Читать книгу - "Мера всех вещей. Убийство в замке Сфорца - Марко Мальвальди"

Эти фунты бронзы, которые уже собрал Лодовико, пойдут на изготовление пушек согласно способу, которому ты научишь феррарца Занино и который ты усвоил, делая отливки для коня.

Никогда еще на одном листе я не отмечал две ошибки. Но для того и служат эти мои письма, которые я отправляю себе самому, Леонардо ди сер Пьеро да Винчи, чтобы ты помнил две вещи.

Первая: ни одна вещь или существо не лишены ошибки, и чем более великими мы становимся, тем с большей высоты можем упасть. Только тот, кто ничего не делает, никогда не ошибается.

Вторая: без ошибки, без осознания своей ошибки человек никогда не сможет научиться на собственном опыте. Как младенец учится ползать, а затем встает на ноги – и только ударяясь задом о землю, постигает искусство стоять на двух ногах, так и ты будешь поступать: всякий раз, когда ошибаешься, ты будешь учитывать и осмыслять это, и тотчас исправлять, и запоминать.

Ты исправишь это немедленно, чтобы не поступать как Рамбальдо, который понял, насколько серьезно то, что он делал, когда было слишком поздно. Хотя он думал исправить это, исповедуясь и прося прощения. И ты запомнишь это, ибо каждый человек по своей природе склонен совершать одни и те же ошибки.

Каждый человек рождается таким, каким он противостоит своим ошибкам. Ибо мы рождаемся маленькими и беззащитными, и двухлетний ребенок слабее и несовершеннее, чем собака, или лошадь, или даже слон того же возраста. Но взрослея, мы превосходим и подчиняем себе любое животное, и потому именно в росте и обучении, а не при рождении, проявляется человеческая мера.

Только наблюдая природу и других людей, человек учится. Но человек не может развить свой разум и умение судить, не сравнивая то, что делается, с тем, во что верится, то, что ожидается, с тем, что происходит. И единственный способ увидеть ошибку – это соизмерять себя с самой природой, ибо она, в отличие от человека, никогда не лжет.

Прощаюсь с тобой и до встречи, твой и всегда твой, Леонардо

Заметки автора. Книга, полная ошибок

Было бы самонадеянно пытаться написать книгу о Леонардо да Винчи как историк, без единой ошибки. А верить, что это сможет сделать писатель с дипломом химика, было бы безумием. Поэтому я не сомневаюсь, что в этой книге немало ошибок – как исторических, так и художественных – и что рано или поздно они будут обнаружены. Однако некоторые моменты, которые могут показаться странными или неправдоподобными, на самом деле имеют свое историческое подтверждение.

К примеру, сущая правда о том, что одной из самых напряженных проблем миланской жизни того времени было дорожное движение. Напряжение было вызвано повозками, которыми управляли исключительно знатные дамы; правдива также история о двух предполагаемых фальшивомонетчиках, де Пессерере и Кранице, которые были отпущены после того, как их признали алхимиками.

Правдоподобно и то, что Леонардо в описываемый нами период жил вместе с матерью: начиная с заметки, которую он делает на листе, датированном 1493 годом, где записано: «Катерина появилась 16 июля 1493 года», и заканчивая кусочком бумаги 1494 года, касающейся расходов на «погребение Катерины», составивших сто двадцать три сольдо, то есть шесть имперских лир или, если угодно, около одного дуката – немалая для того времени сумма расходов на похороны, которую трудно оправдать для какой-нибудь служанки. Также любопытно, что в записи о прибытии Катерины отсутствует формула «чтобы жить со мной», которая, например, сопровождала прибытие учеников – от Салаи до Джулио Тедеско. Многие исследователи, в том числе Лука Бельтрами, согласны с этой гипотезой.

Неверно, хотя и незначительно, использование термина «до» для обозначения первой ноты; этот термин известен лишь с начала XVI века.

Незаслуженным является титул герцога, приписанный Филиппу де Коммину. Дело в том, что, как уже было замечено, в книге так много герцогов, что я с этим вполне освоился.

Что еще правдоподобного? Салаи был кем-то вроде любимого ученика и приемного сына: он будет следовать за Леонардо практически повсюду, и, хотя не обойдется без ссор и размолвок, похоже, их отношения никогда не ставились под сомнение.

Возможно, но маловероятно, что Леонардо получил плату за «Мадонну в скалах» настолько своевременно, как об этом написано в книге. Требование «Вы должны мне деньги за эту картину» ставилось около двадцати лет подряд. Также очень долго тянулась история с конем Сфорца, которого Леонардо в итоге так и не создал из-за проблем как технического, так и экономического характера.

Чтобы узнать в подробностях, какой колоссальный труд и какие проблемы представляла отливка коня, лучше всего прочитать книгу «Леонардо и конный памятник Франческо Сфорцы» Андреа Бернардони (издательство Giunti). Это я говорю к тому, чтобы упомянуть о некоторых книгах, которые могут понравиться тем, кто, пусть даже ради удовольствия, хотел бы удовлетворить свое любопытство по теме «Леонардо – человек эпохи Возрождения» на текстах, гораздо более серьезных, чем этот роман.

Чтобы полностью изучить гений да Винчи, как уже говорилось выше, одной жизни может не хватить. Хорошей отправной точкой является прекрасная книга Уолтера Айзексона «Леонардо да Винчи» (издательство Mondadori). Не лишен приятности, хотя и склонен к чрезмерному лиризму, роман Дмитрия Мережковского «Леонардо да Винчи» (издательство Giunti): это, между прочим, первый художественный текст, в котором появляется гипотеза о том, что в миланский период Леонардо жил со своей матерью. (Кстати, написано много произведений, в которых Леонардо появляется в качестве главного или второстепенного героя. А порой слишком много: мой любимый вымышленный Леонардо – тот, что появляется в анимационном фильме «Приключения мистера Пибоди и Шермана», вместе с рассеянным гением-одиночкой, который с трудом понимает, как работает сливной бачок, в фильме «Нам остается только плакать».)

Нельзя говорить о Леонардо, не говоря ни слова о Флоренции Медичи, где Леонардо сформировался в мастерской Верроккьо и в других местах, а также не говоря о важности денег. Наверное, флорентийское общество является одним из первых, для которого деньги стали основополагающей, абстрактной ценностью, а не просто вспомогательным предметом, порождая тот тип финансов, который мы используем до сих пор.

На академическом уровне, как мне кажется, книга Раймонда де Рувера «Возвышение и упадок Банка Медичи. 1397–1494 годы» до сих пор является справочником для тех, кто интересуется историей флорентийского банка. Это книга серьезная и нелегкая для чтения, требующая времени