Читать книгу - "Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7 - Джин Соул"

– Зачем тогда было создавать эту тварь? – воскликнул Ху Баоцинь.

Владыка миров помолчал, потом ответил:

– Я его не создавал. Он сам изначальный. Он всегда был. Как и я. Не знаю, кто его создал.

Ху Баоцинь сунул пальцы в волосы и хорошенько поскрёб за ухом, пытаясь осмыслить услышанное.

– То есть, – медленно проговорил он, – хоть ты и демиург, создавший миры, ты понятия не имеешь об устройстве Вселенной в целом? А как же всеведение?

– Ну… – протянул Владыка миров с некоторым смущением. – Вселенная непостижима.

– Пф… – пренебрежительно отозвался Ху Баоцинь.

– Возвращаемся, – велел Владыка миров.

Он вращал в пальцах полученную от хранителя кисть Нерушимой Клятвы всю дорогу. Выглядела она как обычная старая кисть для письма: кончик растрепался, лак на рукояти облупился…

– И что такого особенного в этой кисти? – не утерпел Ху Баоцинь. – Такую выкинь, никто не подберёт.

– О, эта кисть единственная в своём роде, – сказал Владыка миров. – То, что ею написано, воплотится в жизнь и останется неизменным. Поэтому она не должна попасть не в те руки.

– Но тогда Неясыть мог бы взять её и написать… – начал Ху Баоцинь и недовольно нахмурился, потому что Владыка миров не удержался от смеха. – Что смешного?

– Неясыть ничего не смог бы написать, – снисходительно объяснил Владыка миров, – потому что писать не умеет.

– И только? – потрясённо уточнил Ху Баоцинь.

– И только, – подтвердил Владыка миров.

Гу Ши ждала их возвращения, снедаемая любопытством. Ключи Неясыти хранились в аду многие тысячи лет, но Владыка миров никогда прежде не брал их. Впрочем, нет: однажды он ключи забирал, чтобы нанизать их на кольцо – до этого все ключи лежали вперемешку в деревянном ящичке. Но решётка Неясыти никогда не отпиралась, это Гу Ши знала точно: владыкам ада было поручено следить за тем, чтобы никто и никогда к ней не приближался. Им было известно, что внутри заперт Неясыть, но о хранящихся внутри вещах и предметах они ничего не знали. Что же понадобилось взять Владыке миров? Уж не собирается ли он выпустить… Она оборвала эти мысли и спрятала их глубоко внутри, чтобы даже всеведение и всезнание демиурга до них не добралось.

– Гу Ши, – велел Владыка миров, возвращая ей ключи, – спрячь их и никогда не доставай.

Владычица ада забрала ключи и с любопытством уставилась на кисть, которую Владыка миров всё ещё вертел в пальцах. Могущественный артефакт она в ней признала сразу, не обманываясь жалким видом кисти.

– Гу Ши, – сказал Владыка миров, – хорошенько следи за грешными душами. Ни одна не должна сбежать в мир смертных. Там скоро соберутся сущности всех сфер, чтобы заключить вечный мир. Никто не должен им помешать. Ты слышишь? Никто.

– Сущности всех сфер? – повторила Гу Ши, прикусывая кончик ногтя, и подумала: «Если соберутся владыки всех миров, то и Небесный император с Великим тоже будут там».

Она уже давно оставила мысль обольстить того или другого, но ей бы хотелось снова на них поглядеть. Красивые мужчины – или женщины – услада для глаз. К тому же «сущности всех сфер» подразумевали сборище исключительно интересное во всех смыслах. Глаза её блеснули, но она тут же скрыла этот блеск под длинными ресницами.

– Ни одна грешная душа не покинет пределов ада, – сказала она, почтительно кланяясь. – Гу Ши об этом позаботится.

Она свято верила в то, что говорит, и уличить её во лжи не смогло бы даже зеркало Чжэньли. Её-то это не касалось: она не грешница, да и души у неё нет, так кто сможет помешать ей покинуть ад и немного развеяться в приятной компании?

[823] Лисопредставитель

К неудовольствию Ху Баоциня, из ада они отправились не в мир смертных, который он толком и не разглядел из-за вмешательства Черепашьего бога, а обратно в Сияющий чертог. Владыка миров будто и забыл о своём обещании показать ему людей. Ху Баоцинь назло ему превратился в серебристого лиса, но демиург словно и не заметил, как провокационно он устроился возле трона: прямо-таки будто напрашивался, чтобы его погладили, а на самом деле выжидал момента, чтобы в отместку за неоправданные ожидания укусить демиурга за палец, когда тот к нему потянется.

Не потянулся.

Владыка миров тяжело водрузился на трон и сквозным взглядом уставился на кисть Нерушимой Клятвы в своей руке. Заглядывал в будущее или просто глубоко задумался? Но результатом своих измышлений он явно остался недоволен. Он выпустил кисть Нерушимой Клятвы из пальцев, и та повисла в воздухе на уровне его лица, опутанная тонкими белыми нитями Ци.

– Собираешься что-нибудь написать и тем самым увековечить? – поинтересовался серебристый лис, встопорщив усы. Демиург мог навязать ему место «помощника демиурга», воспользовавшись кистью Нерушимой Клятвы.

– Мне для этого кисть не требуется, – возразил Владыка миров. – Для подобных случаев я использую Волю.

Он чуть шевельнул пальцем, и кисть повернулась вокруг своей оси.

– Кисть Нерушимой Клятвы предназначается Небесному императору, – продолжал Владыка миров. – Никто другой ею попросту не сможет воспользоваться: уровень культивационных и духовных сил должен быть демиургическим.

– А что, этот Небесный император – потенциальный новый демиург? – с живым интересом спросил серебристый лис. – Так у тебя и конкуренты есть?

– Мог бы им стать, – кивнул Владыка миров и оговорился: – Новым демиургом, я имею в виду. Но ему это нисколько не интересно: даже предложи я ему сменить меня на изначальном посту, он бы наверняка отказался. Но речь не об этом. Ни тушь, ни чернила для этой кисти не требуются. Она черпает духовные силы того, в чьих пальцах находится. Писать ею можно на чём угодно, будь то бумага, кожа, земля или даже воздух. Написанное запечатлевается в астральном плане, поэтому надпись нельзя ни стереть, ни смыть, ни каким-либо образом уничтожить. Поэтому писать следует вдумчиво и без ошибок. Нарушение клятвы, разумеется, влечёт за собой серьёзные последствия: от девятикратного поражения громом, если дело касается кого-то конкретного, до полной аннигиляции, если речь идёт о целом мире.

Ху Баоцинь скептически поиграл бровями. Лисы прекрасно знают, что громом никого убить нельзя. А вот молний во время грозы стоит беречься. Будучи лисьим знахарем, Ху Баоцинь видел поражённых молнией, и не всех удавалось спасти. Поэтому лисы всегда отсиживались по норам во время грозы.

– Поэтому, – продолжал Владыка миров, – ты отнесёшь кисть Нерушимой Клятвы Небесному императору и передаешь ему всё то, что я тебе рассказал.

– Разве он не пропал? – фыркнул Ху Баоцинь и тут же взъерошился: – Я? С какой стати? Я не твой помощник!

– А я и не говорил, что это