Читать книгу - "«Квентин» - Мейв Бинчи"

Дерри Кинга начался в половину шестого утра: он прошел пешком до «Квентина», чтобы проверить, есть ли там признаки жизни. И действительно, внутри уже горел свет.

В мусорных баках стояли восемь больших мешков с отходами, каждый мешок был завязан и снабжен биркой. Частный мусорщик загружал их в машину. Пустые баки оставались в переулке позади ресторана, некоторые лежали на боку.

Дерри удовлетворенно кивнул. Один-ноль в его пользу. Элла утверждала, что в это время все еще спят.

Она такая отважная девушка, стойко выдержала все, что на нее обрушилось. А выдержать пришлось немало. Единственной хорошей новостью было то, что этот тип, Дон Ричардсон, теперь не сможет вернуться в Ирландию: для него это слишком опасно. Значит, по крайней мере, об Элле можно было не тревожиться, ей ничто не угрожало.

Он решил выпить чашку чая. Кафе неподалеку оказалось очень кстати. В такие моменты Дерри особенно тосковал по нью-йоркским закусочным. Но все же и здесь было неплохо.

Он кивнул сидящим за столиком мужчинам.

– Раненько вы, – приветливо сказал Дерри.

– Срочный заказ вон в том офисном здании. До семи утра у нас тройная ставка, – ответил один из них.

– Ничего себе, неплохо. Долго добивались таких условий?

– Нет, Кеннеди ребята строгие, но справедливые. Если работаешь на совесть, красишь качественно и укладываешься в срок, то в конце недели придешь домой с приличными деньгами.

– Кеннеди? – переспросил он.

– Это мы… ну, то есть наши боссы.

– Двое парней, Шон и Майкл? – уточнил Дерри.

– Они самые.

– Да уж, тесен мир.

– Вы их знаете?

– Нет, моя бывшая жена познакомилась с ними несколько лет назад. Говорила, что хорошие ребята.

– Да, ничего.

– Они здесь появятся в течение дня, как думаете?

– Обязательно. Обычно приезжают около семи, когда мы уже должны освобождать помещение. Передать им, что их спрашивали?

– Нет, не стоит. Я сам зайду и скажу.

Он вовсе не думал сюда возвращаться. Какое невероятное совпадение – случайно наткнуться на родственников отца. И кто только додумался назвать это место городом? С ума посходили. Это же деревня.

* * *

Сэнди позвонила Тиму и Барбаре Брейди: хотела предупредить их, что Дона Ричардсона видели в Дублине.

– Спасибо, Сэнди. Вообще-то, мистер Ричардсон сейчас здесь, со мной. Я как раз говорю ему, что нам неизвестно, где Элла, и вам тоже.

– Она здесь, миссис Брейди, не волнуйтесь. Мы свяжемся с полицией, – прошептала Сэнди.

Трубку положили.

– Звони им еще раз, Ник, быстрее. Скажи, что он на Тара-роуд.

– Они не воспринимают это дело как срочное, – сказал Ник, – и считают, что за него полностью отвечает отдел по борьбе с мошенничеством. Не понимают, что ее жизнь в опасности.

– Может, тогда позвоним в отдел по борьбе с мошенничеством? – предложила Сэнди. – Вдруг они смотрят на это иначе.

– Они передали мое сообщение, – сказал Ник. – Но я позвоню еще раз и скажу, где он сейчас.

* * *

– Мы не ожидали вас снова увидеть, Дон, – выговорила Барбара Брейди, придя в себя от потрясения, когда он возник перед ней на пороге.

– Я знаю, знаю. Но вы ведь знали, что я жив. Элла наверняка вам сказала.

– Да, сказала. Вчера вечером. Ее это очень напугало, шокировало.

– Ваш муж дома, Барбара? Я бы хотел сказать пару слов вам обоим. Это не займет много времени.

– Тима нет. Он у врача. Он совсем перестал спать, и уже стоит вопрос об обращении к психологу.

– Не могу выразить, как я вам сочувствую, – сказал Дон.

Он выглядел загорелым, но исхудавшим. Его привычная, безмятежная уверенность исчезла, взгляд беспокойно метался по сторонам.

– Да… – холодно сказала Барбара Брейди.

– В этой печальной истории у меня было так много поводов для сожаления. Я искренне наслаждался нашим с ним общением. Он был человеком кристальной честности… ну и в каком-то смысле человеком веры.

– Он уже совсем не тот, – ответила жена Тима Брейди, окидывая взглядом их скромный дом, и по ее лицу было видно, насколько выбит из колеи и подавлен ныне этот человек кристальной честности и веры.

– Я сделал все возможное, чтобы загладить вину. Посылал деньги. Элла, конечно, вам говорила?

– Мы не могли их принять, – сказала Барбара, словно это разумелось само собой.

– Разрешите мне присесть, пожалуйста.

Внезапно она заметила, что Дон Ричардсон, этот важный джентльмен, выглядит уставшим и напуганным.

– Я бы предпочла, чтобы вы этого не делали, Дон. Не будем притворяться, что вам здесь рады.

– Где Элла? – спросил он.

– Я не знаю, я правда не знаю. Она сегодня не ночевала дома.

– Пожалуйста.

– Я не могу сказать вам то, чего не знаю.

– Я поговорю с ней всего десять минут, в вашем с Тимом присутствии, если хотите. Или здесь, в этом доме. Прошу вас, мне надо ее попросить об одном одолжении.

– Думаю, за эти годы она вам сделала достаточно одолжений.

– Нет, я вам сейчас растолкую. Я ее знаю. Я хорошо ее знаю, черт возьми. Когда я говорил с ней вчера, она сказала, что отдала ноутбук. Она говорила неправду. Мне надо лишь встретиться с ней и объяснить, сколько денег она поможет спасти – для всех, – если его не отдаст. Я могу все вернуть, именно это я пытаюсь сделать. Я могу спасти вложения, которые делали люди, в том числе и ваш Тим.

– Не думаю, что ее волнует компьютер, – сказала Барбара.

– Я с вами согласен, и я не верю, что она его отдала.

– Она мне сказала, что отдала.

– Отдала?

– Да, так и сказала. А потом добавила: в полицию.

Он крепко задумался.

– Все равно не верю, что она это сделала. Я ведь понял бы это по ее голосу.

Зазвонил телефон.

– Ответьте, пожалуйста, – взмолился он. – Вдруг это Элла.

Но это была Сэнди из «Файерфлай филмз».

Он стоял рядом и слушал.

– Кто это был?

– Ее друзья беспокоятся.

– Значит, они в курсе, что я вернулся. Видите, как мало у меня времени.

– Знаете что, Дон Ричардсон? Мне глубоко наплевать, сколько у вас времени, много или мало. Наша единственная дочь имела несчастье влюбиться в вас, и теперь душа ее изранена, искалечена. Она живет чувством вины и стыда из-за вас, из-за того, что ее отец теперь – тень человека, он опозорен и опустошен, а я живу в сборном сарае вместо вон того дома напротив. Она пролила море слез, когда вы оставили ее ради брака, который она считала уже завершенным. Потом снова пролила море слез, когда решила, что вы умерли. Теперь вам понятно, как мало меня волнует, сколько у вас времени и есть ли оно вообще? Я не знаю, где Элла, но даже если