Читать книгу - "Тайны «Полярной звезды» - Анна Александровна Хотеева"

Заунывник вышел из света настенной лампы и снова пропал в полутьме. Если бы Марк не знал, что он где-то рядом, ни за что бы не догадался.

– Там, на вокзале… – вспомнил он. – Родион. Он тоже из ваших?

– Вурдалак не привязан к тени. Он ходит где хочет. Но всегда появляется вовремя…

Они дошли до ещё одной лестницы с мелкими неудобными ступенями. На этот раз Максимилиан повёл его наверх.

– Ты видел зеркало на столике у Мадам? – спросил Марк.

– Зеркало то, зеркало это… Под ноги лучше смотри.

Марку пришлось ступать через ступень, ставя ногу боком. Иначе его тридцать девятый размер ни в какую не помещался.

– Там на раме есть глаз? Такой, ну… С тремя ресницами внизу.

– Теперь ему и ресницы считай. В следующий раз я тебя выручать не буду. Уж больно ты лободырный.

– Спасибо, кстати. Я уж думал, она меня прибьёт.

– Ты Авдотьюшку нашу не обижай. И так с тебя одно сплошное беспокойство. Я тебя потому только и увёл, чтобы её не расстраивать.

Какое-то время шли молча. Заунывник вывел его на ещё одну лестницу. Окажись Марк здесь в одиночку, никогда бы не смог найти дорогу. Одинаковые узкие проходы, низкие потолки, неудобные лестницы, редкие светильники, да ещё и тефралиты.

Следующая лампа едва освещала путь. Проходя мимо, Марк взглянул на склянку и опешил. Внутри, свернувшись калачиком, дремало крошечное существо.

Марк остановился, невольно залюбовавшись зверьком. Теневик был похож на саламандру с пышным беличьим хвостом.

– Максимилиан! А что это за чудики у вас тут в банках?

– Огнисы белкохвостые, – неохотно пояснил заунывник, и Марк не сразу сообразил, что это не очередное ругательство. – Ты их не трожь.

Мальчик зачарованно уставился на огниса. Только сейчас он понял, что именно зверёк и был источником света в лампе. От шкурки исходило мягкое сияние, будто от пламени костра в ночном лесу. Спинка огниса медленно поднималась и опускалась в такт дыханию.

Из стены бесшумно появился глаз аргуса и с любопытством посмотрел сначала на Марка, а потом на огниса.

Зверёк в склянке проснулся, почувствовав на себе взгляд. Он привстал на задних лапках и прислонился передними к стеклу. Мордочка его была маленькой и округлой, как у ящерки. Глазки любопытные, чёрные. Огнис заворожённо смотрел на Марка. Беличий хвост в форме знака вопроса медленно сгибался то вправо, то влево.

Вдруг огнис стал огненно-красным, а мордочка и край хвоста почернели. Зверёк свирепо зашипел, показав длинные, острые клыки. От неожиданности Марк отпрянул, ударившись о стену туннеля.

Огнис заметался по колбе, разгораясь всё сильнее. Через секунду уже невозможно было угадать, что в этом огненном вихре скрывается существо из Теменьбурга.

– Кто они такие? – ошарашенно спросил Марк, с опаской обходя следующий светильник.

– Сказал же тебе, не лезь. Зря, что ль, мы их в банках держим?

Проход закончился тупиком. Максимилиан остановился и приложил ухо к стене. Выждав пару секунд, он надавил на неё и приоткрыл тайную дверь. Марк с удивлением обнаружил, что оказался рядом с собственной комнатой на втором этаже.

– И что? – спросил он, не торопясь покидать туннель. – Так можно в любую комнату пройти? И в те, что заперты?

– Это для тебя они заперты. А для меня все открыты.

– И двадцать пятая? Где вратень шакал…

Максимилиан прищурился.

– Шакал говорил, что ты его по носу бил и сладким не кормил.

Заунывник подвинулся и нетерпеливо махнул рукой, выгоняя Марка, но тот не спешил.

– Там кто-то есть, да? Я слышал шум. Или это был ты?

Заунывник раздражённо качнул головой.

– Да где ж ты от меня шум-то слышал?

– А Мадам? Она может ходить вашими тайными тропами?

– Делать ей больше нечего! – возмутился Максимилиан.

– Не понимаю, чего ты её всё время защищаешь? – разозлился Марк. – Почему она живёт в этом доме?

– Да потому что она хозяйка «Полярной звезды»! – не выдержал Максимилиан и вытолкал Марка из тайного хода.

Глава 18

Точный адрес

Марк лежал на своей кровати и разглядывал потолок. Между шторой и шкафом протянулась серебристая нить паутины. Её хозяина не было видно. Оставалось лишь надеяться, что это не один из небесных пауков. Марк скорее согласился бы на встречу с тарантулом, чем ещё раз очутился один на один со своими воспоминаниями.

Уже который день он чувствовал себя мухой, запутавшейся в паутине. Что-то определённо происходило вокруг него, но вопросов было больше, чем ответов. Максимилиан, сам того не желая, раскрыл одну из мучивших Марка загадок. Таинственная подпись «А. С.» в записке принадлежала Авдотье Сюзар. Настоящей хозяйке «Полярной звезды».

Но зачем француженке отдавать ему дом? Какую игру она ведёт? Если она не ведьма, то где находится второе «око»? И почему разбилось зеркало в его комнате? А пожары? Они будто преследовали его! «Полярная звезда», Дровяная, «Тишина»… Что если и пожар в Смоленске произошёл не из‑за случайного возгорания у нерадивых соседей, а по чьему-то злому умыслу?

Единственный человек, с которым Марк мог посоветоваться, сейчас находился в каких-то пятидесяти метрах от него, в доме напротив. Однако он сам оттолкнул Лили. Она простила ему грубость первой встречи. Поверила в непричастность к истории с гремучкой. Но последний наезд со стороны Марка был глупым и несправедливым. И как теперь выкручиваться, он понятия не имел.

Мальчик перевернулся на бок и подложил руку под щёку. От всех этих мыслей разболелась голова. Было ещё что-то, что он упускал. Оно вертелось где-то рядом. Казалось, только руку протяни – и найдёшь разгадку. Но сосредоточиться мешала тихая, но при этом настойчивая музыка из‑за стены.

Смутно знакомая грустная мелодия навевала невыразимую тоску. Марк никак не мог понять, что это. Играла скрипка, правда, звучание было каким-то непривычным. Звук будто раздваивался, играл то с одной стороны, то с другой. Иногда плакал, иногда пел, иногда потрескивал.

В конце концов Марк не выдержал, встал и поплёлся в комнату мамы. «Ну почему она достала свою скрипку именно сейчас?» – подумал он с досадой.

Мальчик постучал, дверь не открылась. Звероручка-птица прочирикала что-то резкое. Наверное, на её птичьем языке это означало «нечего тут шататься с таким мрачным видом». Стоя у двери комнаты двадцать один, Марк с удивлением обнаружил, что почти не слышит странные звуки, которые он принял за скрипку.

Он прошёл по коридору от египетской лестницы до сгоревшей части дома и обратно, пока не определил место, где мелодия слышалась лучше всего. Ошибки быть не могло. Звук доносился из комнаты двадцать пять.

Вратень-шакал рыкнул, стоило Марку протянуть к нему руку. Что там Граф говорил? Шакалу нужна взятка? И в какой интересно валюте он её принимает? Раздумывая над этим, мальчик сунул руку в карман. Подаренный Лили калейдоскоп даже в тёплом кармане толстовки оставался ледяным. Марк только сейчас сообразил, что неплохо было бы осмотреть коридор с его помощью.

Но сверху послышались шаги, и мальчик отказался от этой идеи. По египетской лестнице спускался Ник. В руках он нёс несколько холстов, свёрнутых в трубочку. Вид у парня был взволнованный и чересчур жизнерадостный.

– О! А я тебя искал! Мы с Андреем Николаевичем наконец придумали тебе тему для доклада.

– Да? – задание по истории Марка сейчас совершенно не волновало, но что-то ему подсказывало, что эти двое от него не отстанут. Если уж они взялись помогать, то помогут, даже если для этого Марка придётся привязать к стулу и заставить писать пером и чернилами.

– Русская живопись XVIII века подойдёт? У нас есть несколько альбомов с отличными текстовыми вставками. Там много информации.

– Ну, ладно, – Марк вздохнул и пошёл за Ником. – Звучит вполне безобидно.

– Вообще, это Лис подсказала. Она пришла, когда Андрей Николаевич предлагал пойти к грифонам и собрать перья для авгурария.

– Авгу… чего? Хотя нет, не рассказывай. Я не уверен, что хочу это знать.

Ник рассмеялся, пропуская Марка в гостиную. Уже знакомая мальчику девица с синими волосами сидела в кресле, положив ноутбук на колени.

– Ага, явился наконец. Мы тут креативим, а он где-то дрыхнет. Только не говори, что и тебя изводят теневики. Ещё одного страдальца я не вынесу.

– Не, всё нормально, – Марк присел на диван, – просто голова разболелась.

– Это могут быть заунывники, – встревожился Ник. – Если они захотят, то ты начнёшь чувствовать апатию, тревогу и усталость. Всё будет казаться мрачным и бесполезным…

– У меня такое чувство возникает каждый раз, когда собираюсь в школу. А музыка за стеной? Это тоже заунывники?

Ник покачал головой.

– Скрыпуны. Увидеть их почти невозможно, зато можно услышать. Они играют в доме покойника.

– Хватит его пугать! – вмешалась Лис, бросив быстрый