Читать книгу - "Реквием блондинке - Джеймс Хэдли Чейз"

Приблизившись к дому, я выпрямился и прислушался. Тишина. Разве что по улице промчался автомобиль. Но я не шевелился. Стоял, прислонившись к деревянным перилам веранды, и ждал.

Целую минуту ничего не происходило, а потом на ухоженную лужайку рядом со мной упала длинная тень: миссис Исслингер подошла к окну. Сердце мое гулко застучало, а во рту стало сухо.

Я прижался к перилам. У веранды было достаточно темно, но я все равно испугался. Времени разбираться с этим страхом у меня не было, но в глубине души я изумился, насколько скверно миссис Исслингер влияет на мою нервную систему.

Я ждал, едва дыша и покрываясь холодной испариной. Внезапно тень шевельнулась, и я увидел голову миссис Исслингер. Женщина пристально вглядывалась в сад. Я понимал, что она еще и прислушивается.

Она была так близко, что я, сделав три шага вперед, мог бы ее коснуться. Уверен: если бы миссис Исслингер повернулась в мою сторону, она бы меня заметила. То были худшие несколько секунд, что мне довелось пережить.

Наконец, решив, что возле дома никого нет, женщина отошла от окна, резко задернула шторы, и в саду стало совершенно темно. Несколько секунд я ничего не видел. Постепенно глаза привыкли к темноте, и я снова разглядел очертания дома.

Входить я не спешил. Необходимо было выяснить, ушла ли миссис Исслингер наверх и где сейчас Хенч.

Осторожно ступая, я приблизился к окну. Шторы были плотно задернуты, но окно оставалось открытым. Я подался вперед и прислушался. Сердце мое чуть не выпрыгивало из груди. Мне казалось, что миссис Исслингер притаилась за шторами и вот-вот кинется на меня. От этой мысли у меня едва не стучали зубы. Тут я услышал тихое клацанье вязальных спиц и поскорее отошел от окна.

Если я хочу проникнуть в дом, нужно действовать быстро. В других окнах света не было, и я надеялся, что ни Исслингера, ни Хенча нет дома.

На другом конце стены, довольно далеко от комнаты миссис Исслингер, я нашел водосточную трубу, о которой говорила Одри. Подергал ее и решил, что она выдержит мой вес. Сняв обувь, я обхватил трубу обеими руками и потихоньку полез наверх.

Через несколько секунд я добрался до пологой крыши. Зацепился пальцами за водосточный желоб, подтянулся и встал на черепицу. От этого упражнения я весь взмок и вдруг понял, что ночь стала жаркой и душной. Ярко светила луна, но у горизонта показалась черная облачная гряда. Похоже, будет гроза.

Стоя на крыше, я видел сад и дорогу, очертания нашего автомобиля и смутные силуэты Одри и Фиппса. Они смотрели на меня. Помахав им рукой, я повернулся и осторожно направился по скату крыши к окну спальни Теда.

Штор на окне не оказалось, в комнате было темно. Сунув пальцы под раму, я потянул вверх. Окно бесшумно открылось, и я вгляделся в комнату. Лунного света хватало, чтобы увидеть, что там никого нет. Обстановка была спартанской: полированный дощатый пол, пара ковриков с индейским орнаментом, два стула с прямой спинкой и письменный стол из шероховатого черного дерева. На столе – зеркало, расческа и черные свечи в высоких медных подсвечниках. Кровать узкая, на вид жесткая, с темно-зеленым покрывалом. Казалось, что в комнате холодно.

Соскользнув с подоконника, я подошел к двери. Приоткрыл ее на пару дюймов, прислушался и ничего не услышал. Закрыл дверь и подсунул под нее деревянный клинышек – такой всегда есть у меня в кармане. Нельзя, чтобы кто-то вошел в комнату и застал меня врасплох.

Потом я подошел к столу и проверил выдвижные ящики. В последнем нашел, что искал: в углу, под стопкой шелковых рубашек, были спрятаны фотографии. Я подошел к окну и в свете луны разглядел на карточках лица пропавших девушек. При виде спокойного, приятного лица Мэриан Френч кровь застучала у меня в висках.

Я сунул фотографии в карман, повернулся к столу и застыл. Волоски у меня на шее встали дыбом.

Теперь луна светила прямо на дверь, выкрашенную в белый цвет. Я отчетливо видел, как поворачивается ручка. Дверь начала открываться и тут же уперлась в клинышек.

Ну все, с меня хватит. Я тихонько шагнул к окну, перебросил ногу через подоконник и выбрался на крышу. Снова помахал Фиппсу, и тот помахал мне в ответ. Затем я скользнул к краю крыши; ноги оказались в воздухе, а руками я ухватился за водосточный желоб. Секунду повисел на пальцах, чувствуя, как в груди колотится сердце, а желудок сжимается от страха. Потом я бесшумно спрыгнул в сад, пошатнулся, восстановил равновесие и выпрямился. Сунул ноги в туфли и, не завязывая шнурков, побежал по садовой тропинке.

Внезапно в воздухе что-то просвистело. Пригнувшись, я почувствовал удар в плечо и с ужасом заметил, как на землю упала веревка с петлей на конце. Я развернулся на пятках и, спотыкаясь, помчался прочь. Перепрыгнул через ограду, приземлился у ног Фиппса и выдохнул:

– Быстрее! Уматываем отсюда!

Одри уже завела двигатель. Я забрался на сиденье рядом с ней, а Редж уселся сзади.

– Уходим! – скомандовал я, повернувшись к Одри. – Нас заметили.

Следующие несколько минут мы молчали. Одри ехала быстро, не сводя взгляда с дороги, а я безвольно сидел рядом с ней, пытаясь прийти в себя.

– Ну ладно, – наконец сказал я. – Тормози. Мы уже далеко.

Одри сбавила скорость и остановилась у фонаря.

– Похоже, ты очень торопился уйти, – сказала она, внимательно глядя на меня. – Господи боже мой, наш бедняга и правда перепугался до чертиков.

– До чертиков? – Я сделал глубокий вдох. – Это еще мягко сказано. Со мной чуть инфаркт не приключился.

– Настоящие детективы ничего не боятся. – Подавшись вперед, Редж тяжело задышал мне в затылок. Подумав, он сухо добавил: – Особенно детективы из Нью-Йорка.

– Заткнитесь, вы, оба, – отрезал я. – Дело серьезное. Меня поджидали в саду. И чуть не задушили.

– Вам померещилось. – Редж сдавленно хихикнул. – Просто признайте, что испугались тени и сбежали.

– Не нужно его дразнить, Редж, – тихо попросила Одри. – Видно же, что он и правда до смерти напуган.

Я вынул из кармана фотографии, бросил их Одри на колени и мрачно произнес:

– Как насчет этой мелочи? Может, вы, двое тупиц, хоть на секунду перестанете надо мной подшучивать?

– Откуда они у тебя? – спросила Одри, рассмотрев карточки.

– Нашел в комнате Теда. В бюро, под стопкой рубашек, – все так же мрачно сообщил я. – Первые настоящие улики. Здесь все девушки, даже Мэриан. Исслингеру будет очень непросто отбрехаться.

– Тебя что, и правда хотели задушить? – Одри встревоженно смотрела на меня, широко раскрыв глаза.

– Еще как хотели. – Я порылся в кармане, выудил пачку сигарет и предложил одну девушке. – Кто-то пытался накинуть на меня лассо. Хорошо, я успел пригнуться, иначе веревка оказалась бы прямо на шее. Это