Читать книгу - "Сказание о девочке и королевском звере - Нахоко Уэхаси"

– Яр, не двигайся!

Она придавила его локоть коленом к земле и слегка ударила по щеке. Воин чуть приоткрыл глаза, но смотрел не на Эрин, а в пустоту.

– Слышишь меня? Тебе сейчас нельзя двигаться!

Его зрачки в итоге остановились на девушке, и в них проявился проблеск разума.

– Яр, ты слышишь? Ответь!

Мужчина моргнул.

Тогда Эрин наклонилась к его уху.

– Сейчас я зашью твою рану. Будет больно, но, пожалуйста, потерпи и не двигайся… Понимаешь? Кивни, если да, – сказала она, делая паузу после каждого слова.

Яр слабо кивнул.

Зашивать рану одной лишь правой рукой оказалось труднее, чем Эрин предполагала. Это заняло немало времени. К счастью, пока она орудовала иглой, Яр лежал неподвижно. Он крепко сжимал зубы, однако не издал ни звука.

Девушка раньше зашивала раны зверям, но с человеком все ощущалось совсем иначе. Ее мысли постоянно были заняты тем, какую страшную боль тот испытывает, и Эрин, сама того не замечая, задерживала дыхание.

Когда она закончила с процедурой, перед глазами побежали звезды, на лбу выступил холодный пот.

Эрин поняла, что вот-вот упадет в обморок, и зажала голову между коленями. Какое-то время девушка не двигалась. Наконец шум в ушах стих, и головокружение прошло.

Она взглянула на Яра: обессилев, тот лежал с закрытыми глазами. Эрин позвала его, но он не ответил. Тогда девушка проверила сердцебиение воина и облегченно выдохнула. Кажется, с ним все было в порядке.

Эрин сама не заметила, как к ней подступила жуткая усталость, и даже просто сидеть на земле казалось невозможным. Наверное, дело было в том, что днем ранее она почти не спала. Теперь ее затягивало в сон.

Пересилив себя, девушка накрыла Яра одеялом и легла рядом. Казалось, Эрин уснула быстрее, чем сомкнулись веки.

На рассвете Яр открыл глаза.

Боль, которую он чувствовал даже во сне, резко усилилась, стоило ему приподняться.

Сначала воин не понял, что это за боль и где он оказался, но, заметив в окне под потолком голубое небо, начал вспоминать события вчерашней ночи.

У правого уха раздавался тихий шум. Медленно повернувшись, Яр увидел перед собой лицо Эрин. В полутьме он даже не мог разглядеть ее черт, но чувствовал на щеке теплое дыхание девушки.

В груди заболело. Его вдруг объяла горечь – забытое чувство, которое он запер глубоко внутри еще лет в пятнадцать. Только сейчас воин понял, какой жестокой была клятва сэдзан, принесенная в юности.

Не в силах сдержать слезы, он беззвучно заплакал. Яр еще долго смотрел на едва освещенное лицо девушки.

Эрин услышала, как забеспокоились Эку и Лилан, и резко встала. Она подбежала к двери и выглянула наружу.

В утреннем тумане девушка разглядела нескольких людей в богатых платьях, которые быстро шли к строению.

– Преследователи? – хриплым голосом спросил Яр и сел.

– Да.

Эрин поспешила к Яру и помогла ему встать.

Если даже он сбежит, в таком тяжелом состоянии его все равно быстро схватят. Но внутри не было мест, где он мог бы укрыться. К тому же окровавленное одеяло ясно давало понять, что Яр здесь ночевал.

Эрин повернулась к Лилан – и девушку озарило.

– Лилан, спрячь его!

В глазах зверя блеснуло какое-то знакомое Эрин чувство.

Ее левая рука все еще не двигалась, и девушка не сумела бы применить флейту, пока придерживала Яра, но времени на предосторожности уже не осталось.

– Доверься мне. И ни звука, – прошептала она, открыла решетчатую дверь и затащила мужчину внутрь.

У Эку и Лилан шерсть на загривке встала дыбом, но они отодвинулись в сторону и пропустили девушку с раненым вглубь клетки. Эрин опустила Яра на землю, закидала травой и отошла назад. Тогда взрослые оджи вернулись на свои места, окончательно спрятав воина за своими телами.

Алу забеспокоился, и Эрин остановилась, чтобы погладить его и утешить – и в эту секунду внутрь ворвались несколько мужчин. За их спинами стоял Дамия.

Один из его помощников вдруг повернулся к принцу – точь-в-точь преданная ищейка, выполнившая свою работу.

– На одеяле следы крови! – крикнул он и указал на спальное место.

Дамия медленно подошел и посмотрел на одеяло.

– Где Яр? – спросил тот у Эрин.

Он смотрел прямо на нее, и девушка почувствовала, как кровь отлила от лица, дышать стало трудно, словно на грудь опустили что-то тяжелое.

– Не знаю…

Принц улыбнулся:

– Нет смысла скрывать. Очевидно же, что он был здесь.

Эрин молча наблюдала за тем, как прихвостни Дамии изучали каждый угол вокруг.

– Его тут нет, – наконец доложили они.

– Ищите снаружи. Он не мог уйти далеко.

Помощники принца поспешили на улицу, но сам он остался внутри.

Молчание давило на Эрин, и она не выдержала:

– Что Яр сделал?

– Убил двух стражей, – холодно произнес Дамия, не сводя с нее желтых глаз.

– Но зачем… – пробормотала Эрин.

– Сам хочу его об этом спросить. Твой честный ответ очень бы упростил поиски.

Врать Эрин не умела и тем более не могла надеяться на то, что такой наблюдательный человек, как Дамия, не раскусит ее ложь. Поэтому она просто молчала.

Принц долго смотрел на нее, не говоря ни слова, но затем вдруг спросил:

– Любишь его?

Эрин не ответила.

– Ну да ладно, – тихо произнес он. – Защищай его, раз так хочется. Ты просто сковываешь себя еще одной цепью.

Дамия оперся рукой о деревянную балку и устало выдохнул:

– Несчастный человек. Даже я ничего не знаю о происхождении воинов, которых берут в сэдзан. Но его, как и остальных детей, собственные родители продали за мешочек золота – нетрудно представить, из какой он семьи. Еще в юности его заставили принести клятву: до самой смерти он сохранит обет безбрачия и посвятит свою одинокую жизнь лишь королеве – и Яр провел свои дни именно так. На их службе едва ли можно долго продержаться, время от времени не расслабляясь с куртизанками… Но говорят, он настолько наивно предан клятве, что даже таких развлечений себе не позволяет.

Дамия поднял взгляд к окну под потолком:

– Подобным людям лучше не снимать шоры и не видеть, насколько ничтожно мал их мирок. Если человек – особенно сообразительный, вроде Яра, – увидит всю широту окружающей действительности, она его попросту раздавит.

Все это время принц ухмылялся, но теперь улыбка сошла с его лица. Он посерьезнел.

– Эрин, ты ведь неглупая девушка. Будь у тебя желание, ты бы изучила каждый уголок этого мира. Посмотри на картину холодным взглядом – и поймешь, на что способна, а на что нет. Тогда станет намного проще принять свою роль. Свою судьбу.