Читать книгу - "«Квентин» - Мейв Бинчи"

Ивонна смотрела на огонь в камине и думала о том, что ей уже тридцать шесть лет – столько же, сколько Анне. Даже мама, прикованная к инвалидной коляске, успела пожить, полюбить и родить ребенка. Разве не странно, как у разных людей складываются судьбы?

Фрэнк сообщил, что Анна безоговорочно одобрила обед в «Квентине». Даже похвалила его за то, что он все так здорово придумал.

– Прости, я не сказал, что это была твоя идея, – извинился он.

Ивонне хотелось наклониться и погладить его по щеке. Но она сдержалась. Он испугается, смутится, и их доброй дружбе придет конец.

* * *

Рождественский день в центре города выдался холодным и ветреным. Бренда Бреннан приготовила индейку для Патрика, Блузы и Мэри. И младенца Брендана. Мон со своим женихом тоже присутствовали.

Из Бретани позвонил официант Ян, чтобы всех поздравить и сообщить, что его отец уже выздоровел и выписался из больницы. Затем последовал звонок из Австралии: родственники Мон рассказывали, как обгорели сегодня на пляже. Интересовались, собирается ли мистер Харрис жениться? Или уже успел одуматься?

Мистер Харрис, раскрасневшийся от портвейна, сказал, что обожает Мон и ему все равно, кто об этом знает. Они ели на кухне в «Квентине» под музыку кантри.

– Надеюсь, вы согласны, что завтра нам стоит поработать, – сказал Патрик.

Все поспешили его успокоить.

– Конечно! Ведь будет полный зал, а такое случается далеко не каждый вторник, – сказала всегда практичная Бренда.

Блуза признался, что ему нравится мысль побыть один день официантом, в форме с иголочки, чтобы все принимали его за настоящего профессионала.

– Ты и есть профессионал, – хором ответили все.

Затем стали обсуждать бронирования. Блуза принял заказ от женщины в инвалидном кресле, которая никогда у них не была и очень просила, чтобы ее столик на двоих был виден каждому в зале. Бренда зарезервировала места для молодого человека, который собирался сделать предложение своей девушке и спрашивал, можно ли заранее охладить шампанское. А если оно не понадобится, он подаст знак.

Все согласились, что нет на свете занятия интереснее, чем наблюдать за людьми во время приема пищи.

* * *

За окном большого особняка рождественский день тоже выдался холодным и ветреным. Три дочки Анны и Фрэнка распаковывали свои подарки. Гарри стоял рядом и наблюдал за ними.

– Как-то несправедливо, что Фрэнк сейчас их не видит, – тихо сказал он Анне.

Ее голубые глаза наполнились печалью.

– Нужно с самого начала выстраивать жизнь так, как мы планируем вести ее дальше, – ответила она. – К тому же завтра они будут с ним весь день.

* * *

Фрэнку было не до погоды. В доме сестры он играл с ее детьми – вместо того, чтобы играть со своими собственными. И все это время пытался не замечать, как окружающие жалеют его и ненавидят Анну.

Ивонна праздновала Рождество с матерью, как они делали это уже много лет. Тонкая шерстяная шаль нежно-сиреневого цвета – подарок Ивонны – была матери очень к лицу. А Ивонна безмолвно смотрела на приглашение на завтрашний обед в «Квентин» – подарок ей от матери. Отказаться или вернуть невозможно. Придется пройти через все это.

Фрэнк заехал за девочками в половину одиннадцатого. Анна, как всегда, выглядела превосходно. Гарри немного смущался, не совсем понимая, как вести себя в этой ситуации. Девочки, счастливые и восторженные, потащили отца к елке показывать, что им принес Санта. В подарках оказалось именно то, о чем они мечтали. А мамочка подарила каждой по новому бархатному платью.

– Во сколько привезти их домой? – мягко спросил Фрэнк.

Анна переливисто засмеялась.

– Фрэнк, ну что ты, зачем спрашивать? Ты ведь их отец. Мы не из тех, кто живет по судебным предписаниям. Пусть остаются с тобой на весь день, пока не устанут. Верно, девочки?

– Верно! – закивали они, радуясь, что ссоры не будет.

Дейзи скоро должно было исполниться девять, она считала себя почти взрослой и, когда все отвлеклись, шепнула отцу на ухо свои догадки насчет Санта-Клауса. Фрэнк внимательно выслушал и ответил: сложно сказать наверняка, права ли она, однако всем людям стоит непредвзято смотреть на вещи.

– Пап, а ты не против, что здесь Гарри? – спросила она.

– Нет, солнышко, не против, если это радует маму.

По ее лицу он так и не понял, правильный ли дал ответ.

* * *

В магазинах было не протолкнуться. Девочки шести, семи и восьми лет плохо справлялись с принятием решений. Когда они добрались до «Квентина» – первыми из гостей – их маленькие ножки гудели от усталости.

– Добро пожаловать, – приветствовал их официант. – Дамы, вы разрешите забрать у вас пакеты?

Дейзи, Роуз и Айви так и прыснули: впервые в жизни их назвали дамами.

– А как вы потом узнаете, какие из них наши? – спросила Айви.

– Вы скажете мне свои имена, и я их подпишу, – ответил он.

– А вас как зовут? – спросила Дейзи.

– Блуза Бреннан, – сказал мужчина.

– Почему Блуза? – удивилась Айви.

– Однажды в детстве я назвал свою рубашку блузой и тут же забыл об этом. А все остальные запомнили.

– Вообще-то, блуза – это и есть рубашка. Почти, – сказала Дейзи.

– Именно так я всегда и думал, – кивнул довольный Блуза.

Фрэнк с гордостью смотрел на старшую дочь.

Ресторан постепенно заполнялся – в основном семьями, но были и парочки. Несмотря на острое чувство одиночества от того, что у него больше нет настоящей семьи, временами Фрэнку казалось, что он ловит на себе завистливые взгляды, ведь с ним три прекрасные дочки. Смышленые, улыбчивые и интересующиеся всем вокруг.

– Смотрите, они целуются, – сказала Роуз, когда за соседним столиком хлопнуло шампанское.

– А у той женщины есть ноги? – раздался звонкий голосок Дейзи.

Женщина в инвалидном кресле обернулась с улыбкой:

– Есть, милая, только мне от них никакого проку, поэтому официант вкатил меня по пандусу. Он очень мне помог.

– Я видела, как вы заезжали. Это Блуза вам помогал.

– Блуза, говоришь? Очень любезный молодой человек, – кивнула пожилая дама.

Ее спутница наконец оторвала взгляд от пола. Оказалось, это Ивонна, с работы.

Фрэнк был приятно удивлен.

– Ты все-таки тоже решила пойти! – радостно воскликнул он. – Здо́рово! Сейчас познакомлю вас с моими дочерьми.

Он подвел их к столику Ивонны, и они вчетвером стояли там, загораживая проход, пока Блуза Бреннан не предложил сдвинуть столы, чтобы сэкономить место.

Лицо Ивонны сделалось пунцовым.

– Не могу передать, Фрэнк, как мне стыдно. Это целиком и полностью мамина идея, – прошептала она.

– А я не могу передать, как я рад… – начал он.

Девочки тем временем щебетали с матерью Ивонны, расспрашивали, почему у