Читать книгу - "Тайны «Полярной звезды» - Анна Александровна Хотеева"

«Сколько же было шагов, когда я свернул с Прядильной? Восемь? Десять?»

Марк сделал три шага в том направлении, откуда, как ему казалось, он недавно пришёл.

«Наверное, из‑за тумана тефралиты распространились за пределы Дровяной и заняли часть Прядильной, – догадался он. – Так вот почему Лис остановилась! Она знает остров лучше меня и поняла, что дома выглядят как-то иначе».

Четвёртый шаг, пятый… Марк узнал дом впереди. Трёхэтажный, розовый, с белыми наличниками окон. Один из домов Прядильной. В прошлый раз, когда он заблудился, именно на фоне этого дома он увидел Лили. Сейчас, сквозь пелену тумана, здание казалось скорее серым, чем розовым, но это было, без сомнения, оно.

Порыв ветра заставил остановиться. Тефралиты пришли в движение. Постройки снова поменяли внешний вид. Но Марк оставался на месте. Теперь он знал, куда идти.

Дом слева от него начал менять очертания. Вместо двухэтажного непримечательного строения показался остов сгоревшего здания. Марк узнал его по флигелю-башенке, которая чудом уцелела. Это был дом смотрителя складов.

Пожар не пощадил старую постройку. Выстоял один лишь скелет, на котором, словно лоскуты кожи, едва держались какие-то ошмётки – всё, что осталось от стен и внутреннего убранства.

Ветер затих, и Марк хотел продолжить свой путь. Ему оставалась какая-то пара-тройка шагов, чтобы оказаться в свете фонарей Прядильной. Но вдруг кое-что привлекло его внимание.

В недрах сгоревшего дома мелькнул жёлтый огонёк.

Кто мог бродить в этот час в руинах сгоревшего дома, рискуя оказаться погребённым под неустойчивой конструкцией или быть обманутым тефралитами?

Марк не сомневался: тот, кто причастен к пожарам или может пролить свет на причины их возникновения. Но кто? Лис вполне могла свернуть на Дровяную. Или это кто-то другой? Что, если майор Томский счёл подозрительной череду пожаров на острове и захотел осмотреть место предполагаемого преступления? Или это Лили решила провести собственное расследование? А что, если это всё-таки поджигатель? Мадам? Или у неё есть сообщник? А может, Лили права и француженка здесь вовсе ни при чём?

Гадать бесполезно. Можно прислушаться к голосу благоразумия и вернуться на Прядильную. Но тогда Марк так и будет барахтаться в окутавших его тайнах, как муха в паутине. Он ещё раз взглянул на розовый дом, служивший ориентиром, и решительно развернулся. Он хотел знать.

Опасаясь теневиков, Марк достал из кармана калейдоскоп и поднёс к глазам. Дровяная предстала во всей красе. Яркие пятна покрывали здания вокруг, словно разноцветный ковёр. Сквозь призму калейдоскопа скопления тефралитов напоминали древесный лишайник. Кислотно-зелёный, лимонно-жёлтый, неоново-голубой, розовый и пурпурный. Ориентироваться среди этой пестроты не поможет даже калейдоскоп Томских. Хорошо хоть дом смотрителя складов – точнее, всё, что от него осталось, – зиял чёрной дырой. Пожар уничтожил не только стены и крышу, но и тефралитов, которые облюбовали эту постройку.

Серебристого свечения, указавшего бы на присутствие других теневиков, поблизости не было видно. Значит, на пепелище Марку не стоит опасаться ни заунывников, ни ветроплясов, ни других существ. Лишь человека, который бродит здесь в темноте.

От веранды, где они сидели с Игнатом, не осталось и следа. Фасад, некогда выходивший на Дровяную, обвалился. В перекрестии упавших балок образовался треугольный проём, через который можно было легко пробраться внутрь.

Крыша обрушилась, на пепелище гуляли сквозняки. Здесь всё ещё пахло жжёной смолой, а тефралиты почти не встречались. Под ноги попадал какой-то мусор. Дерево сгорело до углей, которые теперь скрипели под ногами. Стараясь ступать как можно тише, Марк сделал несколько шагов.

Где-то в стороне послышалось жужжание, и он вздрогнул, узнав звук вечного фонаря. Дядя говорил, что егеря охотно ими пользуются, не боясь гнева блудичек. Манящий огонёк мелькнул где-то в паутине обвалившихся перекрытий и поднырнул под одну из балок.

Глаза достаточно привыкли к темноте, чтобы угадывать возможные препятствия. Калейдоскоп помогал определить местонахождение тефралитов. Внутри сгоревшего дома их почти не было, но чем ближе к частично сохранившемуся фасаду, тем гуще разрастался их причудливый узор. Марк начал идти увереннее, пока не вышел к более светлому прямоугольнику. Крыша полностью сгорела, и вместо потолка над головой оказалось затянутое пеленой тумана небо.

Внезапно мальчик уловил звук слева и резко обернулся. В этот момент что-то со свистом пронеслось у него над головой и вонзилось в чёрную балку.

Марк сжал в руке калейдоскоп и побежал, не разбирая дороги. Ещё минуту назад он был преследователем, а теперь сам превратился в добычу. Несколько раз он спотыкался, но быстро вставал. Наконец, ему удалось добраться до уцелевшей трубы дымохода. Справа от неё сохранилась часть стены, образовав защищённый с двух сторон уголок. Марк прижался спиной к чёрной кладке и замер, чтобы отдышаться и понять, где находится.

Собственное дыхание казалось слишком шумным. Выход был где-то рядом. Марк чувствовал это, по ветерку, пробегавшему по взмокшему лицу. Заглянул в калейдоскоп. Ничего. Только пятна разноцветного «лишайника», которые сейчас служили ориентиром. Больше всего их было в районе фасада. Тефралиты уже начали осваивать руины, наступая со стороны Дровяной. Но вглубь дома они подвигались медленно. Значит, выход где-то там, где тефралитов больше всего.

Марк заметил подходящую лазейку на расстоянии каких-то десяти шагов. И вторую, подальше. Но чтобы добраться до них, нужно покинуть укрытие. Первый путь казался короче, но мальчика смущали опасно накренившиеся балки. Дорога ко второму лазу была длиннее, а сам проём – гораздо уже. Если стрелявший где-то рядом, он обязательно заметит.

«Чем быстрее, тем лучше», – решил Марк, остановив выбор на первом варианте.

Прислушался, стараясь уловить хоть какой-нибудь звук. Жужжание вечного фонаря, шорох шагов или чьё-то дыхание… Но вокруг было тихо. Пугающе тихо.

Посчитав про себя до шестидесяти, он осторожно сделал шаг вперёд. Хруст под ногой заставил похолодеть. Но ничего страшного не произошло. Немного осмелев, Марк рысцой направился к манящему проёму.

Шаг, второй, третий… Он почти у цели! Но вдруг фигура в длинном плаще и широкополой шляпе возникла на фоне проёма и преградила путь. Марк шарахнулся в сторону. Это был Родион.

«Вурдалак не привязан к тени», – пронеслись в голове слова Максимилиана.

Не оставалось ничего другого, как броситься ко второму проёму. Марк ещё раз споткнулся, больно приложившись ладонью о что-то твёрдое. Калейдоскоп выскользнул из рук и улетел в неизвестном направлении, но искать его было бы глупо. Марк обернулся, уловил какое-то движение за спиной, и снова бросился бежать. До спасительного прохода оставалось всего несколько шагов.

Стоило протиснуться в узкий лаз, как ветер дунул в лицо, а впереди почудился свет уличного фонаря.

Марк с трудом выбрался из руин. Где он? Сперва он надеялся, что окажется на Прядильной, но все здания вокруг были незнакомы. Розовый дом с белыми наличниками, служивший ориентиром, исчез. Редкие фонари на треугольных деревянных подпорках развеяли последние сомнения. Он всё ещё на Дровяной.

Чёрная фигура в длинном плаще появилась на дороге, и Марк ринулся в противоположную сторону. Он бежал по мостовой, шаги гулко звучали в обманчивой тишине.

Улица не кончалась. Туман наползал со всех сторон. Дома плясали, словно в обезумевшем ярмарочном хороводе. Мальчик уже не знал, что пугает его больше: встреча с Родионом или ночная прогулка по Дровяной.

Силуэт в плаще мелькнул у одного из домов по правую руку. Марк ринулся вперёд и юркнул в первые попавшиеся ворота. Это был заброшенный сад с разросшимися плакучими ивами.

Родион спокойно шёл по Дровяной, то ныряя в тень, то попадая в свет фонарей. Марк попятился, отступая вглубь сада. Нога угодила в какое-то углубление, он оступился, сделал ещё один неловкий шаг и рухнул на землю. В ногах валялся моток пеньковой верёвки.

Марк попытался выбраться, с опаской глядя на ворота. Вурдалак свернул с улицы и спокойно шагнул во двор, ни секунды не сомневаясь в правильности дороги.

– Похоже, кому-то снова нужна моя помощь, – раздался знакомый бархатный голос. – Ты же знаешь, что это за место?

– Дровяная… – прошептал Марк пересохшими губами.

– Любопытство толкает к поспешности. Страх – к бегству. Ложь – к путанице. Зависть – к безумию. Чувство долга – не самый лучший советчик, а обида – результат долгого и кропотливого труда.

Он наклонился и помог распутать ногу.

– Старый пеньковый склад – не лучшее место для отдыха, – заметил Родион, схватил мальчика за руку и помог встать. Слишком самонадеянно было полагать, что знаешь все тайны острова. Ты и в своих-то ещё не разобрался.

Родион отступил и направился к воротам.

– И долго ты будешь тут стоять? – спросил он, не оборачиваясь.

Марк бросил быстрый взгляд по сторонам. Вместо плачущих