Читать книгу - "Если бы он остался - Лора Ноулин"

говорю я. Джейме по-прежнему хочет, чтобы я стала учительницей. Он хочет, чтобы педагогика хотя бы была в моей программе. Он ничего не отвечает. В машине невообразимо душно, и Джейме опускает окна, перед тем как включить двигатель. Джейме не в состоянии понять, почему я хочу пойти на кафедру литературного мастерства. И мою потребность писать в целом. Он может только принять меня такой, и я знаю, что мне с ним повезло. И я думаю, что этого достаточно.

Глава 46

После прогулки по территории университета был момент, когда мы с Финни остались наедине у фонтана. Солнце заливало все вокруг пронзительным, ярким белым светом. Когда подул ветер, брызги воды освежили нас, и мы остались стоять там, дожидаясь, пока мамы закончат фотографировать и направятся обратно. Я смотрела на все что угодно, лишь бы не на Финни, когда он заговорил.

– И что ты думаешь? – спросил он. Я пожала плечами.

– Мне нравится, но я не уверена, что буду счастлива здесь.

– Будешь, – сказал он. Я подняла глаза. Он смотрел на меня.

– Почему?

Он пожал плечами.

– Здесь много деревьев.

* * *

И вот мы едем домой. За рулем Финни. Я удивилась – хотя и не должна была, – когда тетя Анджелина встряхнула ключи и спросила, не хочет ли теперь он повести. Она предложила и мне сесть вперед, чтобы я могла вытянуть ноги. На заднем сиденье мамы предаются воспоминаниям. Им хочется говорить о Рождестве, когда пропало электричество, или о футбольной команде Финни в пятом классе, или о стихотворении про мертвых фей, которое я написала в десять лет.

– А вы, ребята, помните свой первый день в школе? – спрашивает моя мама.

– Нет, – отвечаю я.

– Я помню, – говорит Финни.

– Ты убежала без Финни, – вспоминает тетя Анджелина. – Он цеплялся за мою юбку в дверях, а ты рванула во двор на турник.

– И повисла вниз головой, я до смерти тогда перепугалась, – продолжает мама.

Я не просто не помню этого; я в это не верю. Разлучиться с Финни – это был мой самый страшный кошмар.

– Вы нас, наверное, перепутали, – говорю я.

– Ты была в юбке, и все увидели твои трусики, – утверждает мама.

– Ты всегда была храброй, – говорит тетя Анджелина.

– Так и было, – поддакивает Финни. Он не сводит глаз с дороги. Он не видит, как я украдкой бросаю на него взгляд.

Не помню, чтобы я всегда была храброй. Помню, как боялась, что Финни меня когда-нибудь оставит. Я бы никогда его не бросила.

* * *

– А ты что думаешь? – спросила я его, когда мы еще сидели на краю фонтана, а мамы гуляли с фотоаппаратами. Я наблюдала, как они ходят туда-сюда.

– Мне тоже понравилось, – ответил он.

– Правда?

– Да, – сказал он, – и от дома недалеко.

Финни замолчал, и я снова подняла на него взгляд. Он не смотрел на меня.

– Но я еще думаю, может быть, пойду в медицинский колледж в Нью-Йорке.

Финни в Нью-Йорке вместо меня. К тому времени я буду замужем за Джейме и вернусь сюда. Забавно, как все оборачивается не так, как ты мечтал.

– Ты будешь носить черные свитера и пить кофе вместо меня? – спросила я.

– Я не люблю кофе, – сказал он. Я засмеялась.

– Знаешь что? Я тоже, – призналась я. Мы оба рассмеялись. Мамы сфотографировали нас, но мы этого не заметили. Они были далеко, и на фотографии мы маленькие сидим рядышком на краю фонтана. Я смотрю в землю, Финни смотрит на меня. Можно подумать, что мы каждый день сидим так, вместе.

По дороге домой я гляжу в окно и вижу, как мимо пролетают деревья и дорожные знаки, которые говорят нам, как далеко мы теперь от того места, где некогда были.

Глава 47

Восьмого августа ничего не происходит.

Молния не бьет в землю. Никакая старая карга не заявляется в дом со зловещим предупреждением. Финни не видит черную собаку, смотрящую на него в упор, когда выходит из своего красного автомобиля. Никто не изрекает ничего пророческого или ироничного. Я не просыпаюсь во мраке и не слышу, как часы бьют тринадцать.

Финни что-нибудь почувствовал? Шевельнулось ли в нем нечто безымянное? Не казался ли ему этот последний год похожим на ранний вечер, когда лучи солнца скользят по паркету в его комнате и медленно тают, превращаясь в тонкий серый занавес, отделяющий день от ночи?

Почувствовала ли я что-нибудь? Знала ли я заранее?

Как в случае со всеми значимыми событиями, я и теперь чувствую, будто всегда это знала, словно на протяжении всей этой истории оно таилось в тени. История в тени истории. Подоплека.

Глава 48

В первый школьный день мы с Джейме проезжаем мимо остановки, где я некогда по утрам ждала автобус, и стоящие там ученики кажутся мне детьми. Девочка с черными волосами и в берцах переминается с ноги на ногу и смотрит по сторонам. Я мысленно желаю ей удачи.

– Наш последний школьный год! – верещат девочки. Мальчики передразнивают нас и закатывают глаза. На «Ступенях в никуда» ужасно жарко, но мы обязаны находиться там на перемене и во время обеда, чтобы все новенькие узнали, что это место занято. Мы сидим все вместе, пока не прозвенит первый звонок, и обсуждаем, что в каком-то смысле это было наше последнее лето. В следующий сезон мы уже не будем детьми – ни юридически, ни как-либо еще. Мы практически подошли к финишной прямой, которая всю жизнь маячила где-то впереди. Мы почти взрослые; скоро начнется настоящая жизнь.

Я теперь в группе мистера Лафигана по литературному мастерству.

– Я же говорил, что увижу тебя здесь, – говорит он, когда я вхожу в его крошечный класс, напоминающий кладовку. Мистер Лафиган дает нам задание написать страницу от лица какого-то фрукта или овоща. Я бы точно была киви.

Также у меня теперь профильные уроки по литературе, два класса английского и никакой математики. Я едва справляюсь с нагрузкой.

Но хожу и в спортзал, на тематический урок под названием «спорт без ограничений». Предполагается, что нам будут преподавать те виды спорта, которыми мы сможем заниматься всю жизнь: боулинг, ходьба и все такое. Я записалась на этот курс, потому что он показался легким.

Не очень понимаю, зачем на него записался Финни. Он хорош во всех видах спорта, не знаю, почему он решил пойти на занятия, где так мало физической нагрузки. Я уже сижу на скамейке, когда он входит в спортзал. Учитель отмечает его, и Финни садится передо мной. Не уверена, что он меня заметил.

Пока мисс Скоуп рассказывает, чего следует ожидать от этих уроков, что мы будем проходить и когда, я смотрю на затылок Финни. Его мама, наверное, думает, что ему пора подстричься, но мне нравится, когда его волосы немного отрастают. В конце вступительной речи мисс Скоуп говорит, что мы должны выбрать напарника на весь семестр, с ним мы будем играть в шаффлборд[22] и вести счет в бильярде. Все начинают смотреть по сторонам и шептаться, чтобы как можно быстрее найти пару и не остаться в одиночестве. Финни оборачивается и смотрит мне прямо в глаза.

– Хочешь со мной? – спрашивает он.

– Конечно, – соглашаюсь я. Вспоминаю, как стояла с ним на автобусной остановке в первый школьный день три года назад и так стеснялась, что даже не могла поздороваться. Мы не могли бы быть в паре в тот год или даже несколько лет спустя. Финни по-прежнему самый популярный мальчик в школе, я по-прежнему девушка лидера отщепенцев, но поскольку мы единственные в группе представители своей параллели, то можем стать напарниками, это не будет выглядеть подозрительно.

Мисс Скоуп записывает все пары и говорит, что до звонка мы можем делать что хотим, хоть мячи в корзину забрасывать, хоть сидеть на скамейке. Все остальные либо встают, либо рассаживаются по углам, чтобы посплетничать. Мы с Финни остаемся на своих местах. Он