Читать книгу - "Да, мой король - Елена Михалёва"

предпочёл бы простоять так с ней всю ночь, а к утру превратиться в слившуюся с ней воедино статую. Хотел бы, чтобы их жизнь вновь сделалась такой же простой и беззаботной, как четыре года назад. Но Аннелин глядела на него испуганно и сердито.

– Нел, ты очень поспешила, – Ричард снова притянул её ладонь, чтобы поцеловать. – Я бы рассказал, но чуть позже. Теперь будет скандал.

– К дьяволу! Пусть будет! – она гневно тряхнула головой, выбившиеся из причёски белые пряди негодующе последовали за этим движением. – Пусть скажут, что король развлёкся с иностранной аристократкой. Побывал в Солверине, не покидая собственной кровати. Плевать. Твоей чести это не угрожает. А моя честь и не такое выдерживала.

– Не кричи, – он поймал её запястья. – Я сейчас всё расскажу. Обещаю.

Ричард поднял с пола её шаль и потянул женщину к двум креслам у камина. В одно усадил Аннелин, накрыл её плечи шалью и сел в кресло напротив.

Он сложил руки в молитвенном жесте. Ричард посмотрел на Аннелин поверх них, будто любовался её экзотической красотой, которой никогда не мог насытиться сполна.

Женщина терпеливо ожидала его исповеди.

– Нел, всё, что ты сейчас услышишь, должна тотчас забыть, – осторожно начал он. – Я поведаю тебе только самую суть. Подробности могут быть опасны, а я не хочу, чтобы ты была втянута сверх необходимого.

Баронесса вздохнула.

– Выкладывай всё, что можешь открыть, – она откинулась на спинку кресла и скрестила вытянутые вперёд ноги. – С места не сдвинусь, пока не услышу правду.

Шенборн смотрел на баронессу с жадностью. В отсветах огня от потрескивающего камина её кожа казалась золотистой, а россыпь веснушек напомнила ему созвездия на небе. Возвратила в те времена, когда он чертил пальцем невидимые линии меж ними, придумывая названия этим вымышленным созвездиям, а Нел смеялась в ответ и жмурилась от удовольствия. Ему ужасно не хватало тех дней, в которые единственной заботой становилось стремление не быть пойманными. Это пугало и вместе с тем вызывало живой азарт. Но сладостные, беспечные годы остались позади.

Часы на каминной полке показали полночь. Минутная и часовая стрелка соединились в одну линию, назидательно указывая вверх.

И Ричард без лишних подробностей поведал Аннелин обо всём, что произошло. Он говорил тихо. Она слушала, не перебивая. В последнюю очередь граф открыл ей те свои планы и подозрения, в разрешение которых она могла оказаться втянутой. Леди Босуорт коротко кивнула.

– Я надеялся, что Роб захочет взять тебя с собой в поездку. И боялся, что Марлоу или твой муж не позволят тебе приехать, – признался Ричард.

– Мой муж слишком занят делами в Норкасле, чтобы вмешиваться в мою службу при наследнике, а Марлоу я намекнула, что была бы счастлива сопроводить принца и взглянуть на свою старую родину, – Аннелин подалась вперёд и положила руку на колено графа. – Рихард, ты в чудовищном положении, ты ведь это понимаешь?

Ричард снял её ладонь со своей ноги и ласково сжал.

– Именно поэтому мне нужна твоя помощь, – он ещё больше понизил голос, придвигаясь ближе. – Помнишь дом, который я купил на окраине Мейнхила? Не забыла, под каким кирпичом в стене спрятан запасной ключ?

– Конечно, – она кокетливо улыбнулась, на миг позабыв о тревоге за старого друга.

– Превосходно, – граф сплёл их пальцы. – Ты должна пойти туда. Под половицей у окна в кухне ты найдёшь шкатулку. В ней моя переписка с Вильгельмом. Ты должна уничтожить все письма, кроме того, что пришло в марте этого года. Оно там одно. Не перепутай.

– И что с ним сделать? – Аннелин погладила большим пальцем тыльную сторону его ладони, успокаивая. Кожа мужчины была горячей и чуть сухой.

– Спрячь, – велел он. – Так, чтобы никто не знал, где оно. А когда придёт время, я скажу, что с ним сделать. От этого письма зависит моя жизнь.

Ричард закусил губу.

– Я всё сделаю, не беспокойся, – заверила его женщина. Она накрыла его руки свободной ладонью и спросила: – Что же с тобой будет?

– Не имею ни малейшего представления, – честно ответил граф фон Шенборн. – Но уйти просто так я не могу. Не только из-за Хальбургов. Из-за Атенлау. Королевство страдает. Народу нужен сильный правитель. Не мятежник. Не интриган. Но человек, который видит проблемы такими, какие они есть на самом деле.

– Тебе не нужна корона, чтобы быть королём, – с уверенностью вымолвила Аннелин. – Ты можешь править Атенлау и другими способами, подумай об этом.

Ричард ничего не сказал. Лишь смотрел в её удивительные разноцветные глаза и думал о том, что, возможно, это последний раз, когда они проводят время вдвоём. И, быть может, вообще последние дни, когда они видятся. Ему хотелось запомнить Нел именно такой: близкой подругой, с которой они делят не просто постель, но бессчётное множество убийственных тайн друг друга.

– Вчера, пока вы совещались, я гуляла с детьми и твоей принцессой, – женщина улыбнулась, выражая одобрение. – Она очень мила и воспитанна. Не говорит лишнего. Не витает в облаках, как другие юные девы. Думаю, вы могли бы сойтись с ней, как ты и планировал…

– Нел, прошу, не нужно об этом, – Ричард болезненно поморщился, отстраняясь. Он отпустил её руки, чтобы запустить пальцы в волосы. – Всё это сейчас не просто не имеет смысла, но даже опасно. Я могу погубить её.

– Дьявол, – она с усмешкой щёлкнула пальцами. – Да ты влюблён, как мальчишка. Эта девушка покорила твоё беспокойное сердце!

– Нел, – Ричард потёр лицо. – Ты себе даже не представляешь, о чём говоришь. Маргарита должна оставаться моей сестрой во что бы то ни стало. Джо…

– Джо? – перебила его Аннелин. – Кажется, в вашем уравнении есть лишняя переменная?

Шенборн молчал. Он уставился на огонь с помрачневшим видом.

– Не лишняя?!

Снова молчание.

– Милостивый Избавитель, дай этому мужчины мудрости, – леди Босуорт с наигранной набожностью осенила себя благим знамением. – Ибо невозможно иметь двоих женщин одновременно и не надорвать здоровье. Слишком много напряжения на сей прекрасный детородный орган, на котором приходится вертеть в придачу целое королевство.

Она засмеялась с упоением. В приступе наигнуснейшего веселья.

Ричард перевёл на неё тяжёлый взгляд. Хотел осыпать проклятиями, но Аннелин веселилась так искренне, что он лишь тяжко вздохнул. А когда