Читать книгу - "Принц Мечей - Элис Кова"

уверенной, что ты всё ещё там, внутри. Я продолжаю верить. Это было единственным, что помогало мне выжить, пока Каэлис перекраивал меня заново… но это так тяжело. Можешь ли ты…

Уткнувшись лбом в край её постели, я делаю судорожный вдох.

— Ты всё ещё там, я знаю. Точно так же, как за всеми изменениями внешности осталась я. Неважно, насколько иначе мы обе выглядим, я всегда буду твоей сестрой и всегда буду возвращаться за тобой. Так что я стану ждать сколько потребуется, пока ты не сможешь вернуться ко мне. — Ей пришлось перенести слишком много. Я не могу — больше никогда не посмею требовать от неё чего-то ещё. Я даже не стану просить её вернуться ко мне. Если сможет, она сделает это сама. Всё остальное я отдаю на волю слепой веры.

Я даю волю слезам. Обжигающе горячие, они струятся по моим щекам и капают на пол. Но это не будит её. Не будят ни моё прерывистое дыхание, ни железная хватка, с которой я вцепилась в её руку.

Где-то между тем, как я запоминаю тонкие завитки линий на кончиках её пальцев в лунном свете и изучаю хрупкую паутинку вен на тыльной стороне ладони, слёзы иссякают. После них не остаётся ничего, кроме гулкой, опустошённой покорности судьбе.

Я засыпаю скорчившись прямо на полу, а на рассвете просыпаюсь от ломоты во всём теле.

И всё же, когда мир перед глазами обретает былую чёткость, моё сердце едва не выпрыгивает из груди от испуга. Арина смотрит прямо на меня. Словно… словно впервые она действительно видит меня, а не просто глядит сквозь меня остекленевшим взором.

Я прижимаю её подрагивающую ладонь к своей щеке, надеясь, что ощущение её новой формы поможет ей осознать произошедшее.

— Это… это я, Арина. Клара. — Но даже собственный голос звучит немного иначе после всего, через что мне пришлось пройти. Какая злая насмешка рока: мгновение ясности снизошло на Арину именно тогда, когда я перекроила свою плоть. — Я знаю, что выгляжу совсем не так, как ты помнишь, но это я. Твоя сестра.

Её глаза метаются влево и вправо, будто пытаясь прочесть моё лицо. Словно ища хоть зацепку. Она моргает, и я гадаю, начинает ли мир обретать для неё резкость.

— Арина…

— Ты кто ещё за тварь такая? — рычит Грегор из дверного проёма. Я чувствую резкий всплеск магии, когда вокруг него взмывают карты.

Глава 28

— Отойди от кровати, — рычит Грегор. Взгляд Арины слегка мутнеет, медленно соскальзывая в его сторону.

Что ж, это окончательно убеждает меня в безупречности нового облика. Не проронив ни слова, я медленно поднимаюсь, делаю шаг назад и встречаюсь с ним взглядом. Карты у него, разумеется, наготове. Я выжидаю пару секунд — в качестве маленькой проверки.

— Говори, как ты сюда пробралась, и, может статься, я оставлю тебя в живых.

— Ты правда меня не узнаёшь? — Я с трудом сдерживаю улыбку. Я ведь даже предупреждала его о том, что собираюсь сделать. — Интересно, узнают ли Твино и Рен.

По его лицу пробегает тень сомнения, но он не ослабляет хватку. Он действительно понятия не имеет, кто перед ним.

— Это я. Клара.

— Что? — Он запинается, карты послушно опускаются в ладонь, но он пока не спешит развеивать их чары.

— Та самая Клара, которая бинтовала тебе руки, когда ты сбил кулаки в кровь, расквасив зубы тому ублюдку в «Кривой таверне» за то, что он наотрез отказывался принимать «нет» от Джуры.

— Клара? — шепчет он, а затем, громче, широко распахнув глаза: — Клара. Ты… Ты совсем не…

— Совсем на себя не похожа, знаю. В этом вообще-то и была суть.

— Ты говорила, что собираешься сменить внешность… но я и помыслить не мог…

— Что выйдет настолько хорошо? — Я слегка ухмыляюсь. — И всё же это я. Да ещё и с дарами. — Я приподнимаю узелок с мясом и картофелем.

— Слава богам, мы умираем с голоду. — Он тут же бросается к свертку, опускает еду на кровать в ногах Арины и, отщипывая крошечные кусочки, осторожно проталкивает их ей меж губ.

— Трудно было доставать провизию? — спрашиваю я.

— Терпимо, но я справляюсь. Особенно теперь, когда Твино и Рен подыскали себе местечко, как и планировали, на Предначертанных Высотах.

— Вот как, уже нашли?

Он кивает: — Рен взялся записывать все рецепты Джуры, какие только сумел вспомнить, и теперь набивает руку. А это значит, что у меня было предостаточно стряпни, чтобы приносить сюда. Лавандовые сконы ему пока не даются, но времени потренироваться у него навалом. Он уже и отличный огородик при кухне разбил.

— В его духе, — мягко отзываюсь я, пока на задворках сознания начинает зарождаться замысел. — Есть новости о Хранителях Мира, о которых мне стоит знать?

— В основном подготовка к возвращению Вадуина в Академию… — Он кратко пересказывает происходящее в рядах Хранителей Мира — по сути, они просто залегли на дно после хаоса в Халазаре. Пока он говорит, то продолжает кормить Арину, да и мы сами перехватываем по паре кусков. Он совершенно не замечает идеи, кристаллизующейся в моей голове. Он заканчивает ровно в тот момент, когда от еды не остаётся и следа: — …но в конечном счёте все они ждут от тебя недостающих сведений о сосуде, чтобы создать его.

Я киваю: — И, кажется, я знаю, что нужно сделать, чтобы их добыть.

— Да ну?

— Я пошла на это, — я указываю на своё лицо, — чтобы иметь возможность свободно передвигаться во время поисков. Но мне нужен благовидный повод находиться в стенах Академии.

— Для студентки ты выглядишь слегка старовато.

— Я сделаю вид, что пропустила мимо ушей намёк на мой возраст. — Я одариваю его косым взглядом.

— О, прошу прощения, древней старухой.

— Сволочь. — Я шутливо толкаю его кулаком в плечо.

Он дико скалится, и, поднимаясь на ноги, я не могу сдержать смешка.

— Куда ты собралась? — спрашивает он.

— Думаю, стоит устроить новому лицу проверку в полевых условиях и наведаться в то заведение, которое сняли Твино и Рен. — Я бросаю на Арину ещё один долгий взгляд. Оставлять её здесь куда мучительнее, чем всё, что Каэлис вытворял с моим лицом. — Ты присмотришь за ней?

— Само собой. — Грегор кивает. — У нас уже отличный распорядок. Мне кажется, она меня понимает.

Насчёт последнего я далеко не уверена. Но если в нём теплится надежда, то и я не стану её гасить. — Спасибо тебе.

Я возвращаюсь в покои Каэлиса и застаю его в столовой за завтраком. Стоит мне переступить порог, как