Читать книгу - "Принцесса (не) должна умереть - Анна Сергеевна Платунова"

и отчаянные мои дни меня согревало воспоминание о том, как ты обнимала меня. Как поддерживала меня. Я помнила все твои советы, все твои рассказы и утешалась колыбельной, которую ты пела мне, укачивая на руках. Вся та доброта, ответственность и любовь, что есть во мне, — твоя заслуга. Ты была моей единственной настоящей матерью.

Теперь настала моя очередь защищать тебя.

Прошу тебя, где бы ты ни была, бросай все и возвращайся ко мне. Позволь мне заботиться о тебе. Позволь любить тебя так, как ты любила меня все эти годы. Я хочу, чтобы ты ни в чем не нуждалась, чтобы ты отдыхала, улыбалась и гордилась мной.

Я буду ждать тебя каждый день. Приезжай скорее, Мелли. Мне так тебя не хватает.

Любящая тебя, твоя маленькая Рин».

Эпилог

Я открыла глаза и некоторое время лежала, глядя в потолок, украшенный лепниной и позолотой. Люблю эти спокойные минуты перед наступлением долгого, полного забот дня. Два года прошло со времени Осенней смуты, как назвали в народе короткий период, когда власть перешла в руки революционеров. Два года пролетели как один миг. Столько всего пришлось сделать, чтобы вернуть Неверион хотя бы в то состояние, в каком он пребывал до начала восстания. Удивительно, как за пару месяцев временному правительству удалось разрушить все, что строилось веками. Но мы справились и сейчас начали потихоньку проводить реформы.

Я улыбнулась, повернулась набок и тут же обескураженно приподнялась на локте: подушка примята, но вторая половина постели пуста и уже остыла. Дорогой супруг, куда вы сбежали с утра пораньше? Ладно, это мы выясним, а у меня есть еще возможность поваляться в кровати, пока горничная Элси не постучит осторожно в покои. Каждое утро она по моей просьбе приходит в один и тот же час, чтобы разбудить меня, помочь мне одеться и уложить волосы.

Мой муж…

Вспомнилось утро после битвы в Долине Ветров и то, как я рыдала у Корвина на плече. От счастья, что все завершилось, что мы живы, что Неверион по праву принадлежит мне, и от пронзительного горя из-за того, что я теперь могу получить все, что желаю, кроме самого необходимого: любимого человека.

— Я никогда не выйду замуж, — шептала я. — Никогда.

Корвин целовал мои мокрые щеки и веки, гладил меня по волосам и не произносил ни слова, потому что и он, и я понимали: род Вальдарцев должен продолжиться. Что такое разбитое сердце королевы? Ее желания не в счет.

Мы с Корвином боялись встречаться взглядами, потому что в его глазах я видела отражение собственной боли и собственного мужества. Я не представляла, как я выберу в супруги другого мужчину, как разделю с ним ложе, невозможно было даже думать об этом. Корвин не касался этой темы, пока мы возвращались в столицу, сопровождаемые батальоном армии моего деда и капитулировавшим войском Хейла. Последние дни, когда мы могли притвориться, что у нас общее будущее. Я запечатлевала в памяти каждое мгновение…

На одном из привалов Вейн долго присматривался к моим покрасневшим глазам и выдал:

— Никак не могу взять в толк, Рин, из-за чего ты льешь слезы? Не похоже, что от радости!

— А как ты думаешь, нервы-то не железные! — напустилась на него Лейн. — Столько всего пришлось пережить. Рин нужно прийти в себя.

Майлз молчал, ковыряя угли в костре, но Майлз не был бы Майлзом, если бы его наблюдательность вдруг ему изменила.

— Что, если наплевать на все эти трухлявые законы и написать новый? — спросил он меня прямо. — Разве ты не королева, Рин, чтобы самой распоряжаться своей судьбой?

Друзья заинтересованно уставились на Майлза, догадавшись, что он в очередной раз понял нечто важное, опередив их.

Я сокрушенно покачала головой. Если я сейчас начну рушить устои, моя власть, еще непрочная, немедленно рассыпится.

— Так ты из-за генерала Райдера так расклеилась! — озарило Вейна. — Готовишься положить свою жизнь на алтарь…

Эрик без слов отвесил Вейну затрещину. А тот, как всегда самый миролюбивый из нас, вместо того чтобы обидеться, потер затылок и расхохотался.

— Спасибо за поддержку, — пробормотала я, крайне уязвленная.

На что Вейн переместился поближе, притянул меня к груди, и я утонула в его мягких объятиях.

— Ты не знала! Рин, как ты могла не знать!

— Чего не знала? — хором произнесли все мы, а я добавила: — Вейн, бесишь. Уж кому-кому, а тебе я никогда не думала такого говорить.

Вейн добродушно улыбнулся: задеть этого кроткого великана было решительно невозможно.

— Помните историю моего прадеда? Мага-накопителя из рода Моркан. И то, что он заряжался силой только рядом с прабабушкой.

— Помним, — произнесла я, не понимая, к чему клонит Вейн. — Ты еще говорил, что родители не разрешали ему жениться на…

— Простолюдинке! — торжественно закончил мой друг, а у нас отпали челюсти. — Моя прабабушка из простого сословия. Она жила в деревушке, принадлежавшей нашему роду. Мой прадед случайно встретил ее в лесу, ну и завертелось.

— Обалдеть! — резюмировал за всех Эрик.

— Конечно, такая невестка была неугодна роду Моркан, но лишь ее близость наполняла магией молодого Вейна. Да, забыл упомянуть: меня назвали в его честь. Однако после того, как Вейн Моркан единолично положил войско неприятеля, стало понятно, что ради Глории придется сделать исключение. Закон был переписан ради этих двоих. Твой прадед, Рин, самолично подписал указ.

Я вся обратилась во внимание. Элейн вздыхала от переполнявших ее чувств.

— Неравные браки запрещены. Но! Если парень или девушка из знатного рода обладают даром накопителя, их пара считается неотъемлемой частью их души. Будто сам Творец своей волей соединил их еще до рождения. Связал невидимой, неразрывной нитью.

Я глупо хихикнула, услышав про невидимую нить между сердцами, потому что однажды, давным-давно, еще не зная, какие испытания ждут ее впереди, девчонка в чепчике служанки придумывала красивую историю для красивого генерала, в которого влюбилась с первого взгляда: «Посланник Творца завязывает невидимые узелки, такие крепкие, что не развязать…»

— То, что Творец соединил, человек да не разлучит. Вот как записано в том законе, — закончил Вейн.

Он любовался нашими потрясенными лицами, весьма довольный произведенным эффектом.

— Корвин… — прошептала я.

Вскочила на ноги, чуть не рухнула в костер — благо Эрик успел ухватить меня за локоть и удержать на ногах.

— Корвин! — закричала я.

Он услышал меня с другого конца временного лагеря, выбежал из палатки, где решал какие-то вопросы с полковником армии Солвейна. Я неслась со всех ног, не чуя земли, за спиной будто выросли крылья. Добежав, повисла на Корвине, а тот, еще ничего не понимая, поцеловал мои обветренные губы.

—