Читать книгу - "«Квентин» - Мейв Бинчи"

частенько появлялись там. Они ждали ребенка, и в этой связи все вокруг то и дело осыпали их поцелуями, объятиями и пожеланиями удачи.

Однажды, когда Том и Кэти ушли, Квентин заметил грустный взгляд Бренды.

– Это то, чего тебе бы хотелось? – мягко спросил он.

– О да, очень. И Патрик был бы чудесным отцом.

– Но ведь чем-то это компенсировалось? – спросил он с надеждой.

– Этот ресторан – наш ребенок. – Бренда с гордостью обвела взглядом зал.

Он улыбнулся, и она внезапно поняла, что, пожалуй, хватила через край.

– Я ничего не имела в виду, только то, как мы любим здесь работать, – смущенно пояснила она.

– Ты задавалась вопросом, зачем я вернулся, Бренда? – спокойно спросил ее Квентин.

– Почему бы тебе не посмотреть своими глазами, как хорошо у нас идут дела? Я ведь говорила, мы хотели похвастаться.

Глаза ее блестели слишком ярко. Она все понимала.

– Я умираю, Бренда, – сказал он.

* * *

– Я понес в кабинку финики и орехи, как ты и просил, – объяснял Блуза брату, – но Бренда с Квентином плакали, и я решил им не мешать.

– Плакали? – удивился Патрик.

– Да. Бренда вытирала ему лицо крахмальной салфеткой.

– Значит, что-то серьезное. Ты правильно сделал, что не стал их тревожить, – сказал Патрик. – Никаких скандалов не было в зале?

– Я побоялся проверить, – сознался Блуза. – На кухне как-то спокойнее.

И они вдвоем с Синьорой вновь принялись мастерски и с видимым удовольствием крошить овощи. Как же хорошо было тут, подальше от всех этих страстей человеческих, которые бурлили сегодня в зале.

* * *

– А как же твой друг Катар? – спросила Бренда, не думая о потекшем от слез макияже.

– Он ушел раньше меня, в прошлом году, – ответил Квентин. – Спасибо, что помнишь его имя.

– Кто бы мог его забыть? Такой обаятельный и полный жизни… хотя, наверное, теперь уже глупо так говорить.

– Ему здесь понравилось. Мы сидели за этим столом, и Катар сказал: если бы бедные и больные могли есть такую чудесную еду, они наверняка поправились бы… ну или умерли бы счастливыми.

Они рассмеялись, вспомнив красивого улыбчивого марокканского юношу, который не боялся смерти и до конца остался верен своему жизнеутверждающему взгляду на мир.

– А знаешь, что можно сделать с рестораном, Квентин? Продать его как готовый бизнес, а на вырученные средства организовать благотворительную программу… и обеспечивать очень качественной едой тех, кто иначе не может ее себе позволить.

– Не могу… А как же вы с Патриком? Ведь это вы сделали ресторан таким, какой он есть, – возразил Квентин.

– Мы найдем работу, у нас хорошая репутация…

– Но ведь он для вас как ребенок, ты сама сказала.

– Найдутся и другие дети, Квентин.

– А Блуза, Синьора и остальные…

– С ними тоже все будет хорошо.

– Разве в бизнесе не хватает ресурсов… чтобы и это место работало, и другое?

– Конечно, это возможно. Ты вообще читал отчеты бухгалтеров? Они давно твердят, что тебе пора расширяться… Но сейчас понадобятся деньги на лекарства, на больницы, на что там еще…

– Нет-нет, я вернусь в дом, где мы жили с Катаром. Это лучшее решение.

Его лицо стало намного спокойнее, когда заговорили о практических вещах. Блуза принес им финики, мед и орехи. Цифры записывали на бумаге.

– А как же этот фильм? Ты будешь участвовать? – спросила Бренда.

Он медленно покачал головой. Ему совершенно не хочется этим заниматься, но он будет счастлив, если все получится.

А теперь она должна была внимательно его выслушать.

Квентин Барри собрался продать свое предприятие Бренде и Патрику Бреннан, которые сделают небольшой единоразовый платеж, а впоследствии часть прибыли будут ежегодно перечислять компании под названием «Доброта Катара». Там будут готовить изысканную пищу для неизлечимо больных людей.

– Нам потребуется юрист, – сказал он. – Не хочу иметь дело со старыми душнилами наподобие моего отца.

– Есть идеальная кандидатура: Мэгги Нолан. Отчасти благодаря ей мы с Патриком стали здесь работать. Будет символично, если она поучаствует и в завершении цикла.

Растроганный историей о дружной семье Мэгги, он вытер глаза.

– Катар говорил, что меня очень легко довести до слез. Видел бы он меня сейчас.

В конце недели Мэгги с коллегами приходили несколько раз, сидели в отдельном кабинете, и в итоге все документы были подписаны.

Квентин купил матери элегантную шляпку и сказал, что у нее самые красивые скулы в Дублине. Во время долгой прогулки с отцом вдоль побережья он обратил внимание на изящные яхты и заметил, что ирландская экономика в превосходном состоянии. Прощаясь, он задержал их руки в своих чуть дольше обычного, но не настолько, чтобы они что-то заподозрили.

Покидая ресторан, Квентин крепко обнял на прощание Бренду и Патрика. Проходящий поблизости человек вполне мог услышать его слова: у него тоже есть ребенок, и он оставляет его в надежных руках.

Часть IV

Глава 12

Тим и Барбара Брейди обедали поздно супом и тостами, как делали это почти каждый день.

– Она совсем не спала? – спросила Барбара.

– Похоже, что нет. Сделала несколько звонков с мобильного и ушла.

– А вы говорили о… ну, ты знаешь?

– Нет, Барбара, я ни словом не обмолвился ни о чем, что было в том личном письме, которое мы, вообще-то, не должны были читать.

– Я бы так не сказала, оно ведь было открыто…

– Не важно. Мы ничего не обсуждали, и впредь поднимать эту тему я тоже не намерен. А, да, и еще: она перезвонила и сказала, что в воскресенье мы приглашены на обед к Дейрдре, чтобы познакомиться с миллионером.

– Хорошо, это уже что-то, – сказала Барбара.

– Не знаю, – мрачно отозвался Тим Брейди. – К твоему сведению, я уже сыт по горло этими миллионерами.

* * *

– Говорят, твоя подруга Элла побывала в Америке, и ей не понадобилось много времени, чтобы добыть себе богатого папика, – сказал Фрэнк своей жене Нуале.

– Не знаю, о чем ты.

– А ты вообще мало что знаешь о своей так называемой подруге. Их видели сегодня утром: они прилетели рейсом из Нью-Йорка и сели в лимузин. Ну так что, свяжешься с ней побыстрее?

– Не могу, Фрэнк.

– Почему это? Ты же постоянно всем рассказываешь, какие вы с ней дружные.

– Уже нет. С тех пор, как ты запретил мне с ней дружить. Ей это не понравилось.

– Позвони ей сегодня, Нуала, – настойчиво повторил Фрэнк.

– Он мертв. Какой теперь смысл?

– Сегодня, Нуала.

* * *

Элла пришла на встречу рано, но Дерри уже ждал ее в баре. С тех пор, как они расстались, прошло всего десять часов, а казалось, целая вечность.

– У меня