Читать книгу - "Наши темные истории - Эми Голдсмит"

Чем-то голодным. Чем-то, что зловредным пятном просачивается в разум.

И еще было неимоверное вожделение и осознание, что я чуть не приняла предложение Себа. Он хотел меня, хотел остаться со мной в комнате всего несколько часов назад, и есть большой шанс, что он лежит там сейчас один, без сна и думает обо мне. Думает, будто я не хочу его, тогда как он – единственное, о чем я мечтаю. Меня терзал голод, сильный и потаенный, как всепожирающее озеро за домом.

Если бы я пошла к нему, то уже не была бы одна, растворилась бы в нем. И это пугало.

* * *

Я удивилась, одновременно испытав недоверие, когда Лори написала мне через пару дней после того поцелуя с Себом и предложила встретиться в кафе с бабл-ти, популярном у учеников Грейскоттса. Мы в последнее время старались учтиво не замечать друг друга в школе, и сейчас палец завис над кнопкой «удалить». Я так просто ничего не прощала, да Лори и сама охладела ко мне после рождественской вечеринки, однако ушлая часть меня решила: неплохо бы помириться, пусть даже только затем, чтобы выяснить, какого хрена на самом деле происходит у них с Себом. И потом, друзей вроде держат близко, а врагов еще ближе?

Едва завидев меня, Лори расплылась в широкой белоснежной улыбке, схватила за руку и, громко бренча браслетами, потянула за собой в кафе.

– Ты пришла! Боже, ты обязана попробовать матчу, это просто потрясающе. Как вообще поживаешь, Стипуха?

Я пристально посмотрела на нее, выгнув бровь. Желания играть в эти игры после нашей последней беседы не было. После праздника Лори изменилась: волосы висели несвежими прядями, собранные в небрежный хвост. На бледном лице отчетливо проступали веснушки. Гадая, не приложила ли к этой встрече руку Лотти, я демонстративно попросила стакан воды. Стану я тратить шестерку на прохладительный напиток!

– Точно чая не хочешь? Угощаю.

Я скорее от жажды сдохну, чем приму от Лори подачку. Пока мы шли к свободному столику, я взглядом прожигала ей затылок.

– Как Рождество? – Лори, видимо, твердо вознамерилась вести себя так, будто между нами ничего не происходило.

– Ну ладно, Лори, в чем дело? – напрямую поинтересовалась я, тяжело опустившись на стул. Нечего ходить вокруг да около. – С тех пор как ты ни с того ни с сего облила помоями мою маму, я для тебя стала пустым местом. Чем я заслужила… такое? – Я покачала головой. – Мы же… мы же вроде подругами были?

У нее в глазах зажегся настороженный блеск, и она с картинным вздохом уселась за стол, в облаке ароматов жвачки с перечной мятой и парфюма с ванилью.

– Знаю, знаю. Я в последнее время вела себя отвратительно, поэтому нам и надо с тобой поговорить. Хотела объясниться… – Она пораженно уставилась на мою бутылку воды. – Ну вот, знала бы, что ты чай не пьешь, пригласила бы в другое место…

– Да мне как-то фиолетово…

– Мэг, – решительно произнесла Лори. – Я была неправа. Очень неправа. Зря я так с тобой. Просто… расстроилась вот и захотела на тебе отыграться. – Она потеребила одну из трех золотых цепочек на шее, опустив взгляд. Ее ресницы казались черточками сажи на фоне густого слоя бронзера. – Просто… фуф, Лотти вела себя так… странно со мной в последнее время, а потом еще я с чего-то взяла, будто вы с Себом…

Я нахмурилась, твердо решив не краснеть.

– Мы с Себом – что? О чем ты? Нет никаких «меня и Себа».

Кайф! Мне очень понравилось, как слова скатились с губ. Я и Себ. Себ и я. Мы соединились в собственном, личном коротком предложении. Особенно мне это нравилось, потому что, когда мы виделись последний раз, он целовал меня – он меня целовал! – в комнате, залитой солнечным светом, полной цветов и…

– И теперь мне это ясно. – Лори коротко и снисходительно поморщилась. – Я вела себя, ну… как зажравшаяся собственница. Ты ведь все сама понимаешь? Себ такой… Все в нем такое… роскошное…

Я совершила Геркулесов подвиг, заставив себя равнодушно пожать плечами, а после сделала долгожданный глоток воды.

– Короче, – бесстрастно произнесла я, – я все еще не догоняю, как это связано со злостной клеветой, которую ты распространяла перед праздником, и с тем, как грубо ты потом себя повела.

Возможно, стоило ее простить, искренне простить. Мы запросто могли заново поладить. И если читать между строк, Лотти с Лори связывала давняя и нерушимая дружба – еще с четырех лет, когда они ходили в пони-клуб, – которая выдержала бы любые трения, возникшие с моим появлением. Вот только я не могла просто спустить Лори с рук ее недавние выходки. Травля в чатах, ехидные шпильки в мою сторону, очень кстати «забытые» приглашения… Это ранило, и притом сильно. Я же верила ей, она мне нравилась, и я видела в ней союзницу, а она, оказывается, все это время притворялась.

Лори повертела в руках телефон, не поднимая взгляда.

– Тупо застарелая ревность. В общем, стремно вышло. Прости… Знаю, у меня язык колючий. Ты ничем этого не заслужила.

Я тяжело вздохнула, вспомнив ту Лори, которую застала на рождественском празднике. Опухшую от слез, заплаканную, этакую «сбоку припека» в нашей банде.

– Ну, в общем… спасибо. Спасибо.

Голова пошла кругом. Что изменилось? Это Лотти с ней так поговорила? Или они с Себом снова вместе? Лучше бы первое.

– Мэг, мы же с тобой так славно ладили, – продолжала Лори. – Тусить с человеком вроде тебя – это как глоток свежего воздуха! Лотти, если честно, иногда такая претенциозная. Ноет и ноет про спасение океанов, мол, отказывайтесь от трубочек, но при этом все видели горы пластикового мусора после ее недавней тусы. Это все ее мамаша, ведет эти свои нравоучительные блоги про осознанную жизнь, хотя сама заядлая курильщица, и вообще…

Я нахмурилась. Говорить о Лотти за глаза не хотелось, пусть даже местами Лори била в точку.

– Кстати, – сказала я, спеша сменить тему, пока не передумала. – Надеюсь, ты не против, если спрошу: что у вас вообще с Себом?

Лори замолчала и грустно улыбнулась. У нее в глазах блеснули слезы.

– Да ты… сама уже, наверное, знаешь. Он порвал со мной на празднике. – Она часто-часто заморгала, прикусив губу. – Типа у него дома что-то такое происходит, и лучше, если мы поставим отношения на паузу.

Некоторое время я тоже молчала.

Итак, где правда? Полноценная связь или, как утверждал Себ, безответная влюбленность и пара неудачных свиданий? Пересказать слова Себа и остаться после этого чистенькой я не могла. А в довершение всего,