Читать книгу - "Да, мой король - Елена Михалёва"

Отказать герцогу в танце с супругой он мог, но отослать прочь даму, которая сама попросила его о подобной милости, означало унизить её, выставив по меньшей мере дурой, а то и вовсе не обременённой моралью женщиной.

Конечно, с Аннелин он так никогда бы не поступил.

– Окажите мне честь, леди Босуорт, – ответил Ричард, стараясь не смотреть ни на кого в зале, кроме неё. Особенно на Маргариту, которая осталась позади, когда он подал руку Аннелин и повёл её в зал, где уже танцевали другие пары.

«Король» вежливо улыбался. Он изо всех сил старался сохранить невозмутимое выражение лица. Баронесса же глядела с дотошным любопытством. Так изучают вблизи картину знаменитого художника, чтобы лучше разглядеть мазки его кисти, но уж точно не смотрят на живого человека.

От этого взгляда король почувствовал холодные мурашки на спине.

– Как вы находите Атенлау спустя столько лет отсутствия в родных краях, миледи? – Ричард попытался придать голосу беззаботные интонации, но не мог отделаться от ощущения, будто баронесса крепко держит его не за руку, а за самое дорогое. И с каждым их шагом в танце эта хватка сжимается стальным капканом.

Аннелин на мгновение закусила нижнюю губу, а потом изрекла едва различимым шёпотом.

– Я нахожу, что ты чёртов лжец и проныра, – она говорила, почти не размыкая губы. При этом улыбалась всё также сладко, как и до этой фразы.

Ричард медленно моргнул.

Они разомкнули руки, обогнули несколько пар и встретились снова в другом конце зала.

– Миледи? – Шенборн изогнул брови с видом удивлённой невинности. – Вам нездоровиться? Может, присядете?

– Не надо выставлять меня сумасшедшей, – её губы едва не коснулись его уха. – Я знаю каждый сантиметр твоего проклятого тела едва ли не лучше, чем своего собственного.

Король рассмеялся. Вышло несколько натянуто.

– Мне думается, что вы слегка перебрали, моя госпожа, – шёпотом заметил он. – Вам лучше присесть. Или пойти в свои покои и прилечь.

– Я прилягу рядом с твоим тёплым трупом тотчас, как палач отрубит твою голову, – произнесла Аннелин почти что сквозь зубы. – Если ты не расскажешь мне, что тут, чёрт тебя подери, происходит, я сдам тебя этим акулам. Клянусь, они разорвут тебя в клочья.

С этими словами баронесса крепче стиснула его ладонь, впиваясь ногтями в кожу.

Стон боли Ричард спрятал за новым тихим смехом.

– Миледи, я вас не понимаю, – пробормотал он, когда она ослабила хватку.

– Даю время до полуночи, – Аннелин отстранилась от «короля» и опустилась в глубоком реверансе, поскольку танец уже закончился, а после громче сказала: – Благодарю, Ваше Величество.

Все присутствующие в зале аплодировали королю и королеве. Оба монарха улыбались. Но Ричарду захотелось провалиться сквозь землю незамедлительно. Допущенная оплошность могла всё разрушить, и он это отлично понимал.

Но вопреки его опасениям вечер продолжился всё так же весело.

Леди Аннелин Босуорт на Шенборна больше ни разу не взглянула.

* * *

Часы показывали без четверти полночь.

Но Ричард не смог бы уснуть, даже если бы очень захотел.

Он мерил королевскую спальню широкими шагами, будто запертый в клетку зверь.

Банкет давно завершился. Все разошлись по комнатам, включая королеву Джованию. День выдался чересчур насыщенный. К столь позднему часу все обитатели дворца должны были видеть сны. Но только не Шенборн.

Граф остановился возле открытого окна. Нервным движением пригладил бороду, а потом заложил руки за голову. То ли разминал мышцы. То ли хотел вырвать свои волосы от досады.

– Ваше Величество, не желаете ли переодеться ко сну? – с опаской спросил Томас, который в очередной раз заглянул в спальню государя и увидел всё ту же картину.

Монарх остался в брюках, обуви и нижней белой рубахе, заткнутой кое-как за пояс. В таком виде он провёл почти два часа. Не злился на слуг, не кричал, не срывался, но и особо вообще никак не реагировал. Лишь продолжал обдумывать некие тревожные мысли.

Томас в нерешительности переступил с ноги на ногу и повторил вопрос:

– Ваше Ве…

Король резко обернулся. На его лице читалось глубочайшее страдание.

– Том, – монарх прочистил горло. – Приведи ко мне леди Босуорт. Немедленно.

– Леди… Босуорт? – лакей побледнел. – Баронессу Аннелин Босуорт из свиты принца Роберта? В вашу… опочивальню?

– Да, ты всё верно понял, – Ричард устало вздохнул. Он рухнул в ближайшее кресло и добавил, закрыв лицо пятернёй: – Только сделай это так, чтобы не узнала королева.

Глава 24

Ричард ожидал, сидя в кресле, в самом тёмном углу спальни. Это ожидание давалось нелегко. Он нервически покусывал ноготь на большом пальце правой руки, когда дверь, наконец приоткрылась.

Аннелин Босуорт скользнула в сумрачное помещение белым призраком. Зашуршала юбками лёгкого платья. Поправила ажурную шаль на обнажённых плечах. Прищурилась, привыкая к темноте. И опасливо прошла дальше, к центру комнаты. Шенборна она заметила, лишь когда он встал с кресла.

Он поднялся рывком. Преодолел разделявшее их расстояние. И замер.

Леди Босуорт широко распахнула глаза, глядя на него снизу вверх. Она протянула руку. И сжала его нижнюю челюсть так сильно, будто пыталась наказать за что-то. Повернула лицо графа вправо, затем влево. Чтобы рассмотреть в подробностях всё то, что не успела увидеть во время праздничного вечера.

– Милостивый Избавитель, – протянула она.

Ричард горько усмехнулся, кривя губы.

И Аннелин Босуорт порывисто поцеловала его уста. Впилась губами с безмерной нежностью. Обвила его шею руками, уронив шаль на пол. Так утопающий хватается за спасительную соломинку в бушующем, чернильно-чёрном океане отчаяния.

Шенборн ответил на поцелуй. И наконец сомкнул руки за спиной женщины, обнимая её так тесно, будто бы ни дня не прошло с их последней встречи.

– Как же я скучала по тебе, Рихард, – прошептала она, когда, наконец отстранилась.

Ладонь Аннелин с трепетной заботой легла на его заросшую щёку. Ричард прижался к ней. Закрыл глаза. Ему казалось, что он не дышит. Что его мир разрушился окончательно. И под ногами не густой ковёр с длинным ворсом, а его раздробленные в крошево кости.

Женщина с досадой застонала, когда он поцеловал её пальцы, крепко смежив веки.

– Нел, – прозвище слетело с языка вспугнутой птицей.

– Я хочу знать, в какую именно задницу ты угодил, – проглотив подступившие слёзы, прошептала она. – И хочу знать прямо сейчас.

Шенборн нехотя открыл глаза. Он