Читать книгу - "Тихий дом в Кедровом тупике - Анна-Лу Уэзерли"

правды. – Ничто не указывало на то, что она опасна для окружающих. Эта женщина с трудом переставляет ноги, так что…

Вудс обходит стол. Он проводит руками по редеющим волосам, и впечатление такое, будто их количество уменьшается с каждой секундой.

– Но она опасна, не так ли, Райли? – Он цедит это сквозь стиснутые зубы. – И опасна в самом худшем смысле. Как получилось, что вы этого не увидели? Эта женщина безумна, как ведро с лягушками.

– Коробка, сэр, – выпаливаю я, не успевая себя остановить.

Вудс таращится на меня, сдает назад, как змея, готовящаяся к атаке.

– Ведро, пакет, коробка – какая разница, черт побери?

Вудс много чертыхается и почти кричит на меня. Я молчу.

– Они оторвут мне голову. И вам, Дэн. – Его голос падает на октаву, злость рассеивается. Он опять выглядит обеспокоенным. За свое будущее, надо отметить.

– Мы не знаем наверняка, кто мог совершить эти убийства, сэр. Вот и все. Лори Миллс – наша главная подозреваемая, но, как я уже сказал, улики косвенные. К тому же не забывайте: у нее есть алиби.

Вудс садится в свое вращающееся кресло и прячет лицо в ладонях. Наступает многозначительная пауза.

– Послушайте, сэр, я расстроен из-за всего этого не меньше, чем вы, – говорю я. – Неужели вы думаете, что мне нравится, что смерть ребенка или вообще чья-то смерть произошла в мое дежурство? Что теперь все это на моей совести? Вся моя команда в смятении. И я в смятении… – Я чувствую, как во мне закипают эмоции, и, вероятно, это отражается на моем лице. Вудс заметно смягчается. – Сейчас Лори Миллс сидит во второй допросной, – добавляю я.

– На записи с камер видеонаблюдения видно, как она заходит в квартиру Клэр Райт? – с нажимом спрашивает Вудс.

Я качаю головой.

– Однозначно идентифицировать невозможно, сэр. Запись слишком зернистая, угол неправильный. Но похоже, что это вполне может быть Лори Миллс.

– Дай-то бог. – Он в задумчивости поглаживает чисто выбритый подбородок. – Но кто-то из соседей ведь видел, как она вчера примерно в десять тридцать садилась в машину?

– Так утверждают. Я собираюсь увидеться с ней. С Джессикой Бартлетт. Живет в соседнем доме. Потом я нанесу визит психотерапевту Лори Миллс. Мне нужно проникнуть в сознание Миллс.

– Что нам нужно, Райли, так это обвинительный приговор. В этом деле больше некого подозревать. Сосредоточьтесь на сборе улик. Не скатывайтесь в сторону. Я серьезно, Райли, мы не смеем напортачить еще больше, чем мы – чем вы – уже напортачили.

Я киваю и секунду молчу.

– Мне кажется странным, чтобы Лори Миллс вот так нагло вторглась в квартиру Клэр Райт и хладнокровно убила ее, зная, что она находится под подозрением в убийстве своего мужа, зная, что ее могут увидеть, зная, что в доме Клэр наверняка будут камеры… В этом нет никакого смысла, сэр. Лори Миллс предстает перед нами жертвой, а не психопатом-убийцей. Мы что-то упускаем…

Вудс стучит кулаком по столу, прерывая меня на середине предложения.

– У этой женщины проблемы с психикой. Кто знает, что творится в мозгу психопата, черт побери?

– Психопаты хитрые, сэр. Они сообразительны, они умеют манипулировать, они… умны. На мой взгляд, это не очень умно – убить своего мужа, а потом, через несколько дней, когда у тебя на хвосте сидит полиция, дерзко прикончить его любовницу…

Теперь наступает очередь Вудса помолчать – как правило, это означает, что он начинает сомневаться в себе. Наконец он поднимает голову и смотрит на меня одним из своих смиренных взглядов, который обычно сопровождается раздраженным выдохом.

– В общем, так, Райли, – говорит он. – Если убийца не Лори Миллс, тогда кто?

Я твердо встречаю обеспокоенный взгляд его водянистых глаз.

– Пока не знаю, сэр, – говорю я. – Но обязательно выясню, даю слово, даже если это будет стоить мне жетона.

Выходя из кабинета, я слышу, как он что-то бормочет. Не уверен, но мне кажется, что это что-то из серии: «Такой шанс был бы кстати».

Глава 42

Джессика Бартлетт действительно выглядит любопытной пронырой. Я понимаю это прежде, чем она открывает рот. Когда она говорит, ее прищуренные глазки бегают из стороны в сторону, а бурная жестикуляция наводит на мысль о ее склонности к драматизму, а именно к драматическим событиям в жизни других людей. И все же такие, как мы, нуждаемся в таких «джессиках бартлетт», и сейчас мы нуждаемся в них сильнее, чем когда-либо.

– Говорю вам, я видела ее, – говорит она, – собственными глазами видела. Это было около половины одиннадцатого. Я знаю это, потому что только что закончилась одна из моих программ. Я подошла к окну – мне показалось, я услышала шум снаружи, щелчок открывающейся дверцы машины, а потом звук двигателя. Я подумала, что это кто-то из репортеров. У нас тут их толпы, с тех пор как… в общем, как убили Роберта. Они каждый день неукоснительно звонят мне в дверь.

Держу пари, что звонят. И держу пари, что она встречает их с распростертыми объятиями. Мои мысли переключаются на Фи; что-то от нее нет никаких вестей по этому делу, если не считать подсказку с Линной Джордж. Что-то наталкивает меня на мысль, что она избегает меня, и от этого мне паршиво. Может, позвоню ей.

– Могу я предложить вам чаю? Или кофе? Как насчет латте? – оживленно спрашивает Джессика.

Она еще не знает об убийстве Райт. И я не собираюсь рассказывать ей. Весть и так вскорости дойдет до нее.

– Я купила одну из этих замечательных кофемашин. Такая есть у Мэгги из тридцать восьмого дома. Она в полном восторге от нее, говорит, что получается восхитительный кофе, вот я и решила выяснить, из-за чего столько ахов и охов. – Она заправляет за ухо прядь крашеных светлых волос, которые уложены в боб, и улыбается мне.

– Нет, спасибо, – говорю я, хотя искушение и велико. Мне бы не помешала доза кофеина.

– Я живу в этом тупике уже почти восемнадцать лет, – говорит Джессика. – Мы переехали сюда, когда мальчики были еще маленькими. Это было замечательное место, чтобы растить детей. Безопасное, понимаете? Ну, до настоящего времени. – Она хмыкает, закатывает глаза. – Я в том смысле, что кто мог подумать, что рядом, у соседей, случится убийство? Просто шок. Самый настоящий шок.

Она довольна как слон.

– Там постоянно были склоки, у Миллсов, я имею в виду. Я все слышала – ну, еще когда он жил здесь. Хлопали двери, что-то разбивалось. Иногда я слышала, как она плачет в саду. Но я никогда не вмешивалась, – добавляет Джессика, как будто вмешательство противоречило бы ее натуре. – Почти не видела эту женщину. По сути, я встретилась с ней лицом к лицу только раз, на барбекю, на нашем летнем барбекю. Думаю, вы уже об этом слышали.

Я киваю.

– Да, слышал.

Судя по выражению