Читать книгу - "О крови и проклятиях - Кортни Уимс"

землю без сознания. Второй боец сбивает Арчи с ног броском со спины. Краем глаза я улавливаю алую вспышку за миг до того, как меня сносят в сторону. Рухнув лицом к лицу с мёртвым воином, я пытаюсь подняться и вижу Коула, сцепившегося с моим захватчиком.

Борясь с противником, Коул на долю секунды ловит мой взгляд и выдыхает одними губами: — Беги!

Припав к земле, я какое-то мгновение ползу среди тел, пока не удаётся вскочить на четвереньки. Я поднимаю голову: Арчи прижат к земле вторым солдатом. Мужчина заносит кулак и сокрушительным ударом бьёт Арчи прямо в лицо.

— Нет! — кричу я.

Кто-то хватает меня за лодыжку, волоча назад по грязи, пока я беспомощно смотрю, как солдат снова замахивается и принимается остервенело избивать Арчи, корчащегося на земле. Я тяну к нему руку, словно могу остановить это через разделяющее нас губительное расстояние.

Всё вокруг замирает, словно в замедленной съёмке, и в голове вспышками проносятся воспоминания об Арчи. Как он метнул кинжал, чтобы спасти меня в Артериасе. Как мы смотрели на звёзды и разглядывали созвездие, похожее на суповой половник. Как он щадил меня во время спаррингов. Как он нашёл Дэйшу и защищал меня от неё ещё до того, как узнал, что она не причинит мне вреда. Как позволял положить голову ему на плечо, чтобы уснуть.

Каждый взрыв смеха.

Каждая улыбка.

Мой лучший друг.

Я перекатываюсь на спину навстречу нападающему и со всей дури бью ублюдка ногой прямо по лицу. Это даёт мне мгновение, чтобы отползти и вновь обратить всё внимание на Арчи. Вся накопившаяся боль закипает вокруг меня подобно источнику силы, переполняя до самых краёв.

— Арчи! — Я снова вскидываю руку с отчаянным вскриком; слёзы застилают глаза, но мне кажется: если я потянусь к нему изо всех сил, я смогу его спасти. Я вновь начинаю вытягивать магию…

Опомнившийся солдат наваливается на меня сверху, заломив мне руки за спину и впечатывая моё лицо в грязь. Хватка на магии срывается. Всё, что я вижу — это удары, которые снова и снова сыплются на Арчи. Слёзы катятся из глаз от того, что я вынуждена смотреть на это, тщетно пытаясь освободиться.

Резкая тень рассекает поле боя и сбивает солдата с Арчи на землю. Незнакомец вскидывается над поверженным врагом. Каштановые волосы всклокочены в беспорядке.

Дэриан.

Он вгоняет кинжал прямо в горло мужчине, выжидает долгую, вязкую секунду, а затем одним плавным движением распарывает шею поперек, обрывая предсмертные судороги воина.

Тот, кто прижимал меня к земле, рывком вздёргивает меня на ноги за волосы, перехватив другой рукой мои запястья. Но стоит мне увидеть, как Арчи переворачивается со спины на четвереньки, как в груди разливается облегчение. Он жив.

Человек, держащий меня, хрипит, затем булькает. За моей спиной что-то тяжело оседает; обернувшись, я вижу падающего навзничь мужчину — из раны на его груди толчками хлещет кровь.

Мелайна бросает на меня взгляд, кивает и тут же снова устремляется в бой. Когда я оглядываюсь на Дэйшу, та как раз сбрасывает со спины удерживающие сети; вокруг неё без движения лежат полтора десятка солдат.

У меня идея, — выдыхаю я сквозь одышку.

Как и всегда, — мурлычет она, бросая на меня взгляд через всё поле боя.

Жги. Я растяну пламя, чтобы укрыть наш отряд.

Дельно. — Она вздымается на дыбы и выпускает струю пламени совсем рядом со мной.

Резко втянув воздух, я плотнее упираюсь ногами в землю и перехватываю языки огня скрюченными пальцами. Я направляю стену огня по полю битвы, словно чертя борозды на песке. Наконец я отсекаю пламенем наших людей, защищая их от новых атак.

Шум схватки стихает, сменяясь жуткой тишиной, нарушаемой лишь сухим потрескиванием тлеющих углей, пока мы стоим среди учинённой бойни, переводя взгляды с одного уцелевшего на другого.

— Бристол… бери остальных и поднимись в воздух… Проверьте, не осталось ли недобитков, — прерывисто командует Сетан, уперев руки в колени.

Бристол склоняет голову и вместе с остальными наездниками взбирается на спину Ноджи; драконы отталкиваются от земли и взмывают в небо. Покрываясь потом, я с усилием опускаю языки пламени обратно в глубины линий лей.

Я встречаюсь взглядом с Коулом. Даже на таком расстоянии янтарь его глаз пылает от ярости; брызги крови пятнают щёку, пачкая пряди огненно-рыжих волос. Он медленно кивает, давая понять, что цел, и стряхивает злость со своего взгляда, как это делает кошка, когда тьму ночи сменяет солнце.

— Отец! — истошно вопит Мелайна у нас за спинами.

Все оборачиваются: она подхватывает падающего на колени Сетана. Мелайна едва удерживает его тяжелое, крепкое тело, пытаясь опустить на землю, и в следующее мгновение мы всем скопом бросаемся к ней.

Я расталкиваю стоящих впереди бойцов, чтобы пробиться к нему: — Пустите меня!

Я падаю на колени рядом с Мелайной, которая сжимает голову отца в ладонях; глаза её расширены от ужаса.

— Что… что с ним? — задыхается Мелайна, и голос её срывается на крик от нарастающей паники. Дрожащими руками она судорожно ощупывает его грудь, бока: — Я не понимаю. Он не ранен. Что с ним происходит?!

Взгляд Сетана устремлен в небо, пальцы судорожно цепляются за край латного воротника. Губы его покрываются синюшным оттенком.

— Кэт! — кричит Мелайна. — Пожалуйста!

Я оглядываю и ощупываю его тело, но не нахожу ни опасных ран, ни следов крови. Дрожащими руками я спешно расстёгиваю воротник, сковывающий его горло: — Яд? Может быть, яд?.. Я могу попробовать…

Сердце моё обрывается, когда карие глаза Сетана медленно поворачиваются ко мне.

Я перевожу взгляд на А’налу: она тяжело заваливается на бок и падает на землю. Её голова безжизненно ударяется о твердь, а расширенные жёлтые глаза застыли в остекленевшем взгляде. Из изящного изгиба её шеи торчит сияющий голубой клинок.

Я истошно кричу всем, кто способен меня услышать: — Сюда, быстрее! Вытащите этот драконий клинок из её горла!

Несколько воинов бросаются к ней и выдёргивают меч. Сталь густо залита кровью; на солнце лезвие сверкает обманчивой красотой, скрывающей весь этот кошмар. Кровь А’налы растекается по земле рубиновыми лужами, мерцая заточённой магией и отравой. Отравлена собственным сородичем. Извращена людским грехом.

Я вскакиваю на ноги, готовая вытянуть яд из кровеносных сосудов А’налы…

Сетан перехватывает меня за запястье; его пальцы смыкаются вокруг моей руки с угасающей силой. Он сдавленно хватает ртом воздух.

Когда я снова смотрю вниз на него, он едва выдавливает из себя сквозь полуприкрытые веки: — Слишком… поздно.

Крик Мелайны раскалывает моё сердце; она сжимается вокруг