Читать книгу - "Фантастика 2026-219 - Артем Бах"

Он встал. Подошёл к карте.

— Мы не пойдём воевать, — произнёс он. — Но мы не признаем поражения. Мы — предложим торговлю. Мир. Дружбу.

— Но это — слабость! — один из графов не выдержал.

— Нет, — Оттон посмотрел ему в глаза. — Это — ум. Мы проиграли битву. Но мы не проиграли войну. Потому что войны — не будет. Будет — торговля. Будет — знание. Будет — будущее.

Он снова посмотрел на карту. На восток.

— Напишите ему, — произнёс он. — Коротко. Вежливо. Без лести. Без угроз. Скажите — мы поняли. Мы не придём снова. И предложите — торговлю.

Он помолчал.

— И ещё одно, — добавил он. — Найдите мне того, кто знает об их оружии. Любыми способами. Я хочу понять — что это. И как это работает.

Итиль. Дворец кагана. Апрель 958 года.

Хазарский каган не читал донесение. Ему его пересказали.

Он сидел в саду. Старый, седой, с глазами, которые видели слишком много. Рядом — его сын. Наследник. Молодой, горячий, с мечом на поясе.

— Тысяча, — произнёс каган. — Тысяча прошла через наши земли. И мы не смогли их остановить.

Сын сжал кулаки.

— Отец, — произнёс он. — Это — вызов. Мы должны ответить. Мы должны показать — что хазары не боятся.

Каган посмотрел на него. Долго. Потом покачал головой.

— Ты молод, — тихо произнёс он. — Ты думаешь — сила в мече. В крике. В крови. Но сила — в другом. Сила — в понимании.

Он поднял руку. Указал на Волгу.

— Видишь реку? — спросил он.

— Да, отец.

— Она течёт. Всегда. Не останавливается. Не боится. Не воюет. Просто — течёт. И всё, что на её пути — она обходит. Или ломает. Или уносит с собой.

Он посмотрел на сына.

— Русы — это река. Мы не можем их остановить. Мы можем только — плыть рядом. Или отойти в сторону.

Сын молчал. Он не понимал.

— Напиши князю Владимиру, — произнёс каган. — Коротко. Вежливо. Скажите — мы поняли. Мы не придём снова. И предложите — торговлю. Мир. Дружбу.

— Но это — слабость! — сын не выдержал.

Каган усмехнулся. Не зло. Устало.

— Нет, — произнёс он. — Это — мудрость. Мы проиграли. Но мы не проиграли войну. Потому что войны — не будет. Будет — торговля. Будет — знание. Будет — будущее.

Он встал. Медленно. Старые кости хрустнули.

— И ещё одно, — добавил он. — Найди мне того, кто знает об их оружии. Я хочу понять — что это. И как это работает.

Он посмотрел на Волгу. На реку, которая текла всегда.

— Мы имеем дело не с варварами, — тихо произнёс он. — Мы имеем дело с чем-то, чего мы не понимаем. И это — страшно. Но это — и интересно.

Глава 13 . Беларусь

Дворец. Кабинет Владимира. Раннее утро.

Владимир стоял у окна, глядя на просыпающийся город. В руках он держал смартфон — поблёскивающий своими гранями прямоугольник, который казался здесь, среди бетонных стен и золотых куполов, чем-то совершенно чужеродным. Но именно этот кусок пластика и стекла был ключом ко всему.

За его спиной, у стола с картой, стояли Свенельд и Мех. Они ждали. Старый варяг переминался с ноги на ногу — он не любил ждать, не любил неопределённости. Мех протирал планшет, хотя он и был чистым — привычка, выработанная годами работы с мелкой электроникой.

— Через неделю идём в Беларусь, — Владимир повернулся к ним, и голос его был ровным, без единой ноты сомнения. — Встречусь с Лукашенко лично.

Мех поднял брови, очки повисли на груди на цепочке.

— С Батькой? Напрямую?

— Напрямую, — Владимир кивнул. — Он уже знает про клинику. Знает про детей. Знает про хэштег в интернете. Прошло два года. Я думаю, он ждёт звонка.

— А как ты до него дозвонишься? — спросил Свенельд, и в его голосе прорвалось недоверие старого воина, который привык, что к князьям и королям просто так не дозваниваются. — У него же личный номер. Охрана, секретари...

— Это моя забота, — Владимир усмехнулся. — Через спецканал. Через час буду на связи. Ждите меня во дворце.

Он вышел из кабинета. Не стал объяснять план. Не стал спрашивать разрешения. Просто сказал — и пошёл. Потому что он здесь хозяин. Потому что решения принимает он. И потому что некоторые вещи нельзя объяснять — их можно только делать.

Владимир прошёл по коридорам дворца. Вышел во внутренний двор, где утренний туман ещё цеплялся за камни мостовой. Сев на электробайк, он покинул город.

Посох Рода, закинутый за спину, холодил своим присутствием. Он чувствовал его вес — не физический, а какой-то другой, ментальный. Древко пульсировало, словно живое, словно знало: сейчас оно понадобится.

Двигался минут тридцать. Пересёк какую-то ведомую только ему границу, остановился. Отойдя от байка на десяток метров, положил ладонь на древко и вогнал в землю.

Воздух загудел. Появилась зыбкая рябь. Пахнуло озоном. И он шагнул.

Двадцать первый век. Окраина леса.

Он вышел в густом лесу. Тихо. Пустынно. Только деревья, утренний туман, тишина. Воздух пах иначе — не хвоей и сырой землёй, а чем-то химическим, выхлопным, далёким. Здесь даже туман был другим — не живым, а мёртвым.

Владимир достал телефон. Проверил сигнал. Три полоски. Достаточно.

Он набрал номер. Двенадцать цифр. Он помнил их наизусть — контакт дал ему этот номер ещё тогда, когда стало понятно, что Батька — здоров и будет давать интервью.

Гудки. Один. Второй. Третий.

— Алло, — женский голос. Молодой, ухоженный, с лёгкой белорусской мягкостью, но с холодной, профессиональной ноткой секретаря высокого ранга. — Кто говорит?

Владимир усмехнулся уголком рта. Он ожидал этого.

— Детский фонд из Лесов, — спокойно произнёс он. — Передайте Александру Григорьевичу, что его ждут.

На том конце повисла пауза. Затем голос стал жёстче:

— Простите, какой детский фонд? Кто вы такой? Как вы получили этот номер? Это личный номер Президента Республики Беларусь. Я сейчас же доложу охране, и вас...

— Девушка, — Владимир мягко, но твёрдо перебил её. Его голос звучал ровно, без единой эмоции. — Скажите мне, много ли людей знают этот номер?

Секретарша запнулась.

— Это...