Читать книгу - "Тайна Паганини - Наталья Николаевна Александрова"

А самое главное — он понравился коту Пантелею, а Пантелей очень хорошо разбирается в людях и умеет с первого взгляда отличать плохих людей от хороших…

Я посмотрела на кота, и он два раза мигнул мне изумрудными глазами — дескать, все правильно делаешь.

В общем, я нашла визитку, которую оставил мне Леонид, и набрала его номер.

При этом у меня было двойственное чувство: я думала, что, возможно, совершаю ошибку, но вместе с тем мне хотелось хоть с кем-то поговорить о своей удивительной находке…

Леонид отозвался сразу.

— Леонид, здравствуйте! — начала я нерешительно. — Это Светлана… Светлана Карпова… Может быть, вы меня помните… мы с вами виделись, когда…

— Конечно, Светлана! Конечно, я помню вас! Как я могу вас забыть? Вы внучка Ивана Федоровича Карпова, и вообще…

Меня заинтересовало, что он имел в виду под этим «и вообще», но я не стала уточнять.

А он продолжил:

— У вас такой взволнованный голос! Что-то случилось?

— Да… как вам сказать… вообще-то, я хотела с вами кое-что обсудить. Но я понимаю, вы, конечно, заняты…

— Нет, я как раз освободился и нахожусь неподалеку от вас. Если, конечно, вы в квартире Ивана Федоровича.

— Да, я в этой квартире. И если вы сможете прийти — я буду очень благодарна…

— Да, конечно, я очень скоро… я прямо сейчас… я лечу… я буду у вас через полчаса…

Из трубки понеслись сигналы отбоя.

Я опустила глаза и увидела, что Пантелей сидит у моих ног и смотрит на меня с большим интересом.

— Вот так, Пантик! — проговорила я задумчиво. — Может быть, я совершаю большую ошибку…

Пантелей выразительно мяукнул, и мне показалось, что я поняла, какую мысль он постарался мне внушить, а именно: не валяй дурака, этот Леонид — мужчина приличный, я его знаю.

Вот так я живу: кроме кота, и посоветоваться не с кем…

Я перебрала в памяти весь наш разговор с Леонидом и невольно рассмеялась. Я: «Буду очень признательна», — а он: «Лечу к вам…» Еще бы сказал «на крыльях любви».

Смешно. Нет, нужно взять себя в руки.

Я снова надела на шею кулон и на этот раз опять спрятала его под воротом свитера, чтобы со стороны его не было видно.

Вновь, как и в прошлый раз, в первый момент кулон показался мне обжигающе холодным, но через несколько секунд он нагрелся, и от него стало исходить живое тепло.

И тут же мир стал живее и выразительнее, звуки стали громче, цвета — ярче, и мою душу наполнила непривычная сила…

Но на этот раз я легче справилась с этим приливом сил и впечатлений, как будто начала привыкать к нему.

Я огляделась.

В квартире было не прибрано, но я подумала, что Леонид, как любой нормальный мужчина, не обратит на это внимания. Гораздо важнее, как выгляжу я сама.

Я подошла к зеркалу и увидела, что выгляжу прекрасно — волосы вьются, кожа светится, глаза сияют таинственным блеском…

Для порядка я немного прошлась расческой по волосам, помадой — по губам…

И тут же раздался дверной звонок.

Надо же, Леонид не обманул, действительно приехал очень быстро! Видно, и правда был близко.

Я открыла дверь, впустила его.

То же загорелое до черноты лицо, выгоревшие волосы, бледно-голубые глаза…

Но сегодня во взгляде Леонида было что-то новое, он смотрел на меня с явным восхищением.

— Вы прекрасно выглядите!

— Да ладно вам… — Я смутилась, опустила глаза и тут же воспользовалась традиционным способом смягчить неловкость: — Кофе хотите?

— От кофе никогда не откажусь! Пристрастился к нему в Бразилии. А я тут по дороге в магазин заглянул… — И он достал из наплечной сумки коробку печенья.

— Как это мило с вашей стороны! — начала было я, но сама себя оборвала, смеясь. — Хватит уже любезностей и расшаркиваний, давайте кофе пить!

Положение спас Пантелей, он прыгнул на колени к Леониду и призывно заурчал, требуя ласки. Тот не подкачал, он чесал кота за ухом, гладил и приговаривал, что какой же Пантик стал красавец, что ему хорошо с такой хозяйкой и далее в таком духе.

Я за это время заварила в турке кофе, который купила в специализированном магазине, и поставила дедушкины чашки — не те, слишком простые и дешевые, а из сервиза, который хранился в той комнате, в тайнике.

Увидев чашки, Леонид поднял брови и осторожно ссадил с коленей кота.

Пока пили, говорили о разном: что мне нравится тут, в квартире, хоть это и бывшая дворницкая, что я давно мечтала о своем собственном жилье и что первое, что я сделаю, — это куплю себе кофемашину.

То есть говорила в основном я, а он только время от времени поглядывал на меня серьезно, без улыбки, так что я даже слегка забеспокоилась, что не так.

Наконец Леонид отставил чашку, внимательно взглянул на меня, склонив голову к плечу, и проговорил:

— Светлана, признайтесь честно — вы нашли его?

Всего час назад я позвонила ему, чтобы показать свою находку и расспросить, что он о ней знает. Но сейчас я снова забеспокоилась, не делаю ли ошибку…

И ненатуральным голосом произнесла:

— Его? О чем вы говорите?

— Бросьте, Светлана, вы понимаете, о чем я, — твердо сказал он. — Я знал, что у Ивана Федоровича есть какой-то уникальный старинный артефакт. Знал, что он хранится здесь, в этой квартире, что Иван Федорович очень его ценит. Поэтому, когда вы мне позвонили, я подумал, что вы его нашли. Неужели я ошибся?

Я молчала, не решаясь ответить. А Леонид продолжил:

— Я вижу, что вы изменились. В вас появилось что-то новое. Думаю, что это — воздействие артефакта…

Вот что мне теперь делать? Как-то странно он себя ведет: с одной стороны, знает про артефакт, с другой стороны, судя по всему, дедушка ему этот артефакт не показывал. Почему?

— Он говорил, что в квартире есть очень ценная вещь и что он завещает ее надежному человеку…

— То есть мне? Дедушка так говорил?

— Вашего имени он не называл, но мы договорились, что, когда я вернусь из Южной Америки, мы, так сказать, расставим все точки над i… Я задержался дольше, чем планировал. И вот не успел… — Леонид низко наклонил голову.

И я наконец решилась. Я поняла, что Леониду можно доверять, сняла с шеи цепочку с кулоном и положила его на стол.

— Вы правы. Я его нашла. И позвонила вам, потому что подумала, что вы что-то о нем знаете и сможете рассказать мне.

Я не стала добавлять, что