Читать книгу - "Тайна девочки из Вудхаус-Гроув - Катя Д."

– Обращайтесь. Чем черт не шутит, вдруг у вас что-нибудь получится.

На пол серебристым квадратом лег лунный свет из окна. Перевернувшись на другой бок, Фрэнки уставилась на электронные часы. Зеленые цифры показывали начало второго ночи. Она до сих пор крутила в голове разговор с Шарлоттой, складывала картинку воедино. Она рассчитывала, что ответы придут вместе с нужной информацией от Мартина. Как ни странно, он стал единственным человеком, способным помочь там, где они были бессильны.

Конечно, она долго злилась на мать за то, что та, по сути, выбрала деньги и связи. Но, кажется, это ханжество начинало покидать Фрэнки. Мартин был хорошим человеком, который трудом добился и того, и другого. И, скрепя сердце, она признала, что им чертовски повезло. После смерти отца они могли остаться с матерью в нищете – так же, как Эмили с ее мамой, – но в их жизни появился Мартин. Он, как спасатель, вытащил их, барахтающихся в долгах, словно в воде, и привел в порядок.

В ночи, как известно, приходит много мыслей. Сегодня Фрэнки стыдилась своего поведения, хотя знала, что еще не готова признаться в этом. Какая-то ее часть еще лелеяла детскую обиду продолжала ставить матери в укор ее замужество. Но взрослая сторона Фрэнки имела неоспоримые доводы в защиту этого решения.

Оставалось только ждать. Если бы Люси Солсбури не осторожничала в разговоре, то Фрэнки не вцепилась бы в нее. Своей реакцией, откровенной ложью она завела ее. Но идти с пустыми руками глупо, потому что руки самой Солсбури явно не так уж пусты – в них лежало несколько секретов, доверенных Эмили. О чем могла говорить девочка-подросток со взрослой женщиной, чем нельзя было поделиться с лучшей подругой? Вероятно, чем-то недостойным ушей юной Шарлотты Честертон.

Каждая мысль в голове складывалась в скверную картину. Кое-что Фрэнки уже начинала понимать, оставалось лишь подтвердить догадки. А это могла сделать исключительно Люси.

Глаза стали закрываться, и, готовая нырнуть в сон, Фрэнки блаженно покрутилась, чтобы лечь поудобнее. Она повернулась лицом к двери, потому что полоска света внизу успокаивала ее, да и спать на стороне сердца было вредно. По крайней мере, так говорил папа.

Однако по ощущениям сон не продлился долго. Сначала в нем появился непонятный шепот, а потом Фрэнки подскочила в постели от громогласного выкрика из динамиков будильника. Прежде чем сердце пустилось галопом, она ударила по кнопке, выключая радио и часы. Рут в соседней кровати только перевернулась на другой бок.

– Черт возьми. – Фрэнки села и провела по лицу руками.

Лунное окошко на полу немного сместилось, но все еще оставалось в комнате. Значит, утро не наступило. Она взяла мобильный с тумбочки, чтобы посмотреть время.

– Половина третьего, – недовольным шепотом констатировала Фрэнки.

Сердце понемногу успокаивалось. Рухнув на подушку, она устремила взгляд на дверь, с замиранием сердца отметив, что полоска света пропала. Фрэнки непроизвольно сглотнула. Интересно, соль по-прежнему рассыпана в тех местах, где, по мнению Рут, в комнату могла просочиться Эмили?

Какое-то время она боялась сомкнуть глаза. То и дело по очереди осматривала все темные углы в комнате, ощущая опасность. Чувства обострились, и Фрэнки поймала себя на том, что вслушивается в ночные звуки.

Возможно, напряжение сыграло с ней шутку, но в коридоре раздалось протяжное кошачье мяуканье. Она уже спустила ноги с кровати, чтобы выглянуть в коридор, но, когда со стороны окна что-то поскреблось, замерла на месте.

Во власти холодного ночного света и студеного воздуха все страхи всплывали на поверхность. Для других они были беспочвенны, но только не для нее. Она еще помнила, какие вещи случились с ней по приезде в это место, поэтому просто сидела с колотящимся сердцем, подобрав под себя ноги. Среди неясных контуров предметов остались только она и, как подсказывала интуиция, нечто снаружи.

Тьму под дверью на краткий миг рассеял мигнувший свет, а затем Фрэнки отчетливо услышала шаги в коридоре. Медленные и тяжелые, под которыми проседал пол. Она сделала судорожный вдох, но он застрял где-то в глотке, так и не дойдя до легких. Сердце пустилось в бешеную гонку, на коже выступил холодный пот, сразу же впитавшийся в пижаму.

Фрэнки знала чувство страха: он внезапным ударом выбивал воздух, и на секунду казалось, будто падаешь с огромной высоты. Но то, что она испытала, когда к шагам присоединился скребущий звук, точно лезвием вели по настенным панелям, называлось по-другому. Это был самый настоящий ужас. Именно он ледяным холодом пульсировал в животе, парализуя тело. Под грохот сердца Фрэнки могла ощутить, как шевелились волосы на голове. В уголках глаз собрались слезы. Даже Рут позвать не было сил, потому что сковывающий яд проник в разум.

Отпустило ее, только когда тяжелые шаги остановились перед их комнатой. Несмотря на тьму снаружи, Фрэнки все равно видела очертания обуви. Словно в любовном жесте, рука с другой стороны не спеша погладила дверь.

– Рут… – дрожащим голосом позвала Фрэнки. – Рут, проснись!

Девушка со стоном пошевелилась и открыла глаза. Очевидно, вид Фрэнки говорил лучше слов, поэтому она сразу же села в кровати и тоже уставилась на дверь.

– Эмили? – Рут отползла к самому изголовью, когда нечто за дверью подошло еще ближе.

Внезапно кошачье мяуканье повторилось, затем по коридору пронеслось низкое грозное завывание, как если бы дрались коты. Казалось, что если снаружи действительно находился кот, то и он приближался к ним. Шаги зазвучали глуше, а кот продолжал давиться шипением.

В одно мгновение все стихло. Они переглянулись, когда на дверную ручку с дребезжанием легла чья-то рука и дверь со скрипом поползла в сторону.

Напряжение держало Фрэнки уже слишком долго, поэтому, когда яркие кошачьи глаза блеснули в темноте и раздался истошный крик животного, они с Сибли только дернулись. В коридоре будто происходило сражение.

Рут, немного осмелев, но все еще опасаясь наступать на пол, перешагнула на кровать к Фрэнки, где они обнялись.

– Что за хрень там вообще происходит?! – в панике спросила Рут, но они тут же взвизгнули, когда в комнату вбежал черный кот. – О боже!

На них уставились желтые глаза. Кот нетороп-ливо терся боками о дверь, пока та со