Читать книгу - "Фантастика 2026-219 - Артем Бах"

Свенельд нахмурился. Старый варяг смотрел на карту так, как смотрят на пропасть — с уважением и осторожностью.

— Зачем? — спросил он. — Мы только что вернулись из похода на хазаров. Армия устала. Люди нуждаются в отдыхе.

— Отдых будет, — Владимир кивнул. — Но не сейчас. Немцы и франки пришли на Киев. Они привели бояр-мятежников. Думали, что Киев — лёгкая добыча. Они вернулись домой. Хвалятся. Рассказывают, что варвары — слабые. Что Русь — добыча.

Он посмотрел на Святослава. Мальчику было уже шестнадцать. Но в его глазах — не было ничего мальчишеского. Там горел холодный, расчётливый огонь — огонь человека, который уже видел кровь. Который уже приказывал убивать. Который уже понял, что власть — это не только строить. Это ещё и карать.

— Мы не можем позволить этому продолжаться, — тихо произнёс Владимир. — Мы должны показать Западу, что Русь — это не добыча. Это — сила.

Святослав выпрямился.

— Я поведу армию, — произнёс он. Голос его был ровным. Без пафоса. Без хвастовства. Просто — констатация факта.

Владимир посмотрел на него. Долго. Внимательно. Он видел перед собой не мальчика. Он видел — наследника. Того, кто будет править после него. Того, кто будет держать Империю, когда его не станет.

— Ты уверен? — спросил он.

— Да, — Святослав кивнул. — Я казнил двести пленных под Киевом. Я знаю, что такое кровь. Я знаю, что такое ответственность. Я готов.

Владимир молчал. Потом медленно кивнул.

— Хорошо, — произнёс он. — Ты поведёшь армию. Пятьсот воинов с автоматами. Пятьсот киевской дружины. Все на конях. Быстрый марш. Удар — и возвращение. Не завоевание. Демонстрация.

Молчан поднял голову. Старейшина древлян, прошедший с Владимиром через всё — от болот до дворца, — посмотрел на карту своими умными, хитрыми глазами.

— А если они соберут больше? — спросил он. — Если Оттон пошлёт десять тысяч? Двадцать?

— Тогда мы покажем им, что и двадцать тысяч — не проблема, — Владимир усмехнулся. — Главное — не число. Главное — понимание. Они должны понять: с нами лучше не связываться.

Свенельд посмотрел на карту.

— Путь долгий, — произнёс он. — Через земли славян. Через леса. Через реки. Зима. Снег. Холод.

— Именно поэтому мы идём сейчас, — Владимир кивнул. — Зимой реки замёрзшие. По ним можно идти быстро. Снег — белый. Кровь на нём — красная. Это — послание. Они увидят его — и запомнят.

Путь на запад. Январь 958 года.

Армия вышла из Киева на рассвете. Тысяча всадников. Пятьсот — в камуфляже, с автоматами на груди. Пятьсот — в кольчугах, с мечами и копьями. Но все — с пониманием. Все — с дисциплиной. Все — с оружием, которого мир ещё не видел.

Святослав ехал впереди. Рядом — Молчан, который вёл разведку. Седой — замыкал колонну, сканируя местность профессиональным взглядом снайпера. Свенельд — в центре, присматривая за дружиной.

Шли через земли западных славян. Местные племена не сопротивлялись. Видели строй, дисциплину, невиданное оружие. Понимали: это не обычная варварская орда. Открывали дороги, давали провизию, не задавая лишних вопросов.

Вечерами разбивали лагерь. Костры горели ровно. Часовые стояли на постах. Воины чистили оружие, ели горячее, спали по очереди. Никто не жаловался. Никто не роптал. Они знали: их ведёт княжич. Сын Ольги. Наследник.

Святослав впервые шёл не рядом с Владимиром. Он шёл — сам. И это было тяжело. Не физически — психологически. Он чувствовал на себе взгляды тысячи воинов. Чувствовал их ожидание. Их веру. Их понимание: если он ошибётся — они умрут.

Но он не ошибался.

На пятый день Молчан вернулся с разведки.

— Впереди — немецкий разъезд, — произнёс он. — Десять всадников. Патрулируют рубежи Богемии. Собирают дань с местных славян.

Святослав кивнул.

— Ведите меня к ним.

Рубежи Богемии.

Немцы стояли на поляне. Десять всадников. В кольчугах. С мечами и копьями. Рядом — трое перепуганных славянских старейшин. Они отдавали мешки с зерном, шкуры, мёд. Немецкие воины смеялись. Били старейшин плетьми.

Святослав подъехал с Молчаном и Седым. Остальные — за ними, в лесу, невидимые.

— Сдавайтесь, — произнёс Молчан на ломаной латыни, которую понимали все воины того времени. — Или умрёте.

Немцы обернулись. Увидели троих. Усмехнулись.

— Варвары, — произнёс старший из них. — Откуда вы взялись?

— Из Киева, — Святослав посмотрел ему в глаза. — Мы пришли за вами.

Немец захохотал.

— За нами? Нас десять. Вас — трое. Вы что, самоубийцы?

Он вытащил меч.

— Седой, — произнёс Святослав.

Выстрел. Один. Короткий. Тихий.

Немец упал. Меч звякнул о мёрзлую землю. Кровь растеклась по снегу — красная, яркая, неестественная на белом.

Остальные девять замерли. Их смех оборвался. Они посмотрели на мёртвого товарища. На Святослава. На его спокойное, холодное лицо.

— Сдавайтесь, — повторил Святослав. — Или умрёте.

Они опустили оружие. Медленно. С дрожью в руках.

Славянские старейшины смотрели на них. На своих освободителей. На людей в странной пятнистой одежде. На оружие, которое стреляет громом.

Один из старейшин — старый, с седой бородой — подошёл к Святославу.

— Кто вы? — спросил он на славянском.

— Мы — Русь, — Святослав посмотрел на него. — Мы пришли, чтобы немцы больше не трогали вас.

Старейшина заплакал.

— Спасибо, — произнёс он. — Спасибо.

Святослав кивнул.

— Мы идём дальше, — произнёс он. — К их армии. Если вы хотите, чтобы немцы не вернулись — молитесь за нас.

Немецкая армия. Февраль 958 года.

Разведка доложила: немецкая армия — десять тысяч человек — стоит в поле, в ста километрах от рубежей Богемии. Командует — герцог Баварии. Он услышал о варварах. Решил встретить в поле. Думал, что это лёгкая добыча.

Святослав собрал совет.

— Их десять тысяч, — произнёс он. — Нас тысяча. Но у нас — автоматы. У них — мечи. Мы не будем воевать. Мы будем убивать.

Молчан кивнул.

— Конвейер смерти, — произнёс он. — Как под Киевом.

— Именно, — Святослав посмотрел на карту. — Мы займём позицию на холме. Пятьсот воинов с автоматами — в первом ряду. Пятьсот дружины — за ними. Пулемёты — на флангах. Снайперы — на возвышенности. Миномёты — за линией.

Он поднял глаза.

— Когда они подойдут — мы откроем огонь. Не дадим им приблизиться. Не дадим им понять,