Читать книгу - "Молот Тельхинов - Дмитрий Александрович Емец"

Фро охватило безразличие. Какая-то погибшая Рыня, какой-то Мировуд, в очередной раз её подставивший, какой-то брат с идиотским именем, Эйрик вроде явился на помощь и снова исчез…

А Гроотсленг как раз, похоже, заинтересовался, что за муха влетела ему в глаз, и принялся шарить вокруг щупальцами.

Фро лежала на спине и смотрела во мрак. Слышала, как копошится в темноте Гроотсленг.

«Всё-таки надо найти нож! – вяло подумалось ей. – Я буду держать его в руке, и когда Гроотсленг меня сожрёт, то хотя бы подавится ножом… Смешно! Ха!»

Фро загребала руками, лёжа на спине, точно плыла. Что-то брякнуло в темноте. Но это был не нож, а нечто иное. Фро ощупала предмет, всё ещё надеясь, что он может послужить оружием. Что-то костяное, полое, с бороздками.

– Кость, что ли?

В досаде Фро размахнулась, чтобы запустить в Гроотсленга хотя бы этой костью. И вдруг случился последний проблеск сознания: да ведь это рог, за которым её послали в пещеру!

Фро поднесла рог к губам и протрубила. Это был тот первый звук – низкий, хриплый, – который переполошил гномов и вызвал нашествие червядл. Дрожали стены, потолок, раскалывалась голова. Очевидно, от боли она ненадолго потеряла сознание.

Придя в себя, Фро поняла, что стало чуть светлее, потом ощутила жар. Пол пещеры треснул, и снизу, подрагивая, подступала раскалённая лава. Густое месиво, мерцавшее багровым и алым, казалось живым и мыслящим существом. Фро перевернулась на живот и принялась медленно отползать от огненной трещины. Гроотсленг заволновался. Забыл о гморфах, о Фро, стал отдёргивать щупальца, соображая, куда бежать. Лава – это гнев земли, и какой бы хтонью ты не был, встречи с лавой тебе не пережить.

Сжимая в руках рог, задыхающаяся, отравленная ядом, полуживая, Фро ползла. За ней подтягивал тяжёлое туловище Гроотсленг. Лава поджаривала ему пятки.

«Сейчас догонит. Мне конец. Но надо, чтобы и он погиб!» – подумала Фро.

Она поднесла ко рту рог и ещё раз протрубила. Звука не услышала, но стены пещеры задрожали, посыпались камни. Всё стало ослепительно-алым, смертельно ярким. Что-то врезалось во Фро сбоку, и она опять отключилась. Очнувшись, Фро с удивлением поняла, что её волокут на животе по гномьей дороге.

Эйрик Зубастый, который не исчез, а просто затаился, решил, что пора удирать от лавы, и вот он летел по тоннелям, а за ним, не пойми как вцепившаяся в верёвку, тащилась Фро.

Она успела увидеть, как гнев земли настиг Гроотсленга: там, где была пещера, вскипело озеро лавы. Дальше Фро уже мало что помнила, но осознавала, что Эйрик тянет её вверх. Он отыскал почти вертикальный тоннель, а дальше закладывал безумные петли, на которые один и был способен.

И вроде бы наверху уже смутно брезжил свет, когда тряска внезапно прекратилась. Фро больше никуда не тащили. Она лежала в кромешной темноте. Было холодно. Фро пыталась ползти, но не знала куда. Яд лишал её воли и разума. Силы её покинули.

– Я только немного отдохну, – сказала себе Фро, подложила руки под голову, закрыла глаза и провалилась в ещё бо́льшую черноту.

И тут что-то коснулось её щёк, затем висков. Фро почудилось, что это чьи-то ладони. Прохладные руки тормошили её, не давали уснуть. Кажется, кто-то даже ругал её, но слов она не понимала. Они были какие-то странные, состоящие из одних гласных.

Вначале пришла боль, которую Фро до сих пор не испытывала, – сразу во всё тело, до того совершенно онемевшее и почти чужое. Потом боль превратилась в тепло, и словно раздвинулась зелёная ядовитая завеса. Фро вновь начала видеть, дышать, мыслить и жить.

Рядом горел огрызок свечи. Свечку держали человеческие руки. Ближе к локтям руки начинали покрываться желтоватой, с тёмным подпалом шерстью. Торс девушки переходил в тело крупной рыси. Но Фро пока не понимала, что это рысь. Свет жил только в маленьком маслянистом пятачке вокруг свечки.

Свеча переместилась повыше, оказалась у чьего-то лица. Лицо было человеческое, но с него на Фро смотрели кошачьи глаза.

– Ты кто? – спросила Фро.

Девушка улыбнулась, и Фро испугалась её улыбки. Таких длинных, на стилеты похожих зубов, не встречается и у вампиров.

– аысь иоля, – ответила она.

Тускловатый, с молочным камешком обруч, вплетённый в её волосы, вспыхнул, и Фро поняла, что девушку зовут Фиоля и она арысь.

Глава 21

Два одиночества

Когда сражение с гномами подходило к концу и стало ясно, что на победу надежды нет, арысь ухитрилась нырнуть в окно бревенчатого дома. Она промчалась сквозь комнату, в которой сидели одеревеневшие от страха кикиморки, выпрыгнула в другое окно и дальше удирала согласно старинной традиции – огородами. Арысь проследила, в какую пещеру гномы затащили её друзей, и принялась дожидаться ночи. Будь она сейчас цезаревной, она умерла бы от ненужных волнений, но как арысь мало чего боялась. Только что спасшаяся от медведя кошка будет хладнокровно вылизывать лапу на дереве, изредка поглядывая вниз, чтобы выяснить, ушёл медведь или лезет следом.

А потом протрубил рог. С первым нашествием червядл гномы кое-как справились. Когда же рог протрубил повторно, арысь заметалась: куда деваться в осыпающемся коридоре, когда со всех сторон лезут бесконечные червядлы?.. Вскоре она обнаружила, что заблудилась. Тоннелей были десятки. Одни уходили вглубь, другие ветвились, а тут ещё лазы червядл и гморфов, гномьи дороги, шахты, вентиляционные отверстия, тупики – и всё это в темноте, с которой едва справлялись даже лесные глаза арыси.

Вдруг мимо неё, едва не впечатав её в стену, промчался бронированный гморф. За гморфом, держась за верёвку, быстро скользила девушка. Пока ошеломлённая арысь осмысливала увиденное, тоннель заполнился червядлами. Фиоля переждала их нашествие, забившись в боковой лаз, а потом помчалась по следу девушки. Времени прошло уже довольно много, Фиоля тревожилась… Вскоре она почувствовала: впереди кто-то есть.

Девушка лежала неподвижно. Она была вся исцарапанная, с ног до головы покрытая скальной пылью, словно серым гримом. Ни бровей под ним не было видно, ни губ, ни одежды. Девушка умирала. Арыси захотелось помочь ей. Она видела, что под скальной пылью девушку опутывает зеленоватая ядовитая поволока, похожая на плесень.

Не зная, как она это делает, арысь протянула руку и стала счищать эту плесень. Нужно было убрать её тщательно, не оставив ни кусочка. Плесень поначалу сопротивлялась, но затем поддалась, будто арысь ухватила мокрую расползшуюся губку. А потом арысь осознала, что руку протянула мысленно, потому что её руки, оказывается, придерживали девушку за плечи.

Ни один маг до конца не понимает, как действует его дар. И арысь