Читать книгу - "Фантастика 2026-219 - Артем Бах"

— А пятое? — Ольга посмотрела на него.

— Пятое, — Владимир посмотрел ей в глаза. — Суд. Независимый. Не от бояр. Не от князя. От закона. Судьи — которых выбираем мы. Но которые судят — по закону. Не по обычаю. Не по настроению. По закону. Если боярин убьёт смерда — он умрёт. Если смерд убьёт боярина — он умрёт. Закон — один для всех. И это — самое трудное. Потому что бояре — не простят.

— Бояре простят, — Молок поднял голову. — Потому что я им скажу.

Все повернулись к нему.

— Молок, — Владимир посмотрел на него. — Ты уверен?

— Да, — Молок кивнул. — Я скажу им. Я скажу — что закон — это не слабость. Что закон — это сила. Что если боярин может убить смерда и уйти безнаказанным — то смерд может убить боярина и уйти безнаказанным. И тогда — хаос. А хаос — это смерть для всех. Для бояр — тоже.

Он посмотрел на Вышату.

— Я скажу им, — произнёс Молок. — И они поймут. Потому что они — не глупцы. Они — бояре. Они понимают — что лучше закон, чем хаос.

Вышата молчал. Потом медленно кивнул.

— Ты прав, Молок, — произнёс он. — Ты прав.

— Я знаю, — Владимир кивнул. — Именно поэтому я и строю.

Киев. Окраина. Через неделю.

На поле за городом — учебный полигон. Мех стоял перед тремястами воинов — лучшими из лучших. Теми, кого отобрали для ядра новой армии.

Перед ними — ящики. Деревянные. С нейтральной маркировкой. Внутри — АК-74. ПКП. Боеприпасы. Всё — через портал из будущего. Через старые каналы Меха. Через тех, кто не задаёт вопросов. Кто берёт деньги — и доставляет. Кто не спрашивает — куда. Кто не спрашивает — зачем.

Мех открыл ящик. Достал автомат. Показал воинам.

— Это — АК-74, — произнёс он. — Оружие, которое стреляет громом. Которое убивает на триста шагов. Которое пробивает кольчугу, как бумагу. Которое вы научитесь использовать — как свои руки.

Воины смотрели. Молча. С удивлением. Со страхом. С надеждой.

— Я буду учить вас — месяц, — Мех посмотрел им в глаза. — Через месяц — вы будете стрелять. Через два — вы будете попадать. Через три — вы будете убивать. А через полгода — вы станете ядром новой армии. Армии, которой мир ещё не видел.

Он поднял автомат.

— Начинаем.

Златый Город. Ночь.

Владимир сидел в кабинете. Перед ним — карта. На карте — круги. Киев. Златый Город. Минск. Москва. Константинополь. Итиль.

Он смотрел на них. Думал. Просчитывал.

Оружие — идёт. Через портал из будущего. Пока — достаточно. Но надолго — нет. Нужны сильные союзники. Нужен щит в будущем. Нужна стена.

Батька — в Минске. С ним можно говорить. С ним можно договориться. Но это — следующий шаг. Сначала — укрепить здесь. Сначала — построить фундамент.

Путин — в Москве. С ним — сложнее. С ним — опаснее. Но с ним — нужнее. Владимир знал: от этого разговора не убежать. Рано или поздно — придётся. Но не сейчас. Сначала — здесь. Сначала — фундамент.

Константинополь — ждёт. Император — думает. Феофилакт — рассказал ему правду. И теперь — император боится. А страх — это хорошо. Страх — делает людей умными.

Он выдохнул.

— Фундамент заложен, — произнёс он. — Теперь — стены.

За окном спал Златый Город. Горели фонари. Дымили кузницы. Люди спали в своих домах — зная, что завтра будет лучше, чем сегодня.

Империя начиналась.

ГЛАВА 10. ПОСЛЫ ВАСИЛЕВСА

Киев. Осень 957 года.

Они пришли с юга. Снова. Но теперь — иначе.

Если первое посольство — Феофилакт, Григорий, Лев — приехало тихо, почти тайно, с посохами и чёрными рясами, то теперь по дороге из Константинополя тянулся кортеж, который было видно за версту. Впереди — двадцать всадников в золочёных латах, с длинными копьями и знамёнами, на которых горел двуглавый орёл. За ними — десять повозок, крытых пурпурным сукном. В повозках — дары. Потом — свита: сорок человек, в шёлках, в золоте, с лицами, которые знали цену каждому слову. И в самом конце — на белом коне, в одежде, расшитой жемчугом, — сам посол. Архонт Лев Фока. Родственник императора. Человек, который в Константинополе значил больше, чем многие цари.

Их встретили у переправы через Днепр. Не бояре в кольчугах — как встречали раньше. А сотня воинов в пятнистом камуфляже, с автоматами на груди. Воинов, которые смотрели на византийцев не снизу вверх, а прямо в глаза. Спокойно. Равно.

Лев Фока смотрел на них — и чувствовал, как внутри шевелится то самое, о чём предупреждал его Феофилакт. Страх. Не перед оружием — перед пониманием. Эти люди — не варвары. Не дикари. Не те, кого описывал император в своих трактатах. Это — другое. Это — то, чего он не понимал.

Киев. Новые ворота.

Посольство въехало в город — и замерло.

Лев Фока ездил по миру. Видел Рим. Видел Багдад. Видел Кордову. Видел самые богатые города христианского и мусульманского мира. Но он никогда не видел ничего подобного.

Улицы — ровные, мощёные камнем. Без грязи. Без вони. Фонари — которые горели днём и ночью, без огня, без масла. Дома — из кирпича, с окнами из стекла. Вода — текла из стен. По улицам ходили люди — чистые, сытые, одетые просто, но добротно. Они не шарахались от посольства. Не кланялись. Не боялись. Они просто шли по своим делам.

А в центре — дворец. Белый. С золотыми куполами. С колоннами. С окнами, в которых горел ровный свет. Рядом — храм. С пятью куполами. С колокольней, уходившей в небо.

— Это... — пробормотал один из свитских. — Это не может быть русским.

— Это русское, — произнёс Лев Фока. — Но не такое, каким мы его знали.

Дворец. Сад.

Пока Лев Фока ждал аудиенции, его провели через сад. И там он увидел — то, что изменило всё.

На скамейке сидел мужчина. Лет тридцати. В простой одежде, но с лицом, которое выдавало ум. Рядом — девочка лет тринадцати. Светлые волосы стянуты в хвост. В руках — тонкая чёрная дощечка, по которой быстро скользили её пальцы. Экран дощечки светился мягким голубым светом.

Мужчина