Читать книгу - "«Квентин» - Мейв Бинчи"

– Я к тому, что жизнь была бы куда проще, если бы меня пристроили в семейную фирму. Мой отец бухгалтер, и на одной из дверей в его конторе уже даже была табличка с моим именем, но этой работы я бы не вынес. По крайней мере, семья Гарольда им довольна.

После этого старик заходил часто и всегда садился за столик, который обслуживал Квентин. Звали его Тоби, сокращенно Тоб. Он сказал, что объездил весь мир и видел много удивительных вещей.

– А ты путешествовал? – спросил он Квентина.

– Нет. Проблема в том, что, отказавшись идти по стопам отца, я принялся усиленно зарабатывать деньги на жизнь и не позволял себе разъезжать по миру. С удовольствием полюбовался бы пейзажами Прованса или Тосканы. А еще я мечтаю побывать в Северной Африке. Может, когда-нибудь удастся, – грустно улыбнулся он.

– Не откладывай мечту надолго, Квентин.

– Прекрасный день обязан наступить прямо сейчас, – сказал Квентин, вспомнив старого брата Руни.

– Верно подмечено, – энергично закивал головой Тоб.

Без сомнения, выглядел он гораздо неряшливее остальных постоянных посетителей. Иногда Квентин сообщал ему, что обнаружил превосходный пятновыводитель, и, когда Гарольд Хейворд не смотрел в их сторону, принимался удалять самое заметное пятно на груди Тоба. Однажды он сунул ему расческу, а в другой раз – резиновые подвязки, чтобы спрятать обтрепавшиеся манжеты. Он сам не знал, зачем так делал, – наверное, чтобы доказать Гарольду Хейворду, что тот не прав. К тому же он знал, что этим не обижает Тоба, который даже не подозревал, что внешность его слегка отклоняется от общепринятых норм, и совершенно спокойно относился к неназойливым попыткам придать себе более аккуратный вид.

Работа постепенно заполняла всю жизнь Квентина. У него по-прежнему было мало друзей, если не считать коллег и посетителей, с которыми складывались приятные и непринужденные отношения.

Его доброта не осталась незамеченной. Даже другие сотрудники ресторана отмечали, как хорошо он ладит с клиентами.

– Ты с большой теплотой относишься к людям, – однажды сказала Бренда Бреннан.

Она была из тех, кто работал неполный день, – потрясающая девушка, грациозная и рассудительная, невозмутимая в критических ситуациях, способная справиться с любыми неприятностями, возникавшими в течение дня.

Ему хотелось, чтобы она перешла к ним на постоянное место, но оказалось, что Бренда с мужем мечтают открыть собственное заведение.

– Это так мило, – сказала она, заметив, что он подливает чай Тобу и не берет за это денег.

– Господи, Бренда, это всего лишь кипяток и пакетик чая, – отозвался Квентин. – Тоб счастлив сидеть здесь и наблюдать за тем, как люди приходят и уходят. Мне нравится его компания. Советую послушать, как он рассказывает об оранжевых и багряных рассветах у них в Австралии.

– Интересно, что заставило его туда уехать? – полюбопытствовала Бренда.

– Наверное, семья, – задумчиво ответил Квентин. – Он никогда не говорит о родственниках, а ведь именно они расстраивают нас больше всего.

Его собственные родители едва разговаривали друг с другом. В те редкие случаи, когда он приходил к ним и пытался приготовить обед, в доме всегда царила тягостная атмосфера. Может, в былые времена Тобу тоже довелось пережить подобное. Квентин задавался вопросом, где тот питается и питается ли вообще, – цены в «Хейвордсе» были явно ему не по карману.

И однажды это выяснилось, совершенно случайно. Находиться в родительском доме тем вечером было невыносимо: мать демонстративно удалилась в спальню, а отец, тяжело вздыхая, сообщил, что собирается в клуб. И Квентин молча вышел на улицу. Ему показалось, что никто из них этого даже не заметил.

Он зашел в кафе на углу под вывеской «У Мика», куда прежде, возвращаясь домой из кино, часто забегал за хрустящим картофелем, но ни разу не садился там за стол и не ел но-настоящему.

Гренки с фасолью, яичница и картошка фри, пара сосисок с ложкой пюре и зеленого горошка – вот и весь выбор, что был в кафе «У Мика». В зале пахло пережаренным маслом, столы никто не протирал, линолеум на полу порвался, и все же было в этом заведении что-то завораживающее. Оно удобно располагалось на углу оживленной улицы. Войдя внутрь и закрыв за собой дверь, посетитель оказывался в вымощенном булыжником тихом дворике – самом настоящем оазисе, где даже земной шар, казалось, крутился медленнее.

Квентин увидел официантку Бренду и ее мужа Патрика – серьезного парня, – о чем-то увлеченно беседующих за гренками с фасолью. А потом заметил Тоба. Перед тем стояла тарелка с сосисками, яйцами и картошкой фри.

Тоб махнул ему рукой:

– Если у тебя не свидание…

– Нет, вовсе нет. Буду рад составить вам компанию.

Квентин подсел к старику, и они поболтали о том о сем. Ни один не задал другому вопрос, что тот здесь делает.

– Встретимся завтра в «Хейвордсе», – сказал Тоб.

Квентин задержался секунд на десять – поприветствовать Бренду и ее мужа. Этого было достаточно, чтобы показать, что он их заметил, но при этом не прервать их, видимо, очень личный разговор.

Неделя шла за неделей, изредка они встречались в кафе «У Мика», ели яичницу и фасоль. Квентин мечтал, каким можно было бы сделать это заведение, будь оно его собственным и найдись инвестор, а Тоб все повторял, что его пребывание здесь подходит к концу, пора возвращаться в Австралию.

Квентин сетовал, что его родителям было бы гораздо лучше жить по отдельности, каждому в своем маленьком доме, только ни один ни за что не уступит другому. Тоб рассказывал, как в Австралии в течение сорока лет размышлял о своих ирландских родственниках. А сейчас, после того, как он их нашел, он не станет тратить время – ни единой секунды – на думы о них. Они просто-напросто этого не заслуживают.

– Вы ведь толком с ними и не побыли, Тоб. Днями торчали в «Хейвордсе», а вечерами «У Мика».

– Я успел на них насмотреться, и то, что я увидел, мне совсем не понравилось. Ну а ты-то как, Квентин? Уже планировал путешествия?

– Да. Даже узнавал цены на билеты в низкий сезон – все равно выходит очень дорого. Но, Тоб, вы уклоняетесь от темы, мы говорили о вашей семье. Вероятно, после того, как мы попрощаемся на следующей неделе, я вас больше никогда не увижу. Я же лопну от любопытства, если не узнаю, что вы сказали им, а они вам. Можете рассказать?

– Пока нет. Мне нужно кое-что обдумать. Но я скажу тебе на следующей неделе «У Мика». В четверг будет удобно, как думаешь?

В четверг в кафе Тоб будто изменился внешне – стал более подтянутым, что ли.

– Ну, Квентин, я угощаю. Гулять так гулять –