Читать книгу - "Да, мой король - Елена Михалёва"

– Да, мой король, – Джо склонила голову. А потом всё же рассмеялась весело и звонко. Так искренне, что Ричард сам не смог сдержать улыбки.

Шенборн скользнул беглым взглядом по людям за столом. Почти никто не обратил внимания на их воркование. А кто обратил, смотрел с одобрением. За исключением одного человека.

Принцесса Маргарита выглядела невообразимо грустной. Уголки бледных губ оказались опущены. В её ясных глазах Ричард увидел тоску, живую и отчаянную. А ещё непонимание. Такое глубокое, что граф немедленно ощутил острое чувство вины. И боль, свою собственную. Он почувствовал себя подлым предателем, который обманул самого любимого человека без малейшей на то причины.

Лучше бы она плюнула ему в лицо. Влепила пощёчину. Сказала, что требует объяснений.

Но Марго отвернулась, оборвав зрительный контакт. И весь вечер более не смотрела в их с Джованией сторону.

Глава 14

– А что мы, собственно, ищем? – Альберт прикрыл зевок ладонью.

Его вечер и так выдался непростым, а теперь пришлось изучать на пару с «королём» отчёты из Империи Квирет. К приходу герцога Зоммерштерна монарх разложил их в несколько стопок на письменном столе и уже успел отсортировать наиболее приоритетные. Кроме того, Ричард приготовил чистую бумагу, перья и чернила для заметок. Судя по всему, он надеялся выудить важную информацию из сообщений.

Пока гоффмейстер доедал поздний ужин в виде жареных сосисок и хлеба с сыром прямо в королевском кабинете, Шенборн объяснял:

– Мы ищем любые упоминания деятельности, направленной против Атенлау, а также стороннее финансирование наших дворян из-за рубежа. На случай, если мятежникам платят извне, дабы расшатать королевство, – Ричард показал на крайние стопки: – Вот здесь официальные письма от послов в государствах к западу от нас. Включая церковные земли Ал-Валоа.

– Мы проверяем храмовников? – лицо герцога вытянулось от удивления. Он даже жевать перестал.

– Мы проверяем всех, Ваша Светлость, – кивнул Шенборн. – Никогда не знаешь, откуда прилетит камень в твою спину. В приоритете Квирет, – он показал на стопки по центру. – А вот здесь письма от наших тайных агентов. Их позвольте изучить мне самому, поскольку я разбираюсь во внутренних шифрах. Вы же обращайте внимание на следующее.

Ричард взял в руки одно из писем, которое специально отложил в сторону:

– Если первый абзац начинается на букву «А» – это означает, что информация важна и требует особой срочности. Если каждый абзац начинается на букву «А», значит, в тексте завуалировано рассказывается о некой опасной ситуации. Такое письмо нужно показать мне. Если же в последнем предложении автор пишет о погоде, значит, работа идёт по плану. Но здесь нужно выяснить, о какой именно работе идёт речь.

Альберт выглядел изумлённым, однако, спорить не стал.

– Все письма нужно будет разложить в строгой хронологической последовательности и записать даты отправки и имена отправителей вот на этом листке. Так я смогу понять, вся ли отчётность на месте, – Шенборн стащил с тарелки кусочек сыра и закинул в рот. Вздохнул, оценивая масштаб работы. – Если будут вопросы, не стесняйтесь их задавать.

– Хорошо, – Альберт поспешил доесть ужин, чтобы поскорее приняться за работу. – Благодарю вас, граф. Вы очень ответственно подходите к делам.

– Как и вы, милорд, – Ричард уселся в королевское кресло и взял первое письмо. – Вы весьма оперативно раздали приказы. Посмотрим, как изменится ситуация в городе в течение суток. Распорядились, чтобы слуги королевы и принцесс не контактировали ни с кем вне дворца и не покидали его стен?

– Да, конечно, – Альберт плеснул вина себе и графу. Протянул кубок ему. – Джо сама приказала. И ещё велела набрать чистую воду из дворцовых колодцев и отвезти бочки в лазарет.

– Умница, – Шенборн взял кубок и встретился глазами с вопросительным взглядом герцога Зоммерштерна. Кашлянул. – Имею ввиду, королева приняла верное решение. Только бочки пусть сожгут. Обратно их везти не нужно.

Альберт кивнул, а потом как можно деликатнее осведомился:

– Я смотрю, вы с ней смогли найти общий язык?

– В некотором роде, – Ричард отпил вино.

Герцог отставил опустевшую тарелку на кофейный столик у камина и придвинул кресло к королевскому письменному столу так, чтобы сидеть напротив Шенборна.

– Хотел бы поговорить начистоту, – он взял письмо из числа посольских. – Что вами движет, граф?

Альберт прищурил синие глаза. Он глядел с таким неприкрытым подозрением, что Ричард невольно усмехнулся.

– Любовь к родине, ответственность за собственное графство и семью, – начал перечислять Шенборн: – чувство долга, желание защитить семью моего старого друга, обязанность перед Избавителем опекать крестницу, острая тяга к справедливости и жажда кровавой мести в отношении истинно виновных, которых необходимо отыскать.

– Ценю вашу откровенность, но я говорил про мою сестру, – невозмутимо произнёс герцог Зоммерштерн. – Вы и Джования были очень убедительны при дворе за ужином.

– Королева умна, сильна духом и прекрасна. Её невозможно не ценить, – Ричард понял, что Альберт ждёт от него правды, поэтому добавил: – И если совсем начистоту: она приведёт в этот мир моего сына и посадит его на трон Атенлау. Я не могу оставаться равнодушен к такой женщине.

– Хальбурга, – напомнил герцог, выразительно приподняв брови. – На престол она посадит Хальбурга. Не забывайте об этом.

– Я не питаю иллюзий, Ваша Светлость, – Ричард улыбнулся одним уголком губ. – Но для меня это будет моя кровь. А ради моей крови я обязан помочь королевству. Не хочу, чтобы мой сын с пелёнок погряз в проблемах. Думаю, на моём месте вы мыслили бы так же.

– Полагаю, вы правы, – согласился Альберт и погрузился в чтение, дав понять, что ответом остался вполне доволен.

Чтобы прочесть все отчёты, письма и донесения им понадобилось почти пять часов. А ещё полторы бутылки вина, дюжина жареных сосисок, сырная тарелка и целая миска орехов с солью. Лакей сбился с ног, бегая на кухню и в винный погреб. Последним поручением была яичница с грибами, которая оказалась уже своего рода завтраком. И всё же работа была выполнена ещё до рассвета. А принесла она весьма неожиданные результаты.

К утру все бумаги уже не помещались на столе и оказались разложены на полу королевского кабинета наподобие причудливой мозаики, значение которой понимали лишь разложившие её. Примечательным было то, что в некоторых местах оказались пустоты: часть писем отсутствовала.

Граф фон