Читать книгу - "Быстрые деньги - Джеймс Хэдли Чейз"

отвращением и поднялся на ноги. Вечер, обещавший быть приятным, превратился в сплошное разочарование. Бэрд стоял, уставившись на нее, и вдруг выпалил: – Я ничего не значу для тебя, да?

Он мог прочитать ответ на ее удивленном лице. Мысль об отношениях с ним никогда не приходила ей в голову.

– Почему… – начала она и остановилась.

– Не продолжай, – сказал он. – Я что-то совсем раскис. Все дело в том, что я не привык иметь дело с такими девушками, как ты. Женщины, с которыми я обычно общаюсь, совсем другие: дай им палец – откусят руку. Ты иная. Я сам себе напридумывал, потому что ты первая женщина, которая меня не боится. Даже моя мать боялась меня, когда я был ребенком.

– Она боялась не тебя, – сказала Анита, глядя прямо на него, – а за тебя.

Бэрд нахмурился. Он никогда не думал об этом в подобном ключе.

– Может быть, ты и права, – выдавил он. – Она была из тех, кто всегда беспокоится.

Она запахнула пальто поплотнее и стала водить босыми ногами по вытертому коврику.

Бэрд вдруг почувствовал, как им овладело желание. Он многое отдал бы за то, чтобы она подала какой-то знак, но она этого не сделала. Казалось, она не понимала, что он может протянуть руку и схватить ее и у нее не будет сил защититься. От этой мысли он почувствовал отвращение к самому себе.

– Пожалуй, я пойду, – сказал он. – Ты не передумаешь насчет денег?

Анита подняла глаза и сразу поняла, что происходит у него внутри, но даже тогда не испугалась. Она встала и положила руку ему на плечо.

– Я не могу их взять. Спасибо за предложение. Прости, что я не такая, как те остальные твои девушки.

Он криво улыбнулся и притянул ее к себе.

– Ты такая, какая есть.

Руки Аниты, прижатые к его груди, не давали ее поцеловать. Она не отталкивала его, но давление ее рук настойчиво говорило о том, что делать этого не стоит.

Он отпустил ее и отошел.

– Кажется, я совсем размяк, – сказал он. – Что ж, тогда прощай. Я думаю, мы больше не увидимся, но если ты когда-нибудь окажешься в передряге, ищи меня по адресу: Сто двадцать пятая улица, дом 223. Это в пяти минутах ходьбы отсюда. Верхний этаж. Как только возникнут проблемы и нужна будет помощь, приходи.

Он открыл дверь, обернулся и еще раз пристально на нее посмотрел.

– Не забудь адрес. Никогда не знаешь наперед, возможно, когда-нибудь я тебе понадоблюсь.

Он почти бегом спустился вниз, не слушая ее ответ. Тони и его приятель все еще сидели на ступеньках. Завидев Бэрда, они поспешно расступились.

Он сбежал вниз и быстро пошел по тротуару к своей машине.

Джек Бернс околачивался у фонаря, прикрываясь газетой, и видел, как уезжает Бэрд. Затем он направился в ближайшую аптеку и позвонил Хармону Первису.

– Бернс докладывает, – затараторил он, сдвигая назад шляпу. – Бэрд покинул дом на Роксбург-авеню в одиннадцать ноль пять. Рико с ним не было. Затем заехал к девушке, у которой есть комната на верхнем этаже многоквартирного дома на Двадцать пятой улице. Он пробыл там около четверти часа. Бьюсь об заклад, это у нее он скрывался, когда за ним охотились копы.

– Кто она? – спросил Первис.

– Ее зовут Анита Джексон, – ответил Бернс. – Мне удалось разговорить одного из жильцов дома. Он поведал, что «ее моральные принципы оставляют желать лучшего», что бы это ни значило. Она работает в стейк-баре на Вестерн-стрит. Хочешь, чтобы я еще что-нибудь разузнал?

– Пока нет, – сказал Первис. – Присмотри за Бэрдом. Если он наведается к ней снова, мы начнем за ней следить. Не выпускай Бэрда из виду. У меня есть предчувствие, что все придет в движение через день или два.

– Да, – сказал Бернс, зевая. – Может, раньше. Я перемещаюсь к его дому. Скажи Эйнсворту, чтобы не опаздывал. Я хочу немного поспать.

– Завтра поспишь, – бессердечно заявил Первис. – Есть более важные вещи, о которых нужно позаботиться.

– Не знаю, что в такое время может быть важнее сна, – саркастически сказал Бернс и повесил трубку.

Глава четырнадцатая

Адам Гиллис подошел к окну и посмотрел вниз, на улицу. Ему окончательно наскучила девица, лежащая на кровати. Приводить ее к себе домой было ошибкой. Внешность обманчива: обычная маленькая тварь и не особо чистоплотная. Ее ужасный голос действовал ему на нервы, а духи были просто тошнотворными.

Он наблюдал за такси, ехавшим по улице, и прикидывал, как будет лучше избавиться от нее, не нарываясь на сцену. Единственное, что говорило в пользу девушки, – она не просила денег, но судя по тому, как она устраивалась, в ее планы входило остаться на ночь.

Такси подъехало к его дому, и из него вышла женщина.

Ева!

Гиллис выругался себе под нос. Каким ветром ее сюда занесло? Он поспешно отвернулся от окна.

– Быстро надевай свои шмотки и убирайся! – приказал он. – Моя проклятая сестричка приехала. Живее! Слышишь? Она будет здесь через минуту!

– Ну и что? – не вставая, хмуро сказала девушка. – Тебе не обязательно открывать дверь, разве нет? Пусть звонит.

Гиллис подошел к кровати, схватил гостью за руку и рывком поставил на ноги.

– Отпусти меня, ты, засранец! – гневно сказала она. – Ты что, думаешь… – Она взвизгнула, когда он с силой хлопнул ее по ягодицам.

– Делай, что говорю, – сказал он, подталкивая ее к выходу. – Одевайся и убирайся отсюда!

Злобный блеск в его глазах испугал девушку, и она, поспешно схватив свое платье, начала его натягивать.

– Ты грязный, паршивый ублюдок, – выла она. – Куда мне, по-твоему, идти в такое время?

– Мне на это наплевать, и держи рот на замке, а то я шкуру с тебя спущу, – прорычал Гиллис. Он схватил чулки, нижнее белье, шляпку и бросил в нее. – Давай выметайся! Ты можешь закончить одеваться в такси. – Он открыл дверь. – Вот, возьми это и проваливай. – Он сунул ей в руку долларовую купюру и вытолкал в коридор. – Брысь отсюда, быстро!

Когда девушка начала снова сыпать проклятиями, он еще раз шлепнул ее по заднице, подталкивая по направлению к лестнице.

Она понеслась вниз, как ошпаренная кошка.

Гиллис закрыл дверь и повернул ключ.

В комнате воняло дешевыми духами. Чертыхаясь, он распахнул еще одно окно, начал махать газетой, пока ему на глаза не попалась измятая постель. Тогда он бросил газету и побежал поправлять простыни и подушки.

Он опустошал пепельницу, полную испачканных помадой окурков, когда в дверь позвонили.

Он быстро взглянул на себя в зеркало. Его пижама была грязной, на рубашке не хватало большинства пуговиц. На груди и шее краснели следы помады. Он заперся в ванной и поспешно оттер их, потом нырнул в выцветший халат и только тогда вернулся в спальню.

Звонок повторился. Он повернул замок и открыл дверь.

– Ух ты, Ева! – сказал он, уставившись на нее. – Какого дьявола ты здесь делаешь?

– Я должна была тебя увидеть, – сказала она. – Можно войти?

– Ну да, – сказал он неохотно. –