Читать книгу - "Дочь смотрителя воронов - Лана Уильямс"

открыл дверь и отметил, что в лавке царила деловая атмосфера. Владельцы ломбардов были хорошо известны своей осмотрительностью и не только продавали изысканные ювелирные изделия, но и предоставляли ссуды тем, у кого было что заложить.

От ростовщиков требовали соблюдения строгих правил, и они предоставляли бедным возможность получать ссуды. Даже английские короли пользовались их услугами, в том числе Эдуард III, который в Средние века закладывал вещи в ломбард, чтобы собрать деньги на войну с Францией. Генри не в первый раз посещал это заведение, и он кивнул знакомому продавцу, который шагнул вперед, чтобы поприветствовать их.

– Доброе утро, инспектор!

Продавец бросил взгляд на Флетчера:

– Сержант! – Он огляделся, чтобы удостовериться, не беспокоит ли присутствие полицейских кого-нибудь из его клиентов. Беседы с полицией не слишком радовали посетителей ломбарда.

– Доброе утро. Мне интересно, не видели ли вы что-нибудь подобное, – с этими словами Генри протянул ему рисунок.

– Прекрасные работы, – продавец нахмурился. – Не могу сказать, что раньше их видел. Может быть, мне показать их другим сотрудникам?

– Я был бы вам признателен.

Пока они ждали, Флетчер не мог стоять спокойно на месте и разочарованно вздыхал, в то время как служащие лавки, взглянув на рисунок, один за другим отрицательно качали головами.

– И почему никогда ничего не дается легко? – пробурчал Флетчер.

– Отличный вопрос, который я частенько задавал себе на протяжении многих лет, но ответа так и не нашел.

Генри поблагодарил продавца и убрал рисунок в карман.

– Хорошо, что мы рано начали наш день. Похоже, нам предстоит посетить еще несколько ломбардов.

Глава семнадцатая

Генри и Флетчер безрезультатно пообщались еще с двумя ростовщиками, затем посетили лорда Сомерсета, который не преминул поделиться своим недовольством по поводу того, что детектив так долго не приходил к нему по поводу кражи.

– Мои извинения, милорд, – сказал Генри. – В последние дни большую часть нашего времени заняло расследование убийства. Но вы, разумеется, наш главный приоритет!

– Хм, – пожилой джентльмен поджал тонкие губы, словно не был убежден, что это приемлемое объяснение.

Лорд Сомерсет повторил те же показания, которые констебль привел в своем рапорте. На званом обеде присутствовало двенадцать гостей: четверо членов семьи, а остальные – его давнишние друзья. По словам лорда, никто из них не мог украсть драгоценности.

– Это просто загадка! – заметил он, покачав головой. Шкатулка хранилась в спальне его жены, в выдвижном ящике секретера, хотя было неясно, убрали ли ее оттуда после того, как леди выбрала украшения, которые собиралась надеть в тот вечер.

К сожалению, леди Сомерсет отсутствовала, и допросить ее не было возможности. Лорд Сомерсет настаивал, что в этом и нет необходимости, хотя, конечно, с ним можно было бы поспорить.

– Как вы думаете, кто бы мог совершить кражу? – спросил Генри.

– Откуда мне знать? Разве это не ваша работа – докопаться до ответа? – было очевидно, что лорда Сомерсета этот вопрос рассердил. – Очевидно, кто-то проник в дом и украл шкатулку, пока мы ужинали.

Но эта версия представлялась маловероятной, поскольку никто из слуг никого не видел. Генри поговорил с дворецким и экономкой, и ни у кого из них не возникло никаких предположений относительно того, кто мог взять драгоценности. Генри и Флетчер ушли, пообещав вернуться на следующее утро, чтобы поговорить с леди Сомерсет… но так и не узнав ничего нового.

Это обстоятельство только усугубило разочарование Генри в связи с ходом расследования, тем более у него имелось куда более важное дело, требовавшее решения.

К счастью, дом Сомерсетов находился недалеко от угла улицы, где работала цветочница, которая была одной из осведомительниц Генри. Эта дама знала всех в округе и частенько слышала сплетни из источников, которые она редко разглашала.

Но вместо той, кого он ожидал увидеть, из переулка вышла девочка с большой корзиной белых и розовых гвоздик, почти с нее ростом. Она явно не была той цветочницей, которую искал Генри.

– Цветы для вашей дамы, сэр? – предложила девочка, одетая в полосатое платьице и в чепчик на завязках, знававшие лучшие времена.

– Возможно, твоя торговля пошла бы живее, если бы ты предлагала цветы тем, кого сопровождает дама! – Генри обменялся удивленным взглядом с Флетчером, прежде чем снова взглянул на девочку. Та наморщила лобик и уставилась на него, склонив голову набок и явно пытаясь понять, что он имел в виду. – Спасибо, но сегодня мы обойдемся без цветов, – добавил Генри, когда она продолжала выжидательно смотреть на него.

Он уже очень давно никому не покупал цветов, кроме своей матери.

– Сара, обратись к прохожим мужчинам дальше по улице! – Из переулка вышла пожилая женщина, также держа в руках корзину с цветами, но ее корзина была доверху наполнена розами разных оттенков. – Этим господам не нужны наши цветы. Во всяком случае, не сегодня!

– Мадам… – Генри учтиво склонил голову, глядя на знакомую цветочницу, чьи худые плечи были укутаны ярко-красной шалью. Коричневое шерстяное платье было в тон ее волосам и глазам. Он так и не смог понять, имелся ли у нее муж. Эта женщина ни с кем не делилась подробностями о своей личной жизни.

– Надеюсь, вы сегодня в добром здравии.

– Пожалуй, да.

Цветочница перевела взгляд на девочку, намереваясь проследить, что та выполнила ее поручение.

– Не слишком ли она мала, чтобы заниматься цветочной торговлей?

Девочке было не больше пяти-шести лет. На вид она была определенно младше Мэйв. Пожилая цветочница улыбнулась, но невеселой улыбкой:

– Никогда не рано начать зарабатывать себе на жизнь.

Мысль была печальной, но, к сожалению, верной для тех, кто жил в этом районе города. То, что бедные и богатые селились так близко друг от друга, не переставало удивлять Генри.

– Что привело вас сюда сегодня, инспектор? – цветочница взглянула на Флетчера, но быстро отвела взгляд.

– Я хотел узнать, не слышали ли вы чего-нибудь об убийстве смотрителя воронов.

– Смерть в Тауэре всегда привлекает всеобщее внимание, не так ли? – ее ухмылка казалась неуместной при обсуждении столь мрачной темы.

– Да, так и есть. Если мы найдем убийцу, это тоже привлечет всеобщее внимание.

– Возможно. Ходят слухи, что его изрезали кинжалом. Это правда?

Генри переглянулся с Флетчером. Как распространялись такие подробности, оставалось загадкой, поскольку в подробности дела было посвящено лишь ограниченное число людей. Конечно, во вчерашнем заголовке упоминалось о резне, но в статье не упоминались многочисленные порезы на теле. Они с Флетчером намеренно не рассказывали об этом людям, с которыми побеседовали, и попросили старшего стражника Уоллеса также это не разглашать.

Но кто-то оказался очень невоздержанным на язык.

– Кто-нибудь взял на себя ответственность? – поинтересовался