Читать книгу - "Тайны «Полярной звезды» - Анна Александровна Хотеева"

Должно быть, его отец».

Мужчина без колебаний схватил стопку белых салфеток. Ткань мгновенно окрасилась алым. Мадам отточенными движениями сделала несколько уколов вокруг раны.

– Вот видите, мадам Сюзар… – слабо произнёс пострадавший. – Ещё недавно я приглашал вас в гости, а теперь сам лежу у вас на столе.

– Что случилось?

– Проклятый грануар! Опасная тварь…

Мадам быстро сменила салфетку на новую. За её спиной появился Граф и, с любопытством вытягивая шею, стал разглядывать пациента.

– Господин Орлов! Возможно, сейчас не самое лучшее время. Но всё-таки традиция… Клятва егерей…

– Опять вы со своими глупостями, Граф! – разозлилась Мадам. – Вызовите лучше скорую!

– Мне?! – испугался Андрей Николаевич.

– Ему!!!

– А, да… Да…

Видя, что от Графа мало толку, к телефону направился Зубов, но Орлов остановил его.

– Отставить!

Мадам вопросительно подняла бровь.

– Рана опасна! Вы потеряли много крови. В таком состоянии я настоятельно рекомендую…

– Спасибо, мадам Сюзар. Я ценю вашу заботу. Но, поверьте, мне уже гораздо лучше.

– Это обезболивающее. Вам нужно срочно…

Орлов заметил топтавшегося в дверях Марка и приподнялся.

– А вот и ваш новый подопечный? – Григорий Григорьевич слабо улыбнулся. – И как тебе у нас?

– Вот же! – обрадовался Граф. – Я как раз вам об этом и хотел сказать. Мы давно ждали, когда вы почтите нас своим визитом… – Андрей Николаевич бросился к тумбе у двери, где стоял кувшин с водой. Налил стакан и вернулся к пострадавшему. – Видите ли, мальчик ещё ничего не знает. Ведь по традиции именно комендант должен назначать егерей…

– Успокойтесь, Граф! – Мадам отобрала у него стакан и поставила на подоконник. – Вам вредно волноваться.

– Да, конечно!.. Но жизнь коротка, а вопросы нужно решать…

Орлов поперхнулся.

– Я надеюсь ещё пожить…

Выглядел он и правда значительно лучше. Румянец быстро возвращался на его лицо. Дыхание стало ровным.

Мадам осторожно отняла повязку.

– Просто удивительно, как вы только выжили с таким ранением…

– Вы как будто этому не рады, – пошутил Орлов. – Сможете меня подлатать?

Француженка кивнула и направилась готовить всё необходимое.

– Значит, мальчик не знает, куда он попал? – уточнил Григорий Григорьевич.

– Как и велят традиции, – подал голос Граф, растерянно глядя на капли крови, упавшие на пол.

Григорий Григорьевич отмахнулся.

– Двадцать первый век, а вы всё твердите про традиции, Андрей Николаевич!

– Здесь был посторонний, – Мадам подвинула столик с инструментами. Пинцеты, медицинские ножницы, хирургические иглы и крючки словно ждали своего часа. – К тому же мы хотели, чтобы Волковы привыкли к дому. Странно было бы вывалить все наши проблемы в первый же вечер.

Француженка деловито обработала рану. Марк отвернулся, смотреть на это было неприятно.

– Вы называете это проблемами? – услышал он голос Григория Григорьевича. – Всего лишь грануар попытался вырвать у меня кусок печени. Ещё подавится. Пристрелить бы его, да ведь ни одна пуля не возьмёт!

– Ох… – послышался звон – это инструменты посыпались на пол. Ноги Графа подкосились. Стоявший у окна Зубов успел его подхватить и проводить к кушетке у стены.

Мадам уже начала зашивать, поэтому отвлеклась лишь на секунду, и снова вернулась к своему занятию.

– Позвольте напомнить вам, – Мадам действовала спокойно и деловито, словно ей уже не раз приходилось этим заниматься, – что уже несколько месяцев я прошу у вас эмпата. Сердцу Графа просто необходима помощь.

Мужчина со шрамами наклонился и что-то шепнул Орлову.

– Эмпат… – нахмурился комендант. – Похоже, чёртов эмпат сбежал, когда ребята тащили меня к вам.

– Что-то выскочило из‑за двери, – подал голос Марк. Последние несколько минут он отказывался что-либо понимать. Сначала Томская со своей кляксой, потом спятивший Смирницкий, теперь ещё и это…

– Видите, мадам Сюзар? Вы зря волновались. Мальчишка вполне смышлёный. Может, из него и выйдет толк со временем.

Орлов поймал мужчину со шрамами за руку и потянул к себе.

– Игнат, возьми его пока на себя. Покажи район. Объясни, как тут всё устроено. А заодно поищите эмпата. В конце концов, вы же вроде как родственники.

– Родственники? – в висках у Марка застучало.

– Знакомься, – холодно сказала Мадам. – Игнат Волков, брат твоего отца.

Марк уставился на мужчину со шрамами. Тот кивнул и махнул рукой, предлагая следовать за ним.

Часть вторая

Глава 12

Небесные пауки

Марк и Игнат вышли из медицинской комнаты и остановились в коридоре. Оба молчали, но каждый понимал, что заговорить придётся.

Ноги шлёпали по воде. Пол был всё ещё мокрый, но поток заметно ослаб. Похоже, маме, Нику и Лис удалось перекрыть воду где-то в подвале.

«Полярная звезда» напоминала корабль, переживший шторм. Лишь сейчас Марк заметил, что пострадал не только пол. Обои на стенах промокли, картины потеряли строй и висели в беспорядке. Вода вынесла мелкий сор из потаённых уголков.

– Досталось вам, да? – усмехнулся Игнат, осматриваясь.

– Сначала пожар, потом потоп, – Марк попытался выглядеть безразличным. – Не дом, а сказка.

– Ну, потоп – обычное дело для Петербурга. – Дядя перешагнул через лужу и пересёк коридор, направляясь к египетской лестнице. – А уж для района, где полно водяных, – и подавно.

Марк удивлённо поднял бровь. Он не ослышался? Дядя на полном серьёзе говорит о водяных?

По пути Игнат по-хозяйски заглянул в подсобку напротив кухни, осмотрел заваленные всякой всячиной стеллажи и достал два странных фонаря. Чёрные, с металлической ручкой-рычажком, они легко помещались в ладони.

– Вечные фонари, – пояснил Игнат, нажимая на рычаг. Фонарь зажужжал, и лампочка начала светиться. – Половина здешних егерей такими пользуются. Внутри – ручной генератор. Не самая удобная вещь, но неубиваемая. А самое главное, блудички с ней сделать ничего не могут.

– Кто?

– Блудички, – пояснил Игнат, протягивая один из фонарей Марку. – Их ещё называют свечами покойника или болотными огнями. Вырубают электричество по собственному желанию. А мобильную связь вообще на дух не переносят.

Марк включил фонарь. Сжимать и разжимать рукоятку было просто и понятно. Действие порождает свет. Это вполне вписывалось в нормальную картину мира. В отличие от разговора про блудичек и водяных.

Выходя из подсобки, Игнат потрепал мальчика по плечу.

– Ну что, идём?

– А мы разве не на улицу? – удивился Марк, следуя за ним к египетской лестнице.

– Нет.

– Но Григорий Григорьевич сказал, что вы покажете мне район…

– Покажу.

Игнат сделал несколько шагов вверх по лестнице, но на середине пролёта остановился и развернулся к мальчику.

– Вообще я впервые в роли экскурсовода. Неужели отец тебе ничего не рассказывал про Теменьбург?

Марк стиснул зубы. Игнат заметил заигравшие на щеках желваки и понимающе кивнул.

– Это вполне в духе Адика, – он продолжил подниматься по лестнице и дальше говорил не оборачиваясь. – Увлечься какой-то идеей и забыть о близких. Когда ты видел его в последний раз?

– Семь лет назад.

– И много ты о нём знаешь?

– Только то, что он козёл, – буркнул Марк.

Игнат рассмеялся.

– Пожалуй, соглашусь. А про егерей он тебе что-нибудь рассказывал?

– Про кого?

Они поднялись на второй этаж. Здесь всё было как обычно. Следы потопа и внезапного появления раненого Орлова со спутниками остались внизу.

– Волковы работают егерями уже два столетия, – пояснил Игнат, проходя мимо комнаты Марка. – Насколько мне известно, первого звали Фёдор, он жил в конце восемнадцатого века.

– И что делают егеря? Охотятся?

– Что-то в этом роде.

Игнат дошёл до места, где раньше находился читальный уголок. Здесь всё ещё пахло горечью пожара. Но пока Марк был в школе, кто-то поменял окно, и теперь новенькие пластиковые створки непривычно выделялись на фоне обуглившихся стен. – Повезло, что огонь не разошёлся по дому, да?

– Я думал, тут всё сгорит, – признался Марк, вспомнив, как клубы дыма заволокли Прядильную. – Как в Смоленске.

Игнат с любопытством посмотрел на племянника.

– А что было в Смоленске?

– У соседей загорелся масляный радиатор. Дом старый, двухэтажный. Там всего-то восемь квартир. Было. Всё сгорело.

– Два пожара один за другим, интересное совпадение… – Дядя вынул из внутреннего кармана куртки небольшую подзорную трубу, больше похожую на калейдоскоп, и осмотрел место пожара. – Ты злился?

Марк пожал плечами.

– Из‑за пожара? Ну, приятного мало. Нас в общагу поселили. Вещей никаких не осталось. Мама успела только паспорта схватить. И скрипку. А потом мы получили письмо, что мне принадлежит дом в Петербурге. И приехали сюда.

– А здесь что сказали о причинах пожара?

– Что-то насчёт проводки.

Игнат хмыкнул.