Читать книгу - "Сказание о девочке и королевском звере - Нахоко Уэхаси"

Дед побледнел:

– Нет, это невозможно… Диким тодам даже звук флейты не указ…

Свист Соён становился то высоким, то низким, превращаясь в сложную и странную мелодию. Тоды, будто натасканные охотничьи собаки, казалось, внимательно ее слушали и вдруг все разом поплыли к женщине.

Эрин вскрикнула – на расстоянии вытянутой руки из-под воды возникла огромная голова. Грива чудовища, напоминавшая морскую траву, задела лицо девочки, и в нос ей ударил сильный запах: как от рыбы, но сладковатый.

Вдруг мама крепко схватила дочь за подмышки:

– Эрин, садись на спину и хватайся за рога!

Девочка не понимала, что происходит, но повиновалась матери и оказалась на склизкой спине ближайшего тода.

– Зажми туловище ногами! И ни за что не отпускай рога! – крикнула Соён и снова свистнула.

Зверь тут же сорвался с места и с безумной скоростью поплыл прочь, унося на себе девочку. Она чувствовала, как под ней извивается мощное тело.

– Мама! Мама! – Эрин повернула голову к Соён, не отпуская рога.

– Уходи! Не оборачивайся! Иди!

Через секунду тоды одновременно бросились к матери, и она исчезла в их кольце.

– Мама! Мама! – Крики девочки заглушал шум воды.

Она попыталась слезть с ящера, но слизь оказалась липкой – одежда девочки приклеилась к чешуе хищника намертво.

Ящер плыл на запад, пересекая один водоем за другим, поворачивая то вправо, то влево, ничуть не сбавляя скорость.

За спиной Эрин осталось все, что она знала: мать, родная деревня… Впереди расстилалась лишь бескрайняя серая гладь воды.

4 Дух зверя

Темные ветви деревьев рисовали на звездном небе причудливые узоры.

По лесу быстро шагала девочка. К груди она прижимала охапку валежника. На путнице была бледно-зеленая накидка с капюшоном, который почти целиком скрывал ее лицо, – из-за этого девочка сама казалась зверенышем, слившимся с лесом.

Вдруг она услышала тихий, но ясный звон колокольчика и остановилась. Парившие вокруг желто-зеленые светлячки стали собираться вместе, принимая неясный силуэт. Всего на мгновение они соединились – перед путницей возникла птица.

«Дух!» – догадалась девочка.

Дух обогнул несколько деревьев, ненадолго устроился у нее на плече, а затем спустился к земле – и то, что раньше казалось всего лишь тенью от дерева, в мерцании светлячков превратилось в лежавшую на земле фигуру.

Птица вдруг разделилась на тысячу огоньков, которые окружили тело со всех сторон. Еще через мгновение они вновь собрались вместе – у головы, между ветвистыми рогами, – а потом исчезли, передав фигуре свое свечение. Поначалу она показалась девочке то ли мужской, то ли женской… Но теперь путница видела: ноги существа вообще не были человеческими.

Прежде закрытые глаза внезапно распахнулись – они оказались ярко-желтыми, почти золотыми, – взгляд их остановился прямо на девочке.

Она вздрогнула, но, собравшись с силами, положила ветки на землю, опустилась на колено, закрыла глаза и напрягла слух.

Дух открыл рот – из него полился многоголосый звон, будто сразу от десятков колокольчиков. Вскоре эти трели слились в одну мелодию, похожую на человеческую речь. Девочка слушала, затаив дыхание.

Через некоторое время звуки умолкли. Светлячки вновь возникли у головы фигуры, между рогами. Девочка только и успела, что моргнуть, а существо уже растворилось в темноте.

Путница наконец выдохнула. Она стерла со лба пот и, забыв о валежнике, бросилась бежать по лесу, повторяя про себя слова духа.

Глубоко в лесу, там, куда не захаживали даже охотники, лежало ущелье. На одном из его склонов по скале ползла узкая трещина, скрытая папоротниками и кустарником. За незаметным входом располагалась удивительно просторная пещера – она напоминала каменные кельи, но была совершенно сухой, без воды.

В стенах зала имелось семнадцать проходов, занавешенных плотными тканевыми шторами. За каждой из них находилась жилая комната, освещенная свечами и застеленная коврами, которые были сотканы так плотно, что не пропускали влагу.

Девочка, запыхавшись с дороги, пролезла сквозь трещину в скале, остановилась в центре зала и издала свист, похожий на крик птицы.

Звук отразился от стен пещеры и разнесся по всем семнадцати комнатам – занавески отодвинулись, и в зал начали выходить люди: и пожилые и молодые, и взрослые и совсем еще дети – но все как один высокие и зеленоглазые.

К девочке, стоявшей в центре зала, шагнула седая женщина в возрасте.

– Что стряслось? – тихо спросила она.

– Я… встретила духа… Кажется. С рогами. Он говорил со мной.

Люди слушали, затаив дыхание.

– Но как?.. Выходит, в этих лесах до сих пор обитают духи? Мне казалось, они давно ушли… – прошептал кто-то в толпе.

Женщина повернулась к говорившему – тот сразу замолчал.

– Продолжай, – строгим голосом обратилась она к девочке.

– Дух передал… Ну… – начала она.

Ее голос дрожал, девочке пришлось сжать кулак, чтобы успокоиться.

– Я никогда прежде не общалась с духами. Поэтому не знаю, правильно ли его поняла, и прошу за это прощения. Он сказал: «Ведающий Технику применил ее. Кто-то усмирил тодов свистом».

Лицо старухи окаменело. Она медленно повернулась к ближайшему старейшине, и тот поманил остальных, стоявших у него за спиной. Вместе они встали в круг.

– Больше дух ничего не сказал?

Девочка побледнела:

– Нет, это все.

Женщина кивнула:

– Ты молодец, что услышала… Можешь идти. – Затем она повернулась к людям, ждавшим позади: – Совет старейшин обсудит эту весть. Мы сообщим о своем решении, а пока возвращайтесь к себе.

Жители пещеры поклонились и разошлись, и теперь в зале остались одни старейшины. Они уселись в круг на ковре, лежавшем в центре помещения.

– Судя по тому, что использовали свист, Запрет, скорее всего, нарушила Соён.

После этих слов другая женщина – на вид ей было лет шестьдесят – склонилась к полу и коснулась его головой:

– Простите, что воспитала такую дочь. Это целиком моя вина.

Старейшины молча наблюдали за ней, пока пожилая женщина, пару минут назад общавшаяся с девочкой, не заговорила вновь:

– Соён умная девушка, добрая сердцем… И сильная. Как же так вышло, что она применила Технику?..

– Для начала нужно понять, что вообще случилось, – заговорил другой старейшина. – И почему она использовала свист. Пошлем туда лазутчика.

Остальные старейшины закивали.

– И как можно скорее, – мрачно добавил другой. – Если Соён сделала это при свидетелях… И те увидели, что она способна контролировать тодов, слухи обязательно дойдут до арухана. Весть станет для него красной тряпкой: он примется нас искать, чтобы мы подчинили ящеров.

Старейшины согласились.

– Надо передать всем нашим, чтобы укрылись. Пока не знаем, что именно произошло, следует соблюдать осторожность.

Лазутчик вернулся из деревни, где жила Соён с остальными слугами тодов, через четыре дня. Старейшины задумчиво слушали его