Читать книгу - "Мера всех вещей. Убийство в замке Сфорца - Марко Мальвальди"

Так, возможно впервые в жизни, ему довелось увидеть Лодовико Моро сверху.

– Ваша светлость должны меня простить, я никогда не осмелился бы обратиться к вашей светлости столь грубо.

Лодовико закрыл за собой дверь. Его голова почти касалась потолка. Оглядевшись вокруг, он взял единственный стул в комнате и уселся на него.

– Не будем обращать внимание на форму, Леонардо. Посмотрим на суть. Я пришел к вам с просьбой.

Леонардо, снова сев на кровать, ничего не сказал.

– Просьбой, которую я обращаю к вам как правитель Миланского герцогства, а не как ваш заказчик. И вы можете принять ее или отказать в ней.

Леонардо улыбнулся, но почувствовал, как к сердцу его приливает кровь. Это был не поцелуй в шею, а скорее мыло на веревке висельника.

– Но если вы откажетесь, вы дадите мне повод думать, что мое доверие к вам ошибочно. Этой ночью на вас напали бандиты французского посла. Вы знаете, почему?

– Да, ваша светлость. Я полагаю, что знаю. Они хотели мою записную книжку.

– Они хотели вашу записную книжку.

– Да, ваша светлость. Они уже предприняли довольно неловкую попытку прежде, и, наверное, это была их вторая попытка, как думаю я теперь, когда об этом размышляю.

– И почему они хотят эту записную книжку? Почему она так важна, эта проклятая записная книжка? Что в ней написано?

– Ничего, что было бы важно для кого-либо, кроме меня.

– Тогда почему другие хотят завладеть ею?

– Ваша светлость требует от меня слишком многого. Я не могу знать, о чем думают другие люди.

– Вы правы, Леонардо. Тогда я скажу вам сам. Французские послы, подстрекаемые Луи, герцогом Орлеанским, считают, что в вашей записной книжке скрыты чертежи какого-то секретного оружия. Невероятного воина, который якобы защищает границы города.

Леонардо улыбнулся, покачав головой.

– Посол Феррары, Джакомо Тротти, полагает, что в ней скрыт секрет превращения неблагородных металлов в золото и что в этом причина богатства герцогства.

На этот раз Леонардо рассмеялся, и от души.

– Превращение неблагородных металлов в золото, ваша светлость, – то, чем я никогда и не мечтал заниматься. Я давно понял, что вечное движение и мечта царя Мидаса – сказки для детей, и меня это не интересует. – Леонардо устроился поудобнее на кровати, пытаясь сгладить свое неудобное положение. – Зато меня гораздо больше беспокоит, что может думать ваша светлость. Что же, по мнению вашей светлости, может находиться в этой моей личной записной книжке?

– Именно поэтому я здесь, Леонардо. Если то, что я думаю, ложно, это не делает чести мне, но если это правда, то это сильно опозорит вас. Я не хочу говорить вам об этом. Но я хотел бы, чтобы вы показали мне книжку.

– Я покажу ее вашей светлости и только вам, если ваша светлость согласится сообщить мне, что вы ожидаете найти там или что надеетесь не найти.

Лодовико взглянул на окно и заговорил тихим голосом, почти шепотом.

– Я надеюсь не найти один или несколько аккредитивов, подписанных Бенчо Серристори или другими флорентийскими банкирами, которые могут быть использованы вами или другими в вашей мастерской для изготовления поддельных аккредитивов.

Леонардо на мгновение замер. Затем медленно потянул за кожаный шнурок своей куртки и ослабил застежку. Все так же медленно он просунул руку между одеждой и телом и вынул ее, держа в руке небольшой толстый блокнот, полный пожелтевших листов.

– К вашим услугам, ваша светлость.

Лодовико протянул руку и взял блокнот.

Однако прежде, чем он успел открыть его, Леонардо снова заговорил.

– Вы попросили у меня эту записную книжку как правитель Милана, ваша светлость, а не как мой заказчик. Вы сделали важное различие, и я намерен сделать свое, прежде чем вы продолжите чтение.

Леонардо коснулся блокнота в руках Лодовико, мягко, но с настойчивостью, как мать, поправляющая одеяльце новорожденного в руках тетушки, старой девы.

– Вы приняли меня как правитель Милана. И, прочитав мое представление, вы доверились мне как заказчик. Вы доверились мне после того, как прочитали то, что я вам написал. Теперь же вы не доверяете мне, даже не прочитав то, что я написал для себя самого.

Леонардо оперся руками на кровать и встал перед Моро.

– Как гражданин, ваша светлость, я уверен, что вы будете справедливы в отправлении правосудия и в признании заслуг и вины каждого в равной мере. Как художник, Лодовико, я надеюсь, что Вы знаете, что я свободный человек и что я связан со своим заказчиком в случае, если он не только признает мои способности, но и в должной мере признает мой труд.

И, бережно взяв в руки обложку блокнота, который держал Лодовико, он открыл его.

Там было нечто странное.

Это были письма.

Не кредитные, а настоящие письма. С датой в начале и подписью в конце. Полные рисунков, как всегда письма Леонардо.

Но…

– Но они написаны справа налево.

– Так я всегда пишу.

– Значит, это ваши письма? Это черновики ваших писем?

– Я объясню вам по мере чтения, ваша светлость. Вот, возьмите это зеркало. Если вам нужен свет, я немедленно велю принести его.

– Сколько времени я здесь?

– Почти два часа.

Катерина сглотнула столько слюны, сколько требовалось, чтобы набрать второй литр за это утро. Уже то, что в ее доме находился господин Милана, случалось не каждый день. Но осознание того, что господин Милана приехал к ее сыну и что он может уехать с ее сыном, а четверо вооруженных стражников ожидают на ее кухне, совсем не помогало ей сохранять спокойствие.

И вот наконец дверь открылась.

Первым вышел Лодовико Моро – с таким лицом, что становилось страшно. Он явно был разочарован. Но еще больше, чем разочарован, он был рассержен.

За ним следовал Леонардо. Этот был встревожен и пристыжен. Скорее встревожен, чем пристыжен.

Лодовико медленно спустился по лестнице. Он подождал, пока Леонардо тоже окажется на первом этаже и только после этого заговорил.

– Вы меня разочаровали, Леонардо. Вы снова меня разочаровали. Вы понимаете это?

– Я это понимаю, ваша светлость.

– Прекрасно. Тогда идемте. Я хочу закончить это дело как можно скорее.

И, подав знак стражникам, он пошел дальше. Стражники встали за спиной у Леонардо.

– Ваша светлость, в чем дело?

– Мадонна Катерина, ваш сын должен пойти со мной.

– Так значит, вы его арестовываете.

Лодовико обернулся. Впервые за сегодняшний день он улыбнулся.

– Даже мысли такой не было, мадонна Катерина. Ваш сын нужен мне как свидетель. Он будет главным свидетелем в одном судебном процессе. Сегодня вечером, а может и раньше, он вернется домой.