Читать книгу - "Крепкий Орешечко. Без фильтров. Сезон 1 - Ксения Александровна Комарова"

просто не обращать внимания? – предложил я. – Сами рано или поздно отстанут.

Васаби задумчиво смотрела на креветку, насаженную на вилку.

– Я не хочу, чтобы они совали нос в мои дела. Ты не представляешь, что мама творит в последнее время. Вынюхивает, подслушивает. Как Анатолий, только в сто раз хуже. А потом еще и допрашивает, не связалась ли я с каким-нибудь отморозком.

– А ты связалась? – с тревогой спросил я.

– Да! – ответила Васаби, хрустя креветочным хвостом. – Он конкретно отмороженный.

И выразительно посмотрела на меня.

– Короче, меня все достало. Особенно родители, – подытожила она.

– Рано или поздно мы от них съедем.

– И они будут скрестись в дверь. Съезжать придется сразу на Луну. Два года спокойных – пока они копят на луноход.

По большому счету Васаби права. Личная жизнь постоянно становится общественной. Всем есть дело до того, куда мы идем, что едим, как одеваемся и насколько часто дышим. У китов похожие проблемы. Куда ни поплывут, всюду экспедиции, камеры, ученые, обеспокоенные экологи. От такой жизни кто хочешь вымрет.

Надо найти способ освободиться. И тут я вспомнил, что еще зимой отец обещал оплатить мне психолога. Вот у кого можно спросить, как отделаться от родни! Васаби сказала, что идея хорошая, но в голосе у нее звучало сомнение. Совсем отчаялся человек. Ничего, мы еще посмотрим, кто кого!

Пролетая над гнездом Сережи

Психолога я выбирал тщательно. Нельзя же, чтобы в твоей голове копался жалкий недоучка, инфоцыган или нехорошая личность. Отец настаивал на полной анонимности: записаться под чужим именем, оплатить наличкой, уходя, запутать след. Мама очень хотела пойти вместе со мной, чтобы разложить проблему по полочкам; отец сказал, что мама примелькалась в городе, все знают ее как жену известного адвоката, и кто-то может решить, что в семье кризис, скандалы и развод. Меня заставили надеть куртку с капюшоном, очки на пол-лица, убогую одежду в стиле «выношу мусор» и велели взять такси от какого-нибудь ТЦ. Шпионы и те меньше заморачиваются.

Клиника находилась в историческом здании с колоннами в виде голых людей. Внутри сидела бабушка с журналом и регистрировала клиентов.

– Кукухин, – представился я. – Димочка.

– С какой проблемой к нам пришли?

– Подростковая депрессия, – сказал я. – Нарциссизм. Синдром самозванца. И кажется, прогрессирующее слабоумие. Лечиться хочу.

– Записка от родителей есть?

Я достал мятый листок, на котором отец написал, что доверяет мне, Дмитрию, точнее Лжедмитрию, Кукухину самому нести ответственность за свое здоровье в течение трех часов. А дальше понесет опять он.

Бабушка изучила листок, взяла деньги и показала мне на дверь единственного кабинета.

– Ожидайте. Максим Максимович занят. Он вас вызовет.

Сел ждать. Шло время – никто меня не вызывал. Я начал думать, смогу ли доиграть в тетрис до конца, и тут дверь скрипнула.

– Людмила Васильевна, как там у нас с клиентами? – сонно спросил лысый дядька.

– Ой! Вот клиент! – сказала бабушка. – Примете?

Лысый посмотрел на меня без интереса.

– Проходи.

Внутри была комната, набитая игрушками. В углу стоял вигвам, рядом с ним стеллаж с деревянными пазлами, пирамидками, счетами. И огромный плакат с губами и языками. Неужели я попал в логово логопеда?

– Снимаю кабинет у монтессори-педагога, – сказал лысый, заметив, что мне не по себе. – Садись куда можешь.

Выбор был небогатый. Гномьи стульчики, пуфик или кресло-мешок. Себе лысый забрал единственное человеческое кресло, положил на колени планшет с листочком и кисло улыбнулся. Я барахтался в кресле-мешке.

– Что привело тебя ко мне? – ласково спросил лысый.

– Родители, – пропыхтел я.

– Понимаю. Самая частая причина обращений. Давай проведем короткое анкетирование. Важно отвечать на вопросы честно, тогда я смогу тебе помочь. Согласен?

Я согласился.

– Назови пять своих достоинств.

– Носки с авокадо, – не задумываясь сказал я. – Красивый почерк. Умею выбирать одежду. Быстро бегаю. А пятое… даже не знаю, у меня только четыре.

Лысый что-то записал на листке и хмыкнул.

– Теперь пять недостатков.

– Отец говорит, что я несерьезный, несамостоятельный, нервный, неспортивный и не думаю о будущем. Мама говорит, что я много болею, плохо питаюсь, отбился от рук еще в третьем классе, живу на всем готовеньком и мало гуляю с собаками. Васаби говорит, что я…

– Васаби?

– Это моя подруга. Короче, я липкий и совсем не помогаю вычислить Кристину Нетакусю.

– Что?!

– А Кристина Нетакуся считает, что я пупусечка и дурашечка. В чем-то она даже права.

Лысый схватился за голову. Надо же, как удобно это делать, когда волосы не мешают! Возьму на заметку.

– У тебя свое мнение есть или ты его дома забыл? – спросил лысый, когда успокоился.

– Конечно есть. Я классный. Раньше немного беспокоился, что не мужик, но потом выгодно продал кота, и меня отпустило. Давайте следующий вопрос.

Лысый поправил воротничок рубашки и странным голосом зачитал:

– Если бы к тебе приплыла золотая рыбка, что бы ты у нее попросил?

– У вас опросник для младших классов, да? Глупо просить что-то у рыбы, тем более аквариумной.

– Ладно, попроси у бога.

– Я агностик.

– Черт с тобой! – разозлился лысый. – Кем мечтаешь стать?

– Арт-директором смысловых полей или пилотом боевого робота. Но можно еще бровистом, тренером творческих состояний или ликвидатором систематических катастроф.

– Ты где такого понабрался?

– В интернете. Не пользуетесь?

Было видно, что лысый разволновался. Закрыл глаза, скрестил руки и минут пять глубоко дышал. Наверное, у него с интернетом связана травма. Надо бы поаккуратнее, а то совета мне не видать как своих ушей.

– А давайте про эдипов комплекс поговорим! – решил я сменить тему. – Как вы думаете, если человек заводит двадцать мопсов, это нездоровая ситуация? Вы не подумайте, это я не про мою маму, а про знакомую спрашиваю.

– При чем тут эдипов комплекс?! – закричал лысый и даже вскочил.

– Это не он? Здорово! Прямо камень с души. Тогда еще вопрос. У меня один знакомый коллекционирует галстуки. Тревожный сигнал, да? Красный флаг? Насторожиться?

– Обязательно, – простонал лысый.

– Я так и знал! А если человек постоянно говорит о спасении выхухоли? Болезнь или вариант нормы? Я полистал справочник, пишут, что так иногда проявляет себя биполярное расстройство. Одна половина мозга хочет кого-то спасти, а другая – уничтожить.

В кабинет заглянула бабушка.

– Максим Максимович, принести вам чаю?

– Несите, – махнул рукой лысый.

Появились кружка, ложка, чайный пакетик и кипяток.

– А вы в курсе, что в состав чайного пакетика входит хлор и это удар по костной системе организма? – спросил я. – Разрушаются зубы. А полипропилен…

– Мальчик, ты зачем сюда пришел? – спросил лысый, отхлебывая чай. – Что тебе от меня надо?

– Я решил сепарироваться от родителей по науке! – сказал я. – Разрезать пуповину. И вы мне можете в этом помочь!

– Интересно, как?

– Погодите, я все принес.

У меня были заготовлены веревка и ножницы. На психологическом сайте «Здоровый мозг» была подробная инструкция, как отсечь родителей и зажить самостоятельно. Жаль, что психолог не в курсе, как это делается.

– Представьте, что вы моя мама. Нахмурьтесь, пожалуйста. Сядьте так, как будто вы решили принять форму помещения. Локти и колени в стороны. Вот, просто отлично! Теперь берите веревку и тяните меня к