Читать книгу - "Молот Тельхинов - Дмитрий Александрович Емец"

class="p1">– Рог похищен. И это произошло в тот день и час, когда вы явились в Костянку. Из этого мы делаем единственный правильный вывод: похищение рога как-то связано с вами.

– Но Тарарах спас вашего гнома! – воскликнула Тень.

Белоснежка кивнула.

– Я видела. И меня это впечатлило. Но если наши пещеры заполнят червядлы, его поступок ничего не будет стоить. Поэтому верните нам рог!

– Не вернём! – как всегда некстати брякнул Рюрик. Он, конечно, хотел сказать, что не вернут они рог потому, что у них его и отродясь не было, но Маргарите было выгодно повернуть всё по-своему.

– Гномы! Все слышали, что сказал этот толстый подросток? Они не вернут нам наш рог! – крикнула она.

Рюрик оскорбился и погрозил белоснежке кулаком. (Упитанным, богатырского сложения людям всегда неприятны такие намёки, особенно если они будущие вожди лосемедведей.)

– Гномы! – возмутилась Маргарита. – Вы позволите ему угрожать мне? Бросить их в Тесную пещеру!.. Рюх!

Старший бородач подал знак. Гномы сомкнулись вокруг пленников.

– Зачем вы это делаете? Почему вы не любите людей? Вы же сама человек! – воскликнул Кузя, обращаясь к Маргарите.

У той судорожно дрогнул угол рта. Кажется, она давно не мыслила о себе как о человеке, а только как о sneggi.

– Кто человек? Я? – процедила она. – Да, я была когда-то человеком. Радостная, краснощёкая девчонка! Носилась по лугу и радовалась жизни, пока однажды в наши края не заявились семеро молодых гномов с мешком. Они где-то спрятались, мешок оставили открытым, а в нём были всякие вкусности и горсть блестящих камней… Так я оказалась в пещерах… Не скажу, что со мной тут плохо обходятся. Гномы выполняют все мои желания. У меня ключи от всех сундуков…

– Но людей вы не любите… – сказала Тень.

– И знаешь почему? Когда меня украли, никакие отважные охотники и герои из нашего племени не клялись, что сносят семь пар железных сапог и изгрызут семь алмазных краюх хлеба, пока не найдут меня, жалкую заплаканную девочку! Я знаю, что под землёй, в пещерах, меня никто бы никогда не отыскал. Но ведь и не пытались! И вот я стала sneggi, и теперь мои дети-гномы крадут таких же белоснежек… Унесите их!

Гномы взметнули Кузю, Рюрика, Тень и Тарараха над головами и потащили вниз, петляя по проходам и узким лесенкам. Наконец их куда-то втолкнули и захлопнули дверь.

Пещера не была тесной, только сырой. Кто-то в ней непрерывно посвистывал. Это был сквозняк, живший в сотнях щелей.

Глава 19

Волхв и муха

Он обнажил меч и выступил против Ангантюра, и каждый вслух послал другого в Вальхаллу.

Сага о Хервёр и Хейдреке

После приключений в упырском трактире Толстый Герцог и Мировуд перебрались от греха в трактир на соседней улице. Его содержал полутролль-полуэльф Эуоялаяо, личность сомнительная даже для Костянки. Заведение считалось роскошным. Внутри прозрачных колонн, наполненных водой, завораживающе шевеля хвостами, плавали русалки. Временами то одна, то другая всплывала и принималась зазывно петь. От пения клиенты теряли память, после чего мешочки с монетами и ценные украшения обычно бесследно исчезали.

А ещё здесь был ринг. На ринге задиристо прыгал тот самый малютка Бокси – тощенький, со смятыми ушами, переломанным носом, рассечённой бровью, с ног до головы покрытый шрамами. Он дрался с пузатым четырёхруким великаном, размахивающим кулаками, как мельница. Малютка Бокси врезался в канаты ринга и рикошетил как раз на кулак великана. Удивительно, но Бокси всякий раз поднимался, а великан уже малость подустал.

Всякий раз, как Бокси вскакивал, публика приветствовала его криками.

– Поверишь ли, за всю свою карьеру он не одержал ни единой победы! Всегда выбирает слишком сильных противников, – сказал Мировуд, любуясь Бокси.

– Зачем? – спросил Герцог.

Волхв поискал что-то у себя в бороде, искомого не обнаружил и перекинул бороду через плечо.

– Ну как зачем? В магическом мире полно сильных бойцов. Всякие там полубоги, сказочники, хтонь. Какой-нибудь крошка-эльф, имеющий достаточное количество магии, легко может поднять носорога и никого этим не удивит. Здешним жителям не особо интересно наблюдать за силачами и победами. А вот Бокси – это Бокси. Сила духа, возведённая в абсолют. Не тот выиграл, кого свалили, всех валят, если на то пошло, а тот, кто после этого быстро вскочил! Потом, когда тебе самому плохо, вспоминаешь Бокси – и становится чуть легче.

К Мировуду, узнав его, подошёл хозяин трактира. Они обменялись парой слов, и полутролль-полуэльф провёл их в комнату. Комната была тесной и пыльной, без единого окна, зато с двумя кроватями. На одну из них волхв немедленно взгромоздился, вонзив копейный наконечник посоха в доски пола.

– Предлагаю вздремнуть! – сказал он. – Глупец, когда переживает, не спит вообще и выгорает как головешка. Гений же поступает по строго противоположному алгоритму! К Гроотсленгу путь неблизкий, так что мы, как гении злодейства, подождём возвращения Фро оптимальным способом.

Герцог прилёг на соседнюю кровать. От его богатырского веса кровать заскрипела. Герцог осторожно пошевелился, проверяя, не вылезли ли из спины шипы.

– Что ты искал в бороде? – полюбопытстовал он.

– Блоху, – с зевком ответил Мировуд.

– Какую?

– Видишь ли, есть такая золотая блошка, единственная в мире! Она странствует по бородам варягов. В каждой бороде она проводит не больше минуты, после чего перепрыгивает дальше. Но если в тот момент, пока она в бороде, произнести желание, оно сбудется.

– Это же здорово!

Мировуд покосился на Герцога так кисло, что за стеной вода у русалок покрылась тиной.

– Это с какой стороны взглянуть. Обычно никто из варягов понятия не имеет, что у него в бороде золотая блоха. И хорошо, если произнесённое желание будет великим и дерзновенным. Чаще варяги произносят что-то в духе: «чтоб я сдох» или «чтоб я лопнул»… И всё это, разумеется, моментально сбывается!

– А что пожелал бы ты, запрыгни тебе в бороду золотая блоха? Парад марширующих скелетов? Чего вообще хотят некромаги? – спросил Герцог.

Мировуд ничего не ответил и закрыл глаза, притворившись спящим. Вопрос Герцога сильно задел его, хотя он и не подал виду. Пока некромаг молодой, ему нравится управлять костями, вызывать мертвецов и разговаривать с отрубленными головами. Ещё приятнее, когда рядом красивая девушка, которая, округлив глаза, наблюдает за всем этим с благоговейным ужасом. Но чем опытнее становится некромаг, тем отчётливее он осознаёт, как мало он на самом деле может.

Он ничего не творит. Лишь играет с поломанными игрушками, в которых и души-то давно нет. А вот сотворить ничего своего не умеет – даже отрубленную руку не смог бы воссоздать с