Читать книгу - "Маяк на улице Рамбла - Льюк Оливерас"

неровной мостовой, Одноглазый приблизился к мужчине так, словно собирался его ограбить.

– Чемита! Вижу, ты все так же балуешься коноплей… Риф, должно быть, сильно тебя подкосил…

Мужчина с невозмутимым видом швырнул окурок на землю и отряхнул свой старый, сто раз заштопанный пиджак.

– Чего ты разорался, черт тебя подери? Если нас кто-нибудь увидит, я из-за тебя влипну… – бросил он с дешевым сарказмом.

Они с нежностью обнялись. С момента их последней встречи прошло много лет.

– Ну, как ты, старый козел? Все так же путаешься с молодыми девчонками? Удивительно, как тебя еще не пырнул какой-нибудь из их сутенеров…

– Ну, ты же знаешь, Паблито… Я хорошо с ними обращаюсь, а это уже немало по сравнению с тем, что с ними творят все эти ублюдки…

Одноглазый достал упаковку сигарет и предложил одну Чеме. Тот, ничуть не смутившись, с радостью ее взял.

– И что за срочное дело принесло тебя в наши края после столь долгой отлучки? Ты же вроде работаешь на того ростовщика, который помогает людям?

– Дона Рамона? Да, я многим ему обязан, и он относится ко мне как к сыну. Мы семья.

Чема развел руками, изображая удивление. Он никак не ожидал, что этот грозный навахеро даст себя кому-то приручить.

– Как раз порядочности тебе и не хватало… – громко расхохотался толстяк.

– На себя посмотри…

Они по-дружески хлопнули друг друга по плечу.

– Чемита, я ищу кое-кого, кто здесь работал. По крайней мере, так мне сказали.

– Одну из девчонок? Поосторожнее с вопросами… Сам знаешь, откуда они берутся и где обычно оказываются.

– Да знаю я, – бросил Одноглазый, сделав глубокую затяжку. – Это одна из девчонок Альфонсо… Француженка лет двадцати двух…

Мужчина скривился, обдумывая ответ. Он разрывался между желанием помочь старому другу и страхом превратиться в стукача. Крыс старались обходить стороной.

– Девчонкам Альфонсо приходится хуже всех… Кажется, я понимаю, о ком ты…

– Знаешь, где я могу ее найти?

– Если она еще в строю, то, скорее всего, в одном из домов в Атарасанас. Раньше она была накачана по самое не могу, – сказал владелец ночного заведения.

– Опиумом?

– Именно…

– Твою же мать…

– Да уж.

– Как давно ты ее видел?

Чема еще раз затянулся, а затем нервно провел рукой по своей грязной, неопрятной бороде.

– Несколько месяцев назад… Может, год…

– Связалась с кем-то не тем?

– Альфонсо снимал ее в эротических фильмах… а ты знаешь, кто за это платит… Содержать ее в живых – большой риск, особенно когда ее так часто использовали… Так что, если ей еще не вспороли брюхо, она где-то в подполье…

– Надеюсь, я не опоздал… Не помнишь, как ее зовут? – спросил Одноглазый, желая удостовериться, что они говорят об одной и той же девушке.

– Дай подумать… Анна… Нет, Софи. Да, вроде бы Софи.

Услышав это имя, бывший навахеро кивнул. Это была именно та, кого он искал.

– Навести донью Лукресию, возможно, девчонка работает в ее борделе. Она или там, или… уже кормит рыб.

Преступник кивнул, а потом сплюнул табачную мокроту, давая понять, что разговор окончен.

– Я твой должник, Чема… Спасибо, что рассказал.

– Да брось. И забудь мои слова. Если кто-то начнет вынюхивать, нам обоим не поздоровится. Я тебе ничего не говорил.

Одноглазый по-дружески хлопнул толстяка по плечу на прощание и скрылся в ночном тумане, который в тот час всегда полз с причалов к подножью горы Тибидабо.

Если Софи осталась в живых, это было бы настоящим чудом. Но ради своего наставника дона Рамона Одноглазый собирался довести дело до конца. К тому же, хоть он сам и был представителем барселонского отребья, те, кто торговал женщинами, в его глазах пали на самое дно. Можно было вести преступную жизнь, но в то же время иметь определенные жизненные принципы. Поиск француженки стал для него делом чести.

* * *

Темнота ночи поглотила даже самых суровых демонов барселонских Атарасанас. Лишь несколько заплутавших моряков, одурманенных излишками вина, да парочка подонков, кичащихся своей порочной жизнью, тщетно бродили по округе в поисках скудной добычи.

Угрюмый Одноглазый, приподняв воротник своего потрепанного пальто в попытке укрыться от колючего ветра, шел по разбитой мостовой, которая в былые времена была пристанищем для лучших мастеров корабельного дела.

Это место на периферии Барселоны пребывало в забвении, потому что занятый преображением город позабыл о своих самых нищих соседях.

Среди местных развалин стоял двухэтажный домишко, который, казалось, был готов рухнуть с минуты на минуту. У входа на плетеном стуле восседал навахеро, потягивая дешевое вино из кувшина.

Одноглазый, готовый к худшему, приблизился к стражу ада, сжимая в руке наваху. За несколько метров до входа он открыл лицо, позволяя себя узнать.

– Твою мать, Пабло! Какого черта ты тут забыл? – спросил бандит, который сторожил вход.

– Мне нужно поговорить с доньей Лукресией…

Удивленный сторож с трудом поднялся и почувствовал, что выпитое вино ударило ему в голову. Он пару секунд потоптался на месте и пришел в себя.

– Проклятое пойло… Иди за мной, – сказал он, заходя внутрь в сопровождении Одноглазого.

Внутри здание оказалось еще более ветхим, чем снаружи. Даже ночевка на заброшенном румынском кладбище была бы более приятной и безопасной.

Поднявшись по полуразрушенной лестнице, они вошли в убогую конуру. У камина, где горели старые доски, покачиваясь на древнем кресле-качалке, сидела женщина лет шестидесяти. У нее был потрепанный вид и размалеванное, как у попугая, лицо. Она с подозрением посмотрела на гостя. Прихлебывая жижу из облупившейся железной кружки, женщина всматривалась в Пабло своим единственным здоровым глазом. Безжалостная болезнь лишила ее второго глаза несколько лет назад, когда она еще была довольно видной женщиной.

– Донья Лукресия, к вам гость, – объявил охранник и тут же ушел обратно на свой пост.

В течение нескольких минут бывший проходимец и старая хозяйка борделя сверлили друг друга взглядом.

– И на кой черт ты сюда приперся? – злобно спросила женщина.

– Мне нужно кое-кого найти и вернуть…

Старуха снова отхлебнула из кружки.

– Тебе тут нечего ловить, парень… Если ищешь себе компанию, хватит и полреала… Но вряд ли это того стоит…

– Я ищу не компанию, а ту, которой здесь не место… Я хорошо заплачу за ее возврат и ваше молчание.

Старая карга, заинтригованная предметом его поисков, сразу сообразила, что сможет набить свой карман лишними монетами. По правде говоря, ее уже тошнило от своей жалкой жизни. Закрыть глаза за хорошую плату казалось подарком судьбы.

– Имя?

– Софи… Француженка с хорошим голосом, которая уже отработала свое.

– Одна из девчонок Альфонсо… Понять не могу, почему они ведутся на слова этого ублюдка.