Читать книгу - "Репортаж из ада. Опыты над людьми в Японии после 1945 года - Кадзуо Окума"

но… Вместо этого они решили обнародовать внутреннюю обстановку в больнице.

Они воспользовались больничным телефоном и позвонили в главную редакцию газеты «Асахи Симбун» в Токио.

Как выяснилось, у них на уме был мой репортаж «Психиатрическая палата», написанный двумя годами ранее.

Город Фудзи, известный «заливом Дзиногура с грязью».

Начальник местного отделения связи, журналист Кумагава, добравшись из токийского главного офиса через отделение в Сидзуоке, прибыл на место.

— Прибыл «Асахи», — сообщила рация полицейской машины, стоявшей у входа.

Все вытягивали шеи в ожидании журналистов.

Четверо или пятеро репортёров и трое полицейских, включая начальника уголовного розыска, поднялись в «бандитскую комнату».

Было уже за половину одиннадцатого.

Пациенты наперебой жаловались:

— Больница сразу же усмиряет наши требования электрошоком.

Страшно…

— После этой процедуры болит спина, устаёшь.

Тело становится никудышным.

— В изолятор, рассчитанный на одного человека, запихивают четверых или пятерых.

Нет хуже этой больницы, господин журналист.

— Раз в неделю можно позвонить наружу, но если говоришь что-то неудобное для больницы — обрывают.

— Письма вскрывают без спроса.

Журналисты пробыли там всего пять-шесть минут, выслушивая пациентов.

Пациенты, высказавшись и достигнув своей цели, немного успокоились.

Доктор Кокисава наконец был освобождён.

Его избили так сильно, что он не мог двигаться самостоятельно.

Когда его отпускали, один из пациентов ударил его по голове крышкой от унитаза.

Пятеро предполагаемых зачинщиков были арестованы на месте преступления по обвинению в нанесении побоев и незаконном лишении свободы.

Скорая помощь увезла доктора Кокисаву.

За полночь больница наконец вернулась к спокойной жизни.

Электрическое чудовище

Отдел здравоохранения префектуры Сидзуока лишил больницу у подножия Фудзи статуса «учреждения, имеющего право размещать пациентов на принудительную госпитализацию в соответствии с Законом о психическом здоровье».

Пациенты, которые были принудительно госпитализированы в эту больницу, были переведены в другие больницы.

Некоторые выписались ещё до или после инцидента.

Я разыскал этих людей.

— Меня продержали в изоляторе целых восемь месяцев.

Сначала электрошок ставили чуть ли не каждый день.

Я так долго сидел в изоляторе, что все мне посочувствовали, и во время того бунта 11‐го числа меня первым же выпустили.

Говоривший это произносил каждое слово медленно, с трудом подбирая выражения.

Я впервые встречал человека, который так долго пробыл в изоляторе, и всё же он смог рассказать свою историю.

— В больнице у подножия Фудзи — сплошной электрошок, — говорили те, кто знал его раньше.

— До того, как ему начали ставить электрошок, он был ужасно вспыльчивым, напористым, но и на руку скорым алкоголиком.

А стал… совсем другим.

Если сказать, что он сгладил углы характера — звучит хорошо.

Но ценой этому стала утрата человеческой жизненной искры.

Более шестидесяти сеансов электрошока резко ухудшили его память.

Его мозг был изменён рукой врача без участия его воли.

«Он» перестал быть «прежним им».

— Когда я попросил: «Выпишите меня», мне сказали: «Ну и нудный же ты», — и сделали электрошок.

У меня, хоть и не так много сеансов было, от удара разбились зубные протезы.

— Изолятор рассчитан на одного человека, но в самые страшные дни туда запихивали по четыре-пять человек.

Даже отверстие туалета закрывали крышкой и поверх него тоже укладывали спать, так что ночью, если кому-то надо было по-маленькому, спавший сверху обязательно просыпался.

— Раздача еды тоже была ужасной, никакого меню не сохранилось.

— Больница на людях говорит, что уделяет большое внимание отказу от алкоголя, но на деле всё совсем иначе.

Обобщая рассказы пациентов, больше всего они боялись «электросудорожной терапии».

Я спросил об этом директора.

— Как наказание я это никогда не использовал.

Я специалист по алкоголизму.

Очень жаль, что это может быть воспринято как злоупотребление.

В доказательство того, что я не злоупотребляю, хочу, чтобы вы поняли: тем восьмерым предполагаемым зачинщикам (арестованы пятеро) я ЭСТ не проводил.

Всего за год я применил её примерно к десяти пациентам из трёхсот, которых лечил.

Тогда для каких пациентов используется электрошок? По словам директора:

— Среди алкоголиков 20–30 % — люди с невротическими расстройствами.

У них есть конкретные причины алкоголизма, им помогают общества трезвости.

Они сравнительно легко поддаются лечению.

Вторая группа — те, у кого в основе заболевания лежит маниакально-депрессивный психоз или шизофренические расстройства; они пьют из-за этого.

Если вылечить маниакально-депрессивный психоз или шизофрению, то и алкоголизм пройдёт.

Это составляет 2–3 % от всех алкоголиков.

Изложив столь свежую теорию алкоголизма, директор в конце концов сказал: «Электрошок применялся только к алкоголикам второй группы с фоновыми расстройствами».

Однако в объяснениях этого доктора, который считает себя «авторитетом» по алкоголизму, есть несколько странных моментов, заставляющих недоумевать даже меня, неспециалиста.

К тому же они сильно расходятся с тем, что я слышал от персонала и пациентов больницы.

Когда я посетил психиатрические больницы в префектуре Сидзуока, а также дома сотрудников больницы у подножия Фудзи, один из директоров признался мне, что в его больнице электрошок применяют гораздо чаще, чем признаёт директор больницы у подножия Фудзи, и не только по медицинским показаниям, но и для усмирения «непослушных» пациентов.

— Недавно ко мне пришла медсестра из больницы у подножия Фудзи и спросила, не возьму ли я её на работу, — рассказал один из директоров соседней больницы.

— По её словам, ей уже за тридцать, а зарплата чуть больше 30 тысяч иен.

Даже если она полмесяца работает в ночные смены, получается меньше 60 тысяч.

К тому же в той больнице нужно быть всё время начеку из-за вопросов безопасности — это очень выматывает.

Я спросил, какой у неё опыт работы.

И был поражён.

Она сказала, что электрошок там ставят пациентам каждый день,