Читать книгу - "Капля крови на бусине дзи - Элла Чак"

«Боги, Лян Фан! Я не смогу тебе ответить! Ты найдешь меня в будущем!»

Я резко отвернулась и выбежала из палатки. Полог сомкнулся за моей спиной, и взмыл с ладоней Лян Фана шмель, устремившись за мной следом.

– Постой! Останься! Не улетай! – Лян Фан бежал за жучком через лагерь.

Золотой рапс срывался из-под подола моей юбки, и Лян Фан уже не мог понять, где лепестки, а где шмели. Правда ли была невидимая девушка в его палатке, или все, что он ощутил и увидел, каждый кивок пушистого шмеля, оказалось сном – грезой и кошмаром.

– Назови свое имя!

Шмелиное крыло шепнуло ему в тишине:

– Шэ-э-энь…

Жуаньюй отвергла любовь. Убила ее в себе полностью. На пруду под полной луной, рисуя на панцирях черепах черные лотосы, девушка отреклась от своего имени.

Она не понимала, почему Гуань Юй ее бросил. Почему не защитил? Что он за генерал, чьи командиры убили стариков из-за тряпки?

– Я больше не простушка из деревни по имени Жуаньюй. Мое сердце – черный лотос. Клянусь, я отомщу тебе, Гуань Юй! Я буду мстить шаг за шагом. Растопчу в пепел твои любовь и ложь. Ты пожалеешь, что встретил меня! Ты просто тварь! Я стану той, кого ты будешь проклинать!

Собрав пригоршню глиняных шмелей, Жуаньюй швырнула их в пруд с лотосами, цветы на котором тут же окрасились в черный и окаменели, став нефритом. Пресноводные черепахи подняли каменные лотосы, что погрузились на дно, и возложили их к ногам девушки.

Выдернув из пучка волос шпильку, Жуаньюй выстругала из нефрита лотосов шесть колец и надела их на свои пальцы. И каждый раз, встречая тварь, в которую она мечтала превратить Гуань Юя: змею, паука, ящерицу, скорпиона, летучую мышь или сколопендру, Жуаньюй окропляла кровью гада одно из колец и кидала его в озеро.

– Что ты делаешь? – Невидимой тенью я преследовала Жуаньюй, когда она превратилась в полоумную оборванку и нищенку, заживо глотавшую скорпионов и змей. – Вернись домой. К брату! Лян Фан тебя ищет. Он все объяснит. Юншэн тоскует и места себе не находит. Ты нужна им. Убийца родителей – мертв!

– Мое имя… Му Синь, – ответила она, близкая пока не к смерти, но к безумию, бросив в мою (точнее, в свою) тень камнем.

Она шептала заклинания, пытаясь призвать демонов, проклинала Гуань Юя и бродяжничала по деревням. Она сходила с ума, пока Гуань Юй спешил выиграть все свои битвы, пока Юншэн и Лян Фан везде пытались ее разыскать.

Лян Фан застал в опустевшем доме одного Юншэна. В будущем одна останусь я. В прошлом – мой брат оказался покинут всеми.

Лян Фан спрыгнул с коня.

– Чжоу Юншэн? Мое имя Лян Фан. Я фу цзянцзюнь Гуань Юя!

– Я знаю, кто вы, – низко поклонился Юншэн.

– Подними голову, Чжоу.

– Гуань Юй забыл убить меня, чтобы скрыть убийства под покровом времени? Давай! Убивай! – Юншэн разорвал рубаху на груди, – мне незачем жить. Вы все отобрали! Отца, мать и сестру. Вы не защитили нас, а уничтожили!

– Выслушай… это было досадной ошибкой. Виновный в смерти твоих родителей мертв. Скажи, где Чжоу Жуаньюй? У меня послание для нее от генерала. – Лян Фан схватился за древко плуга, останавливая Юншэна. – Они из разных миров. Твоя сестра и генерал Поднебесной. Я, – он вытер рукавом лоб, – не знаю как… но Гуань Юй вернется к твоей сестре. Пусть ждет его. А ты защити сестру, пока Гуань Юй защищает для вас страну!

– Нет. – Юншэн дернул плугом, сбрасывая руки Лян Фана. – Я не смогу… – закричал он, – не смогу ее сберечь… Жуаньюй сбежала! Ее нет! Никто не знает, где она и куда пошла.

– Как?

– Она ушла! Сбежала! От меня, от обещаний, от этого дома. Идем!

Юншэн поволок за собой Лян Фана, не выпуская его плечо, но тот и не вырывался.

– Вот тут, – он бросился ладонями в алое влажное пятно на иссушенной земле, – разлилась кровь матери, и каждый раз, когда Жуаньюй выходила из дома за водой, ее ступни оказывались прямо в крови, которая не исчезает, не уходит в землю и которую не смывают дожди. А вон там…

Они пересекли небольшую тропу и оказались возле опаленного столба.

– Здесь Жуаньюй сняла обугленное мясо, в которое превратилось тело отца. Отвести тебя на пруд, на берегу которого?..

Лян Фан ударил Юншэна по щеке, но тот, казалось, не заметил. Упав на колени, он закрыл лицо руками и разрыдался.

– Я умру за сестру! Я буду сражаться за нее и отдам свою жизнь! Пусть она выживет. Пусть вернется. Жуаньюй! – распахнув руки, взвыл он в небо, – где ты?!

– Я найду твою сестру. – Лян Фан рывком поднял парня на ноги. – Я обещал генералу и даю слово тебе.

– Она умерла… ее больше нет!

– Она жива, – твердо отрезал Лян Фан. – Она будет жить. Завтра же распоряжением генерала начнутся поиски по всей империи. Соберись. Исполняй свой долг.

– Как жить дальше, Лян Фан? Я все потерял.

– Напряги память и скажи, что Жуаньюй забрала? Что исчезло из дома?

– Одежда, еды немного… – Юншэн выглядел рассеянным. – Бусина дзи.

– Ценная?

– Из черного нефрита.

– Откуда она у вас?

– Торговец вошел в деревню и помер.

– Кто его убил?

– Время… или козы.

– Что за козы?

– Парнишка видел, как торговец коснулся козы и рухнул. В его кулаке черная бусина осталась, ее забрал отец. Он ее нашел, готовя тело к похоронам.

– Это мог быть демонический артефакт, – рассуждал Лян Фан. – Зачем Жуаньюй забрала ее?

– В память об отце. Он говорил, что бусину ему боги в награду оставили за то, что выковал гуань дао.

– А где гуань дао сейчас?

– Пропал. В деревне говорят, что с мечом видели Жуаньюй… Она в то утро… странной проснулась.

– Расскажи подробней.

– Удивлялась всему. Смотрела на нас, словно не видела тысячу лет. Рыдала и говорила, что любит родителей. Чего-то боялась…

– Чего?

– Что-то шептала про деревню… – мотал головой Юншэн, – я перестал ее узнавать. Ушла на озеро одна, а вернулась совсем другая. В ней что-то исчезло… вся жизнь, которая била ключом, превратилась в пепел.

– Ясно, – Лян Фан хлопнул парня по спине, – ступай. Мы увидимся позже.

Ссутулившись, тот побрел прочь, но, пройдя десяток шагов, обернулся:

– Шмелей она забрала. Из глины. Всех до единого.

Быстрая поступь и взгляд Лян Фана переменились, когда он рывком развернул Юншэна лицом к себе:

– Каких шмелей? Что за шмели?

– Поделки из глины. Жуаньюй красиво по камню и глине работала. Мать выменивала шмелей на продукты. Как живые получались. Всех забрала. Ни одного не нашел.

– А… в деревне у вас живет семья с дочерью по имени… Шэнь?

– Шэнь? Нет, ни у кого нет дочери с таким именем.

– Уверен?

– Здесь у нас все мужчины с фамилией Чжоу, я имена всех с детства знаю. Нет в деревне ни старухи, ни младенца с именем Шэнь.

Лян Фан отпустил парня, произнося что-то странное:

– А… шмели? Водятся в деревне?

Юншэн бодро закивал:

– Много! Над полями рапса. Но…