стронгко», термобарического типа. Мины в момент детонации распыляли на как можно большую