Читать книгу - "Смейся! 2 - Денис Ратманов"

class="p1">— Бевумно вкуфно! — оценила она с набитым ртом, чувствуя, как оживает, согревается. — М-м-м, божественно!

— Я к тому, что жила бы сейчас с матерью в Смоленске, выносила утки и мыла задницы, — продолжила подруга. — А так скоро стану хозяйкой бизнеса. Ты ж поможешь мне натаскать молодняк? Недельку всего, тебе потом с каждого обученного будет капать процент.

— Учёба. И в субботу тоже. — Вспомнив Саматова, Наташа сморщила нос.

— Что-то, подруга, ты сама не своя. Проблемы?

Она кивнула, накладывая себе квашеной капусты. Надо было попросить, чтобы Пашка привёз помидоры с огурцами, и перчик, и баклажаны. Эх! Тут всё или стеклянное какое-то, или стоит дурных денег. Пора возвращаться на землю, а то совсем связь с реальностью потеряла с этой любовью. Она опять поморщилась, вспоминая Игоря.

— Ща доем, расскажу, — пообещала Наташа, ощутив острое желание поделиться.

Вымазав хлебом тарелку, она на миг замерла, отяжелев и успокоившись. Начала рассказ по законам драматургии, с завязки — как ей нравится учиться! Потом развитие действия: описание занятий, после — взъевшийся Саматов.

— Неужели так бывает, — не поверила Натка. — Тебя надо уничтожить, потому что ты не дала? Он совсем дебил? А если дашь, успокоится?

— Вот ещё, — фыркнула Наташа. — Скорее сдохну.

— Короче, если совсем допечёт или руки распустит, есть Женя. Думаю, он поможет.

— Не настолько всё фатально, — отмахнулась Наташа, хотя идея показалась ей заманчивой. — Подключать милицию — всё равно что на школьные разборки приезжать на танке. Тем более, мне там ещё учиться, и так одного придурка из-за меня выгнали.

Натка воспылала сочувствием, у неё загорелись глаза.

— Как?

Вот так и проболтаться можно о своём даре. Язык так и чесался, но что-то как будто мешало поделиться, потому она просто отмахнулась.

— Выгнали и выгнали, так ему и надо.

— Ты поможешь с обучением новеньких? — спросила Натка.

— Пожалуй, да. Возьму больничный и займусь. Только бегать буду со своим товаром, и деньги все мне.

— Ну конечно! — просияла Натка.

— Спасибище! Думаю, скоро найдётся кто-то одарённый, сделаю его главным, будет учить молодняк. — Она показала трясущиеся пальцы. — Видишь, как переживаю? На следующей неделе открываемся. Офис нашли прямо тут неподалёку.

— Прям офис? — удивилась Наташа. — Не квартиру?

— Не-е, всё должно быть солидно. Деньги-то будут крутиться немалые, вот и пусть думают, что всё официально.

— Покажешь офис? И фирма у тебя будет?

Для Наташи «офис» казался чем-то запредельным и очень солидным, как мобильный телефон, а уж слово «фирма»…

— Ну конечно покажу. Только не сейчас. Тут есть прям офисный центр! Огромное двухэтажное здание и много-много офисов.

— Хочу, — улыбнулась она.

Жизнь начала налаживаться. Да, в институте пока всё плохо, но как же приятно, когда есть места, где ждут и любят, и всегда поддержат. Саматов рано или поздно успокоится, Игорь забудется, и всё будет хорошо. С этими мыслями Наташа вырубилась в девять вечера и проспала до девяти, когда Наташа ушла работать. На ветке липы за окном покачивался воробей и очень звонко чирикал, радуясь солнышку.

Пары начинались в тринадцать ноль-ноль. Времени вагон! Целых четыре часа, и она наконец выспалась! Спешить никуда не надо, бежать не надо. Надо сходить на рынок, затариться едой, набить морозильник. Она заглянула в холодильник и с разочарованием обнаружила, что он забит, и места там всего под три куриных бедрышка или пачку пельменей.

Ну и ничего страшного. Неспеша Наташа прогулялась, подставляя лицо солнечным лучам. На рынке она поняла, что её весеннее настроение — фальшивая нота во всеобъемлющей панике москвичей, которые носились, как ошпаренные, все скупали, за продуктами, тянулись очереди.

Оба-на! Пашка говорил про вторник и скачок доллара, а она забыла, забегалась. Что он ещё сказал? Доллары продавать, когда все их будут покупать, через два дня курс стабилизируется, тогда нужно будет сдать рубли, купить доллары. Разница окажется существенной.

Купила, блин, еды. Очереди на полчаса точно. Потому Наташа рванула домой. Взяла свою драгоценную тысячу баксов и с ними вернулась на рынок, нашла у менял самый выгодный курс покупки — четыре сто рублей за доллар, сдала деньги и поспешила домой, петляя, как заяц, чтобы никто не привязался. Непонятно, откуда Пашка всё это знает, но он ещё ни разу не ошибся.

Поскольку еды купить не получилось, Наташа решила пообедать в институтской столовой.

Настроение не испортилось даже при мысли о том, что надо держать оборону в институте. Первым был Ангелиночкин «Танец», потому Наташа надела чёрные лосины и тунику под куртку. В театральный, оказывается, надо не в платьях ходить, а в максимально удобных спортивках.

До чего же прекрасный день! В такие дни обычно открываются ранее незамеченные детали. Например, в Москве неимоверно яркие золотые и красные листья! Тогда как на родине они в основном сереют или становятся бурыми. А лужи какие — ярко-синие, с отражёнными снежками облаков и жёлтыми лодочками листьев.

Аж в метро не хочется нырять, в подземелье.

Но и там она нашла интересное. Например, чистоту и запах свежего ремонта, словно эту станцию недавно открыли, хотя она кажется старинной. Может, просто только-только прошла реставрация.

В танцевальный зал Наташа влетела в числе последних под смешки одногруппников, но они больше не обижали, а бесили. Не желая скрываться и терпеть, она повернулась ко всем и сказала:

— Вы бы что-нибудь новенькое придумали. Тоска с вами.

Все, кроме Людочки, её не замечали, разглядывали какие-то фотографии, перешёптывались. Людочка смотрела виновато, с жалостью. Елагин пристально уставился на Наташу и сказал:

— Слушай, а если я в порнушке захочу подработать, контакты дашь?

Ну не дебил?

— Туда с маленькими пиписьками не берут, — совершенно серьёзно ответила она, и все заржали, даже Саматов.

Елагин полыхнул гневом и покраснел. Видимо, она ударила по больному. Точнее, по болезненному. Но всё занятие она ловила на себе сальные взгляды. Даже Абоян, который был вроде как за неё, совершенно искренне глумился вместе со всеми.

Когда Ангелиночка объявила перерыв, подошёл Саматов, вертя в руках какой-то снимок — деталей было не рассмотреть, и проговорил ласково:

— Наташенька, я бы на твоём месте спустился на первый этаж и посмотрел стенд, там про тебя написано. — Он провёл пальцем по её лбу, она отпрыгнула. — Вот такими буквами, овечка ты наша. Короче, миелофон у меня. Обращайся!

Он торжествовал как игрок в покер, когда