Читать книгу - "Виланд - Чарлз Брокден Браун"

в голосе Карвина не было легкого сходства с голосом того человека, который хотел перерезать мне горло? Тогда у него был сообщник, теперь же он явился один. Тогда он хотел только моей смерти, теперь же задумал более ужасное преступление. Как же я была благодарна за то, что существует сила, способная спасти меня! Эта сила была невидима. Я воспринимала ее только на слух. Как же мне узнать, что это такое? Эта сила направлена против злодейских замыслов человека, который угрожал гибелью всему, что мне дорого, человека, чье коварство является непревзойденным. Ничто не может спасти меня от него. Мое безрассудство только подстегнуло его и лишило осторожности. Я не дала ему возможности передумать и пощадить меня. Знай я о том, кто мой враг, я бы решила, что мне от него не спастись. Похоже, что и мой невидимый покровитель этого опасался. Почему он так настойчиво требовал не открывать дверь чулана? Какое же непонятное чувство заставило меня не прекращать своих попыток открыть ее?

И все же я вела себя по-умному. Карвин, не догадываясь о моем безумии, приписал его моей осведомленности. Он думал, я знала о том, что он находится в чулане и что я могла узнать об этом только от моего небесного покровителя, его врага, и это напугало его.

Карвин знает все о природе и намерениях этого существа. Может быть, это человеческое существо? Нет, человеку такое недоступно. Почему он обо мне заботится? Или же, если это простой смертный, не вспомню ли я кого-то, кого мои добрые дела заставили меня полюбить? Насколько далеко простирается моя власть над ним и как долго он сможет покровительствовать мне? Был ли это мой ангел-хранитель? Разве человек, со всеми своими способностями, может получить более веские доказательства существования беспредельных и милосердных сил, чем те, которые получила я?

Но кем же был этот мой покровитель? Голос, который принадлежал сообщнику Карвина, замешанному в преступном заговоре, предостерег меня против посещений летнего домика. Он уверял меня, что опасность кроется только там. Его уверения оказались ложными. Действительно ли он отказался от участия в заговоре? Может быть, его целью было заставить меня не приходить туда больше? И не потому ли он запретил мне говорить об этом, что преследовал какие-то преступные цели?

Кроме меня, в летний домик никто не ходил. Сзади его трудно было увидеть из-за скалы, а спереди его загораживали вьющиеся растения и ветви кедров. Где еще можно было найти более подходящее убежище? Прежде там царил дух радости и невинности. Это был храм, освященный воспоминаниями о днях детства и мечтами о счастливом будущем. Какая мрачная перемена произошла с тех пор, как там появился этот зловещий незнакомец! Возможно, теперь именно там он строит свои планы, именно там зарождаются и зреют злобные замыслы, которые боятся света и целью которых является осквернение невинности.

Вот такие мысли не давали мне спать всю ночь. Я припомнила все разговоры, в которых Карвин принимал участие. Я старалась сделать правильные выводы из его слов и поступков, сравнивая их с тем, как он вёл себя раньше. Я раздумывала о том, что он сказал по поводу того разговора двух преступников в чулане. Тогда он ничего нового мне не сказал. Я даже была разочарована тем, что мой рассказ его не слишком удивил. Он никогда прямо не высказывал своего мнения о природе происхождения этих голосов и не говорил, считает ли он их реальными или воображаемыми. Он не предлагал никаких мер для того, чтобы предостеречься от опасности или как-то помешать ей.

Но какие меры надо предпринимать? Исчезла ли грозящая мне опасность? Разве мне сейчас нечего бояться? Я была одинока и беззащитна. Я не могла предугадать намерений этого человека и распоряжаться его действиями. Какая у меня была уверенность в том, что он снова не захочет исполнить задуманное и не вернется обратно?

При этой мысли меня снова охватил страх Как же я жалела о том, что я совсем одна, и как жадно я ждала, чтобы наступило утро! Но я ничего не могла поделать. Сначала я хотела позвать служанку, чтобы она спала в моей комнате, но потом поняла, что толку от нее будет мало. Затем я решила убежать к брату, но меня удержала мысль о том, что время очень позднее, что мой приход причинит огромное беспокойство, что мне придется давать объяснения, что по дороге меня могут ожидать новые опасности. Я также начала думать, что Карвин вряд ли вернется. Он сам отказался от выполнения своего замысла и ушел без колебаний.

Конечно, сказала я себе, существует некая всемогущая сила, способная изменить планы такого человека, как Карвин. Божественная сила, которая защитила меня от него, позаботится обо мне и в будущем. А моя трусость заслуживает только того, чтобы мои страхи оправдались.

Едва я подумала об этом, как услышала шум шагов. Кто-то шел по площадке, находившейся перед входом в дом. Моя самоуверенность тут же испарилась. Это Карвин, подумала я; он пожалел о том, что ушел, и решил вернуться. Мысль о том,

что он мог вернуться за тем, чтобы охранять меня, не пришла мне в голову. Передо мной вновь встали сцены насилия и убийства, и меня охватил ужас, который почти совсем лишил меня способности предпринять меры к защите.

Только благодаря какому-то импульсу, который я едва могла осознать, я заперла дверь комнаты на замок и закрыла на засов. После этого я упала на стул, потому что дрожала так, что не в силах была удержаться на ногах. Кроме того, я вся настолько обратилась в слух, что жизнь во мне почти замерла.

Дверь внизу скрипнула. Похоже, ее не закрыли снова, а оставили открытой. Внизу раздались шаги; кто-то прошёл по коридору и стал подниматься по лестнице. Как я проклинала свою глупость! Почему я не пошла и не закрыла входную дверь, когда Карвин ушел? Может быть, он из-за этого решит, что мой ангел-хранитель покинул меня, и это укрепит его в его злодейских замыслах?

С каждым его шагом отчаяние все сильней охватывало меня. Во всяком случае, надо было как-то себя обезопасить. Как же плохо я представляла себе, что мне следует делать в таком затруднительном положении! Вы подумаете, что осторожность и отчаяние заставили бы вас поступить точно так же, что мне и следовало без колебаний прибегнуть к тем средствам защиты, которые были в моем распоряжении. На моём столе лежал раскрытый перочинный нож. Я вспомнила о нем и схватила его.