Читать книгу - "Сделка - Лейла Фэй"

взять тело под контроль. Теперь, когда непосредственная опасность миновала, я ощущаю, как холодит кожу липкий пот страха. Надо собраться, налить вино так, чтобы не расплескать его дрожащими руками.

– Ты в порядке?

Богна касается моей руки. Ее милое лицо чуть хмурится от беспокойства. Я выдавливаю улыбку и киваю, отставляя кубок в сторону.

– Мне просто нужно налить вина, – говорю я, стараясь сохранять спокойствие, чтобы не тревожить ее еще больше. – Это ничего.

– А затем отдать ему, – говорит подруга с дрожью в голосе и забирает у меня бутылку. – Я не знаю, как ты это выносишь. Все их боятся. Они выглядят такими странными. Как мы, и все же…

Она замолкает, наливая вино твердой рукой. У меня в душе поднимается волна нежной благодарности: я так привыкла справляться со всем сама, что помощь Богны, хоть и незначительная, заставляет грудь ныть.

– Спасибо. А теперь, пожалуйста, иди и веселись, – говорю я ей, когда подруга вкладывает мне в руки полный кубок и успокаивающе сжимает ладони поверх моих пальцев. – Со мной все будет хорошо, обещаю. И ты береги себя.

Богна кивает и возвращается к подругам, выбирая более длинный путь, чтобы держаться подальше от костров. Я совсем ее не виню. Мне ненавистна мысль, что я должна вернуться туда и снова встретиться с Воландом.

Иду осторожно, стараясь не расплескать вино, а Ида уже закончила. Она разговаривает с Яротой неподалеку и указывает на наших музыкантов. Все, кажется, расслабились. Внутри круга даже Фосс расплывается в улыбке – он отпил из кубка, который предварительно с подозрением обнюхал.

– Беру свои слова назад. Это не пойло, – говорит он.

Ния ласково качает головой.

Когда я приближаюсь, черное облако Воланда дрейфует ближе к невидимой границе. На миг задумываюсь: не дернет ли он меня внутрь круга, как только я предложу ему вино? Полагаю, это неважно, раз Воланд может выйти. Но могут ли другие? Что, если Фосс или Рожаница захотят причинить мне боль по какой-то причине, а круг этому помешает?

Я отбрасываю эти мысли и собираюсь с духом. Я отдерну руку, как только Воланд возьмет вино. Я не дам себя запереть с ними. Как только обслужу Воланда, исчезну в толпе. Хватит с меня.

Из теней выскальзывает когтистая рука и забирает кубок. Я с облегчением выдыхаю – он даже не касается меня. Когти действительно немного пересекают границу, но только чтобы подразнить меня. Я делаю шаг назад и еще раз долго выдыхаю.

Потому что все кончено. Я могу исчезнуть. Я буду в безопасности. Облегчение накрывает меня с головой, и я почти смеюсь от его пьянящей силы.

И тут прямо над ухом раздается шипящий, злобный голос:

– Я же говорил, что доберусь до тебя.

Не успеваю я обернуться, как Светко толкает меня изо всех сил. Я падаю вперед – прямо на Стрибога, который с удивленным возгласом ловит меня.

Я выпрямляюсь и в панике поворачиваюсь, чтобы выскочить из круга, но колено упирается во что-то твердое и прочное – в стену, протянувшуюся между двумя ближайшими кострами.

Я не могу пересечь линию. Я в ловушке.

Глава 9

Танец

Когда я прихожу в себя настолько, чтобы осмотреться, Светко уже растворился в толпе. Я сжимаю кулаки и поворачиваюсь к божествам, натягивая на лицо вымученную улыбку, а сердце колотится от чистого ужаса. Потому что я их чувствую. Внутри круга все пульсирует и мерцает от невероятной силы, от которой волосы на руках встают дыбом. Эта сила бьется, как сердце, и меня от нее тошнит.

Тело покрывается новой волной пота.

– Простите за вторжение, – говорю я и с ужасом замечаю, что голос срывается на всхлип.

Стрибог отмахивается от меня с приятной улыбкой. Фосс сердито поджимает губы. Рожаница не реагирует, даже не смотрит на меня. Воланд скрылся.

– Ты не можешь уйти, да? – говорит Ния, приближаясь, но медленно. Думаю, она чувствует мой страх и мою неловкость. – О, дорогая. Столько магии в одном месте – у любого смертного голова разболится. Стрибог, не мог бы ты…

Она поворачивается к нему, но бог уже кивает с улыбкой:

– И не проси. С удовольствием.

Я не понимаю, что происходит, поэтому просто стою рядом с Нией и молча смотрю. Стрибог набирает воздух в широкую грудь, сгибает колени, плотно сжимает губы и дует.

На ближайший костер.

Я смотрю в благоговейном страхе, как огонь отделяется от земли, оставив после себя выжженное пятно, и мягко плывет в сторону, пока не опускается с шипением на новое место. То же самое Стрибог проделывает с двумя другими кострами, которые подальше от реки. Круг стал шире, и мне явно легче дышать.

Словно магия, сконцентрированная внутри, разбавляется. Воздух становится прозрачнее, его проще вдыхать.

Тем временем несколько человек отскакивают от костров, которые вдруг оказались слишком близко. Слышны возбужденные голоса, и бо́льшая часть людей с испуганными взглядами отходят дальше, окружая большой купальский костер.

Ида же остается, наблюдая за мной прищуренными глазами. В этот момент, с лицом, искаженным от ненависти, она совсем не кажется красивой.

Очевидно, то, что Светко посчитал наказанием для меня, в глазах Иды – предмет зависти. Как мило! Хотела бы я поменяться с ней местами, но я в ловушке. Так что вздыхаю, снова натужно улыбаюсь и поворачиваюсь к Стрибогу.

– Спасибо. Так намного лучше, – говорю я, когда он довольно выпрямляется. – Просто интересуюсь, как далеко вы можете их раздуть.

Его белые зубы сверкают на красивом лице, голубые глаза озорно блестят.

– Насколько нужно, девочка-мак.

Я киваю, бросаю взгляд на Нию. Она и Стрибог кажутся самыми добрыми и заслуживающими доверия из всех гостей. Думаю, оказаться в ловушке только с ними было бы даже приятно. Я могу спросить их о стольких вещах.

Может, просто игнорировать остальных?

– Значит, смертные никогда ничего не решают? Это все только для вида? – спрашиваю я.

Ния качает головой:

– Не всегда. Большинство из нас не могут управлять огнем или пересекать границу с миром смертных. Но, конечно, могущественный Стрибог делает что хочет, поэтому…

– Прекрати. Не выдавай наши секреты, – вмешивается Фосс, выпуская из ноздрей дым.

Вот и провалился мой план притворяться, что его здесь нет.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на дракона, и вздрагиваю – в одно мгновение он так сильно изменился. Он вырос, и его лицо совсем не похоже на человеческое. Оно вытянулось в морду, покрытую толстой серебряной чешуей.

– О, здорово! – смеется Стрибог. – Теперь, когда у тебя достаточно места, чтобы развернуться, хочешь устроить смертным представление? Давай!

– Я не даю представлений, – шипит Фосс, закрывая глаза.

Мгновение спустя он возвращается к своему прежнему облику, и лишь намеки на чешую тут и там выдают, кто он.

Когда дракон отворачивается и шумно глотает медовуху, Стрибог с ухмылкой поднимает брови и тихо говорит мне в самое ухо:

– Срабатывает каждый раз.

Воланд рычит, и Стрибог, закатывая глаза, отступает.

– О, ради всего святого! Либо заявляй на нее права и кончай с этим,