Читать книгу - "Тайна Паганини - Наталья Николаевна Александрова"

ее убивают, и села на пол. Я отодвинула утюг подальше и вызвала скорую помощь.

Тут в открытую входную дверь заглянула женщина, представившаяся соседкой, и при виде Варвары не смогла скрыть радости, — как видно, Варвара умела у всех вызывать сильные чувства.

Приехавшему врачу скорой я ничего объяснять не стала, он сказал, что пациент, то есть отец, выглядит сильно истощенным, а Лизавета и того хуже.

Эта ненормальная их еще и голодом морила. Соседка пообещала приглядеть за Лизаветой, а к Варваре вызвать психиатра; я спросила, куда отвезут отца, и ушла, сняв с его шеи кулон.

Паганини расплатился с извозчиком, вышел из экипажа и направился к дому, где снимал квартиру у вдовы Мантани.

Однако он не успел дойти до порога, когда дорогу ему перегородили два колоритных персонажа.

У одного из них была черная повязка на левом глазу, лицо второго украшал кривой сабельный шрам.

— Постой-ка, красавчик! — гнусавым голосом проговорил одноглазый.

— Что вам надо, синьоры?

— Известно что, — вступил в разговор человек со шрамом. — Карманы твои облегчить.

— Ладно, так и быть… — Паганини достал кошелек, протянул грабителям.

— Э нет, это не все! — проговорил одноглазый, спрятав кошелек под плащом. — У тебя есть еще кое-что, что нам нужно.

— О чем это вы?

— У тебя есть кое-что, что принадлежит не тебе!

— Уверяю вас, вы ошибаетесь! У меня нет ничего чужого! Только то, что заработано моим смычком!

— Сказано — отдай!

— Да о чем вы?

— Кулон! — прошипел одноглазый.

Паганини похолодел.

— Только не это!

— Кулон! — повторил грабитель.

Паганини попятился, схватился за рукоять шпаги…

Но тут в спину ему уткнулась сталь.

Это человек со шрамом подкрался сзади и ткнул под лопатку нож.

— Кулон! — рявкнул одноглазый.

В глазах у Паганини потемнело.

Отдать заветный кулон?

Кулон, которому он обязан своим феноменальным успехом?

Нет, только не это!

И тут на его голову обрушился страшный удар — и маэстро Паганини провалился в черную бездонную тьму.

— Синьор Паганини! Синьор Паганини, вы живы? Очнитесь!

Паганини с трудом разлепил веки.

Над ним склонилась его пожилая хозяйка, вдова Мантани. Лицо ее было испуганно и озабоченно. За спиной у нее маячила служанка Клаудиа.

— Слава богу, вы живы! Клаудиа, помоги мне поднять синьора на ноги!

— Одну секунду, синьора!

Крепкая смуглая Клаудия наклонилась над постояльцем. Вдвоем с вдовой они кое-как подняли его на ноги, повели к дому. Паганини с трудом переставлял ноги, как тряпичная кукла.

— Хорошо, что я заметила вас, синьор! — лепетала вдова. — Кто же это так вас отделал?

— Какие-то головорезы… — ответил Паганини, с трудом разлепив пересохшие губы.

— Какое несчастье! Я сейчас же пошлю Клаудию за доктором Кучинелли… он приведет вас в порядок, не сомневайтесь! Доктор Кучинелли знает свое дело…

— Постойте! — Паганини ощупал свои карманы. — Кулон! Вы не видели мой кулон? Он пропал!

— Какой кулон, синьор? Вы едва живы, а беспокоитесь о каком-то кулоне!

— Но он очень важен для меня! Ничто так не важно, как этот кулон! Может быть, он выпал? Непременно нужно его найти! Велите Клаудии поискать его!

Вдова переглянулась со своей служанкой и проговорила снисходительным тоном, каким разговаривают с детьми и тяжелобольными:

— Поищем, непременно поищем! А сейчас успокойтесь, синьор! Скоро придет доктор Кучинелли…

Антон Плотвин открыл глаза и не понял, где он находится. Это его испугало, но тут он различил перед глазами приборную панель и сообразил, что он сидит в машине и машина куда-то едет. Он попытался оглядеться, но голова отчего-то поворачивалась с трудом.

Все же он сделал над собой усилие и увидел, что рядом с ним сидит брюнетка в красном. В голове чуть прояснилось, и он вспомнил, что эта брюнетка попросила его что-то сделать с машиной, а потом крепко поцеловала.

И больше он ничего не помнил.

Он хотел спросить, что с ним и куда его везут, но вместо речи из горла вырвался какой-то хрип.

— Помолчи пока, — сказала брюнетка, — не время еще…

О чем она вообще говорит? И что вообще происходит?

Мысли эти вроде бы возникли в голове, но тут же исчезли. И Антон послушно стал смотреть перед собой.

Наконец брюнетка остановила машину, взглянула на часы и повернулась к Антону. Взяла его за руку и пристально посмотрела в глаза. Потом потянулась к нему губами, и снова Антон почувствовал, что его буквально втягивает в этот ярко накрашенный рот, как будто в бездонную пещеру.

Он пытался отстраниться, но уперся в дверцу машины. А она все приближала свой кроваво-красный рот, тянула губы трубочкой, и у него перед глазами встала картинка: его верхняя половина туловища и голова уже там, у нее во рту, а ноги болтаются снаружи. От ужаса он весь покрылся потом и заорал.

И видение исчезло, он по-прежнему сидел в машине рядом с брюнеткой.

— О! — радостно сказала она. — Кажется, голос прорезался! Все идет по плану.

И вдруг он понял, что ему нужно идти к Свете. Светлана — это сейчас главное. Он должен пойти к ней и сказать, что их расставание было ошибкой, что они должны быть вместе… В общем, он должен многое ей сказать, — главное, чтобы она поверила, а потом…

Дальше он пока не задумывался, дальше он должен выполнить очень важное задание, непременно нужно сделать так, чтобы Светлана отдала ему одну вещь… Какую — он пока не представляет, но это потом, а сейчас он должен идти.

И он вышел из машины и пересек безлюдный двор, не глядя по сторонам, — он знал, куда идти, и остановился перед дверью бывшей дворницкой.

И позвонил.

Услышав дверной звонок, я сильно разозлилась. Да будет ли сегодня покой? Уж и время позднее, без приглашения в такое время люди не приходят.

Каково же было мое удивление, когда я увидела за дверью Антона. Вот уж кого я совсем не ожидала в гости! Здрассти, как говорится, давно не виделись!

— Чего тебе? — спросила я через дверь.

— Света, я должен с тобой поговорить! — четко произнес он и снова позвонил.

Я открыла дверь на цепочку и увидела, что чуть в стороне отирается Леха Смородин, за ним виднеется непутевая девица Клава, а вон уже и тетя Фрося бодро подгребает с противоположного конца двора. В общем, кворум собрался.

У Антона вид очень деловой и решительный, так просто он не уйдет, а это значит, что весь двор будет в курсе моих проблем. Еще Парфеныча привлекут.

— Ну проходи уж! — вздохнула я, открывая дверь.

— Светлана! — начал Антон с порога. — Прежде всего я должен перед тобой извиниться! Я был в корне неправ!

— В чем неправ? —